Добрые новости
Поиск по сайту
Что ищем?
Искать
Поиск по сайту
Что ищем?
Искать
  1. Главная
  2. Стиль жизни
  3. «Зачарованные»: внутреннего демона можно победить, только узнав его ближе
Стиль жизни

«Зачарованные»: внутреннего демона можно победить, только узнав его ближе

ТВ2 Полина Диденко

Токсичные отношения, борьба с внутренними демонами, запреты и враги — это не только проблемы, которые нужно прорабатывать на сессиях с психологом, но и темы, фигурирующие в новых песнях томской фем-панк-группы «Зачарованные». 21 декабря у группы вышел альбом «Экзорцизм». Мы поговорили с фронтвумен и авторкой текстов «Зачарованных» Аленой Альковой о работе над альбомом, творчестве в сложные периоды жизни, а также, конечно, о группе.

Автор:  vk.com/charmed_tsk
Автор:  vk.com/charmed_tsk

Начнем с самого начала — с истории группы. Как появились «Зачарованные»?

— Все началось в марте 2018 года. Мы с двумя моими подружками из Стрежевого — Лизой и Дианой — пили вино и решили сфотографироваться на фоне бордовой шторки. Вышла какая-то всратая фотография в стиле нулевых. Мы посмотрели на это и решили, что выглядим как героини сериала «Зачарованные». После этого по приколу начали говорить, что нужно создать группу и назвать ее так же. Лиза умела играть на барабанах, Диана тоже, но еще и могла играть на басу. Идея нас очень воодушевила, поэтому я сразу начала писать какие-то тексты. Так появилась группа «Зачарованные».

Но мы уперлись в проблему — найти музыкантов очень сложно. Конечно, хотелось, чтобы это была полностью девчачья группа. Но, так как мы были начинающими «рок-звездами», трудно было найти музыканток, которые могли бы начать вместе с нами и с которыми у нас совпадали бы ценности. Мы подумали и позвали Егора Вольфа, он до этого уже играл в томских группах — «Бумажные тигры», «Смех Зелибобы», «Позоры». Но у него почти не было опыта игры на гитаре, получается, что мы все начинали что-то новое.

Выходит, в марте мы придумали «Зачарованных», в апреле уже начали репетировать, а в 2019 году выпустили свой первый релиз — EP «Голод» на пять песен. С тех пор мы успели поиграть в Томске, Новосибирске, Бийске, Кемерове и Красноярске. Спустя два года после первого релиза, 21 декабря у нас вышел полноценный альбом «Экзорцизм». В феврале мы планируем концерты в Москве и Санкт-Петербурге, в марте, может, еще в Томск заедем.

Сейчас в группе вас трое: ты, Егор Вольф и Даша Игнатович?

— Пока трое, но к февралю мы планируем искать барабанщицу. Есть идеи и варианты. Потому что чуть меньше года мы играем с «неживыми» барабанами, технологии — это, конечно, здорово, но с «живым» барабанщиком всегда лучше. Нынешний состав для нас достаточно комфортный, пока мы не планируем каких-то изменений кроме поиска барабанщицы.

 

 

 

 

Ты сказала, что в 2019 году вы были начинающими «рок-звездами». То есть до «Зачарованных» ты не занималась музыкой?

— В школе я месяц проходила в музыкалку на домбру. На сольфеджио занималась с ребятишками из начальной школы, мне было немножко неловко, что я одна в группе взрослая, к тому же было мало практики, я ушла. Потом еще около полугода пыталась ходить на занятия по классической гитаре, но толком ничему не научилась.

Получается, чтобы делать крутую музыку, достаточно иметь желание ее делать?

— Конечно, в любом деле, мне кажется, главное — это желание.

Когда у тебя есть энергия и мотивация, ты найдешь на это время и будешь учиться. Даже если нет денег: хочешь играть на гитаре, купишь ее с рук за копейки и будешь играть.

Правильно ли говорить, что «Экзорцизм» — ваш второй альбом?

— Я все-таки считаю, что логически «Экзорцизм» — это второй релиз. Есть разделения, по которым одна общая длительность треков — это EP, другая — уже альбом. Но так как я отвечаю в группе за тексты и смыслы, то считаю, что это правильнее назвать нашей второй записью. Не хотелось бы говорить, что «Экзорцизм» — это наш первый альбом, а «Голод» — просто демо, которое существует где-то в пространстве. На мой взгляд, это важный этап, который не хочется называть каким-то пробным.

Да, «Экзорцизм» отличается, все усложнилось и в плане музыки, и в плане текстов. А «Голод» — по большей части, поп-музыка, более простой панк, в котором «что вижу, то пою». Я была воодушевлена тем, что проявляю себя в женской группе, хотелось дать какого-то эмпауэрмента через тексты. «Экзорцизм» же — более рефлексивный по поводу того, что я действительно могу сказать, а не просто хочу.

Автор:  фото из Инстаграма Алены
Автор:  фото из Инстаграма Алены

Я уже говорила, что решила делать с тобой интервью, когда прочитала твой пост к выходу нового альбома. Очень зацепил. Все музыканты, с которыми я общалась, говорили, что их музыка и тексты делаются на эмоциях, вдохновении и каких-то положительных вспышках. Ты же писала тексты во время депрессивного эпизода. Значит, творить можно, даже когда тебе плохо?

