{{ currentDate }}
Добрые новости
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Главная Архив ТВ2 Экономические сказки от видных бизнесменов
Архив ТВ2

Экономические сказки от видных бизнесменов

Aртем
ТВ2 Aртем
09.12.2014

Каким будет следующий год для российского бизнеса? Таким вопросом задался kommersant.ru:

Мы попросили известных предпринимателей представить, что сейчас не декабрь 2014-го, а декабрь 2015 года, и рассказать, какой они видят нашу экономику.

Василий Мельниченко, директор сельхозпредприятия "Галкинское"

Россия, декабрь 2015 года, село Галкинское.

Падает снег. Заметает дорогу. Прогрести сугробы пока нечем. Тракторы стоят без дизельного топлива, у сельсовета нет денег на его покупку: цена за литр — 80 руб.

В мастерской сельхозпредприятия "Галкинское" инженеры налаживают газогенераторный дровяной двигатель — альтернативную энергию.

Безработица c 50% выросла до 80%. В соседнем городе половина предпринимателей закрыли бизнес — так сработал призыв правительства России, Минфина и налоговых служб.На личных подворьях крестьян резко сократилось количество скота. Из последних шести коров осталась всего одна — это на 900 жителей.

Цены на продукты питания (в основном китайские и южноазиатские) подросли на 30%. На все услуги ЖКХ и телефонную связь — тоже. Электричество дорогое — 7 руб. за 1 кВт·ч. Деревенский народ с удивлением изучает новые банкноты — юани.

Экономика подорвана настолько, что мы уже не ощущаем, есть какие-то санкции или нет. Российская пресса публикует списки все новых миллиардеров. Они теперь тоже юаневые. Экспортируют нефть, газ и минеральные удобрения, а импортируют еду, одежду, бытовые приборы и технику. Молодые жители сел все активнее уезжают в города. Уезжают с мечтами устроиться работать охранниками и продавцами чего-нибудь.

В Москве проходит съезд "Совсем единой России". На трибуне члены политбюро: Медведев, Зюганов, Жириновский и Миронов.

А я живу все там же, в своем селе, на улице Пионерской, 14. Топлю печь дровами, жду газ, который обещают провести с 1985 года. Выращиваю картофель, кормлю кроликов и думаю: "Ну я же говорил, что так будет!"

Александр Малис, президент компании "Евросеть"

За окном декабрь 2015-го, темно и сыро. Российская экономика находится в рецессии. Кризис какой-то медленный, ползучий. Общее падение рынков продолжается, но дна пока не видно. Многие компании обанкротились, и среди них есть известные. В предпринимательской среде царит уныние. Бизнес идет тяжело, налоговая система душит. Многие бизнесмены все еще растеряны, до конца не понимают, что происходит.

Войны, слава богу, нет. С Америкой сложилось холодное конструктивное сотрудничество, более прагматичное, чем в 2014 году. В правительстве есть новые имена, и есть план по выходу из ситуации. Его уже начали реализовывать.

Уровень безработицы намного выше, чем в 2014 году, зачастую она скрытая. Снова в ходу старый анекдот, что лучший бонус по итогам 2015 года — это рабочее место в 2016-м.

Конкуренция к концу 2015 года наконец-то стала более здоровой, многие компании протрезвели. "Евросеть" строит очередной трехлетний стратегический план. Мы сохраняем свои позиции, поскольку об эффективности бизнеса начали думать еще три года назад. Для нас нынешний кризис — лишь продолжение того, что произошло в 2008-м.

Новые бизнесы появляются, но очень мало. Бизнесмены, которые удержались на плаву, видят первые ростки легкого оздоровления. Но новых "звезд" нет — их и не бывает в такой период.

Андрей Мовчан, сопредседатель совета директоров группы "Третий Рим"

Ничего страшного с экономикой не случилось, но чувствуется, что есть напряжение. Нефтяные компании потихоньку останавливают программы разведки и модернизации. В 2015 году произошло существенное количество катастроф и аварий, ведомства жалуются на нехватку запчастей, стало много разговоров о старении оборудования.

Нефть стоит $63-65 за баррель, за $1 дают 58-60 руб., ВВП за год упал на 1%. Годовая инфляция — около 10-12%.В магазинах уже нет былого импортного разнообразия — китайского стало больше, европейского сильно меньше. Хотя те, кто живет в 100 км от Рязани, этого даже не заметили.Со стороны отечественных производителей мало что изменилось, они просто еще ничего не успели. Появилось, конечно, больше отечественного мяса и рыбы, овощей и даже одежды, но оппозиционные газеты то и дело пишут, что все это на самом деле куплено в Китае.

Рублевые цены выросли вслед за курсом — на 23-30%, но никаких массовых выступлений и голодных бунтов не происходит. С точки зрения ВВП мы вернулись на уровень 2005 года, однако потребляем все еще намного больше, чем в 2005-м.

