В Томском музее НКВД прошла встреча с автором романа о Назинской трагедии

На севере Томской области есть остров, ханты всегда называли его Заячьим, но со временем безобидное название забылось, и остров стали называть Назино по наименованию близлежащего поселка, а с тридцатых годов и вовсе именуют островом Смерти. Это тот самый знаменитый Голодный Остров. В 1933 году на остров выгрузили спецпереселенцев из центральных городов страны — голодных, раздетых, обездоленных, не обеспечив их никакими средствами существования. Несчастные люди утратили человеческий облик, породив трагическую историю, которая не должна повториться (из книги «Смерть-остров»).

В музее «Следственная тюрьма НКВД» прошла творческая встреча с питерской писательницей Галией Мавлютовой. Автор романа «Смерть-остров», написанного к 85-летию Назинской трагедии, рассказала о себе, своей книге и о писательских планах, вновь связанных с Томской областью.

В Томском музее НКВД прошла встреча с автором романа о Назинской трагедии

Галия Мавлютова родилась в селе Александровское Томской области в семье спецпереселенцев. В 18 лет переехала в Ленинград. Получила два высших образования. 20 лет отработала в органах: сначала инспектором по делам несовершеннолетних, потом — оперуполномоченным и старшим оперуполномоченным в УГРО, потом — начальником штаба ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области. На пенсию по выслуге лет вышла в чине подполковника милиции. С начала нулевых пишет детективы: «Королева сыска», «Предать и обезвредить», «Казнить нельзя помиловать» (всего более 30). Член союза российских писателей, международного Литфонда и международной Ассоциации женщин-полицейских. Роман «Смерть-остров», изданный в 2019 году, стал первым художественным произведением Галии, посвященным периоду репрессий.

В Томском музее НКВД прошла встреча с автором романа о Назинской трагедии

Тема репрессий, раскулачивания поначалу меня не очень трогала, несмотря на то что я из семьи спецпереселенцев, — говорит Галия Мавлютова. — Кроме того, что рядом с Александровским был остров Назинский. В 1950-е и 60-е все шептались про этот «Остров смерти», «Голодный остров». Рассказы о том, что там происходило, и костях, которые до сих пор там можно найти, настолько меня потрясли, что я считаю, что это была психологическая травма. Страхи от этих разговоров преследовали меня всю жизнь. И я решила написать книгу.

В 1933 году в ходе кампании по паспортизации населения началась чистка крупных городов от «деклассированного элемента». Более 6000 человек были высажены на Назинский остров в мае — без еды, одежды и орудий труда. К августу на острове в живых остались около 2000 человек. Зафиксированы десятки случаев каннибализма. Трагедию в письме Сталину описал инструктор Нарымского окружного комитета партии Василий Величко. Приведенные в письме факты подтвердили результаты проверок нескольких комиссий.

В Томском музее НКВД прошла встреча с автором романа о Назинской трагедии

Галия Мавлютова на Назинском острове побывать не смогла. В детстве и юности для этого не было возможности. А в 2015-м, когда уже вынашивала идею книги и специально приехала на свою малую родину из Питера, на Оби стояла большая вода и высадиться на остров не получилось. Художественную книгу про «Остров смерти» Галия писала, опираясь на исторические исследования и документы. Во время работы с которыми у нее родился замысел нового произведения. Про еще одну знаковую для наших мест трагедию — Колпашевскую.

Я не хочу брать просто историческую канву, — говорит Галия Мавлютова. — Я хочу показать людей в этот период жизни, почему у них было такое отношение друг к другу. И что они при этом чувствовали. Ведь уничтожить себе подобного человека — ну, например, мужчина убивает мужчину не на войне, а это его работа — это тяжелый труд, надо, чтобы рука сильная была, это физическая работа. И что он при этом чувствует? Меня больше всего это волнует.

В Томском музее НКВД прошла встреча с автором романа о Назинской трагедии

Вы спросили наше мнение — надо или не надо в очередной раз писать на эту тему? — говорит участник творческой встречи Станислав Кармакских. — Полярные мнения у людей, в зависимости от того, кем были их предки — у кого жертва, а у кого палач. В моей семье есть и те, и другие. Трое расстрелянных. И двое, работавших с другой стороны. Обязательно надо писать! В любом случае. Когда одно замалчивается, а другое подается как «ну, были перегибы, ошибки... ну было и прошло, давайте не будем вспоминать...» — это неприятно. Без этого нету выздоровления. Без диагноза не может быть исцеления. Пока мы не пройдем путь покаяния, не исцелимся. И пусть люди узнают правду неприятную, жестокую про себя. Мне, думаете, приятно узнать про своих родственников?

Я считаю, что художественное осмысление исторической действительности столь же важно, как и документальное освоение, — говорит журналист Татьяна Репина. — Потому что документ — это факт. Который говорит, что так оно было. А эмоция — это то, что прожито, прочувствовано и передано поколению. В словесном ли виде, в документальном ли. Второе — молодежь читает тогда, когда ей интересно. Заставить прочитать то, что не интересно, и взрослого-то не всегда можно, а подростка и молодого — тем более. Произведение должно его чем-то зацепить.

На другой день после встречи Галия Мавлютова отправилась в Колпашево — побывать в том месте, о котором будет ее следующий роман.

В Томском музее НКВД прошла встреча с автором романа о Назинской трагедии

Интервью с писательницей читайте и смотрите на нашем сайте в ближайшее время. А здесь можно посмотреть фильм ТВ2 «Яр»:

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?