Кризис потребительского кредитования уже отразился на банках. Кого-то из них прибрали Сбербанк и ВТБ, кто-то просто "лег", но обошлось без потрясений.

У населения нет ресурсов, чтобы массово вкладываться в депозиты, а если вкладываются, то в валютные. Правда, на рынке вовсю говорят о грядущем запрете валютных накоплений.

Резко упала стоимость аренды качественных офисов, остальные офисы тоже дешевеют. Рынок загородной недвижимости и московского элитного жилья полностью остановился. Цены на жилую недвижимость к концу 2015 года впервые поползли вниз в рублях, и кое-кто даже говорит про грядущий в 2016 году полномасштабный кризис.

Рейтинг доверия к власти по-прежнему за 50%, но уже сильно ниже 84%. Патриотические настроения высоки, к концу года в Москве стали массово сносить или переименовывать рестораны и другие сервисы, стилизованные под США или Европу.


Давид Ян, председатель совета директоров компании ABBYY

Экономический кризис 2014-2015 годов оказался драматичнее, чем кризис в 2008-2009 годах. Но есть ощущение, что технологическая дезинтеграция России и мира осталась в прошлом. Возобновились научные проекты между Россией и США. Санкции частично сняты. Количество стартапов не уменьшилось. Правда, и не выросло.

Курс остановился где-то на уровне 60 руб. за $1. Печально. Но этот скачок скорректировал российские зарплаты относительно мировых. Например, зарплата квалифицированных программистов раньше могла достигать 130-150 тыс. руб. в месяц. Сейчас в рублевом выражении она немного подросла, но мировым компаниям стало выгоднее нанимать российских специалистов.

В обывательском плане радикально ничего не поменялось. Санкции дали повод обратить внимание на местного производителя — Россия наверстала некоторые моменты, которые были упущены за последние десять лет.

Сейчас почти 10% платежей в мире осуществляется с помощью мобильных устройств. В России этот процент меньше, но явление уже заметно. В некоторых точках продаж касса "узнает" покупателя на расстоянии. Нужно просто ввести свой код — и покупка завершена.

Компьютеры и мобильные устройства стали гораздо умнее. Искусственный интеллект начинает действительно проникать в повседневность. В Калифорнии товары доставляют дроны-роботы, в Нью-Йорке встречаются "беспилотные" такси. И в России быстро стираются границы между офлайном и онлайном.Молодые люди заметно больше времени тратят на самообразование, в первую очередь через интернет. Кадровый резерв восполняют жители регионов, причем им необязательно уезжать: есть много возможностей работать удаленно.


Анатолий Сморгонский, генеральный директор компании Yota

Для умных был хороший год. Они готовились: оптимизировали, автоматизировали процессы, нанимали звезд. Всем одновременно хорошо не бывает. Экономика-то выдохлась — и расти вместе с рынком, как прежде, уже невозможно. До многих компаний стало доходить, что пришло время работать над деталями и бороться с издержками. Причем с умом.

Уволить персонал проще простого. Но те, кто уже сделал это, да еще не сильно подумав, к концу года столкнулись с сокращением своей рыночной доли. Повысился спрос на людей, которые понимают, где можно отрезать так, чтобы ничего ценного не отвалилось. Еще более востребованы те, кто может найти новые неочевидные точки роста и возможность заработать даже в сжимающейся экономике.

На телеком-рынке 2015-й — год стагнации основных услуг с разворотом в сторону падения. Рост "голоса" сменился падением, SMS продолжают умирать, но медленно. Продажи SIM-карт не дают былого роста клиентской базы и больше являются драйвером затрат. Жизнь есть только в мобильном интернете, поэтому между крупными операторами развернулась ожесточенная борьба за этот сегмент. Спрос на мобильный интернет мог бы стимулировать снижение цен на смартфоны, но его компенсировало ослабление рубля. Многие рекламодатели, и мобильные операторы в том числе, затянули пояса. Так что все виды рекламы просели, кроме опять-таки мобильной рекламы, которая по-прежнему растет.

Российской финансовой системе несладко. Традиционная бизнес-модель банков сохранялась последние лет 150, а теперь начинает меняться на глобальном уровне. Набирают обороты проекты на стыке банков и телекомов — некоторые начали объединяться или обсуждают партнерства, чтобы выживать вместе. И это явно только начало большой игры.

Кому повезло, так это ИТ-компаниям. Дополнительными налогами их не обложили, наоборот, политика импортозамещения может им подыграть. Угроза экономической изоляции заставила российских чиновников задуматься о создании национальной платежной системы и кучи всего российского. Русские ИТ-стартапы уже трудятся над этими мега- и не очень проектами в поте лица.

Поддержи ТВ2!