— Это очень индивидуально и зависит от состояния человека. Да, у меня был депрессивный эпизод. Иногда было так плохо, что я лежала и ничего не могла делать. Но, по большей части, я оставалась функциональной: ходила на работу, встречалась с людьми, занималась какими-то проектами, репетировала, выступала. Конечно, было гораздо сложнее. Из-за симптомов депрессии это не всегда был какой-то радостный опыт. Но у меня не было тяжелой депрессии, когда человек не может даже умыться и пойти погулять. В такой ситуации я не знаю, может ли быть ресурс, чтобы творить. Здесь особенно нужна помощь близких и специалистов. Главное — привести себя в какое-то лучшее место и состояние.

А мне просто поставили депрессивный эпизод, но я могла работать и заниматься музыкой. Если практически все тексты для «Голода» я написала за месяц или два. Написала легко, потому что была в ресурсном состоянии и имела большую мотивацию заниматься группой и музыкой. Я горела этим. А в депрессивном эпизоде я понимала, что есть уже написанная музыка, мне надо к ней написать текст. 

В «Голоде» мой творческий метод создания текстов для песен был устроен так — например, я иду по улице, мне приходит в голову какая-то строчка. Я начинаю ее раскручивать, ассоциировать с какими-то историями из своей жизни, встречаемыми метафорами. Реченька текстов текла в моей голове. А когда мы писали «Экзорцизм» было сложно. Там есть песни, которые я написала до этого — уложила в тексты какие-то свои наработки. Но этого было мало, четыре трека — не альбом. Хотелось большего. Поэтому Егор продолжал писать песни, а мне нужно было писать тексты. Я зависела от стресса, мыслей и понимания, что надо написать, как по техническому заданию. Когда импульс приводит тебя к написанию — это тоже нормально, писать можно. Последние песни я как раз-таки так и писала.

Например?

— Когда у нас оставался один трек, то есть музыка, которую написал Егор, я никак не могла придумать текст. Мы понимали, что альбом, конечно, можно выпустить без этой песни, но, во-первых, как-то жалко, во-вторых, история на альбоме кажется незавершенной.

Я села и подумала: раз альбом будет называться «Экзорцизм», надо написать и трек с таким названием, начала раскручивать мысль о том, как это может быть связано с темой альбома, темой борьбы с внутренними демонами, исцеления от каких-то ментальных проблем. Подумала, как это сочетается с моим путем преодоления проблем, к чему я в итоге пришла. И у меня был тезис:

Внутреннего демона можно победить только узнав его, назвав его и поняв, зачем он живет с тобой, от чего тебя защищает и что пытается сказать.

Я разобралась в этом и написала текст для песни «Экзорцизм». 

Поэтому да, «Экзорцизм» дался сильно сложнее, но и удовлетворения от него было гораздо больше. Потому что было ощущение проделанной работы, преодоления себя. И это так круто! Тогда мы думали, писать ли эту песню, мучать себя или не мучать, чтобы написать текст, а сейчас я считаю, что «Экзорцизм» — самая классная песня на альбоме. 

 

 

 

Отразилось ли твое состояние во время написания текстов «Экзорцизма» на настроении альбома и его энергетике? 

— Он явно получился более мрачным, чем «Голод», но одновременно и более цельным. Потому что я была в депрессивном эпизоде, мое внимание было направлено на исследование этого состояния. Я пыталась разобраться, что происходит, почему это происходит, что я могу с этим сделать. В какой-то момент был максимальный тупик, тогда я поняла, что мне нужна помощь, поэтому пошла в терапию. И в терапии уже начинаешь задавать себе больше вопросов — на этот период и пришлось написание текстов для «Экзорцизма».

Может ли творчество помогать при депрессии?

— Есть даже отдельное направление, которое называется арт-терапия — когда людям, которые проходят терапию, предлагают заняться творчеством. Не обязательно там что-то прекрасное и великое создавать, можно просто покупать раскраски, картины по номерам, что-то рисовать для себя. Думаю, для кого-то, кому в принципе нравится творчество, оно может стать терапией, помочь отрефлексировать свой опыт, выговориться. Когда у меня четыре года назад был более легкий депрессивный эпизод, рисование очень помогало, было тяжело на работе, я рисовала какие-то изображения, которые отображали мое состояние, и становилось полегче.

Еще уточню, ты говоришь, чтобы была музыка и к ней нужны были тексты. То есть ваши песни рождаются именно в таком порядке?

— Иногда нужно написать текст на музыку, и это сложно. Иногда нужно написать музыку на текст, и это тоже непросто. Например, трек «Мелкая, тупая и злая». Я написала текст, а потом сказала Егору, что это должен быть рэп. И он уже, отталкиваясь от этого и от каких-то своих представлений о рэпе и роке, написал музыку. Получилось именно то, что я себе представляла. Когда мы писали «Голод», мы могли что-то начать придумывать вместе на репетиции. Бывает по-разному.

Автор:  vk.com/charmed_tsk
Автор:  vk.com/charmed_tsk

У вас комфортный состав. А всегда ли ваше видение будущей песни совпадает?

— Бывает сложно, когда музыка уже готовая, а у меня — как у авторки текста — есть ощущение, что какой-то момент слишком длинный, что строчку не уместить, например. То есть появляется внутреннее сопротивление из-за ограничения.

Самое кайфовое, наверное, было, когда мы писали «Токсик». Потому что мы просто собрались и придумали песню вместе, это была чистая импровизация. Но бывает сложно уложить текст на музыку, в таком случае нужно просто разговаривать друг с другом и не думать, что кто-то главнее. Может, где-то сделать короче или проще. Например, чтобы гитарный рифф не перебивал текст — у нас была такая тема, когда я говорила: поверх этого будет сложно петь, потому что гитара очень активная, и Егор это исправлял. Мне тоже приходилось, если я видела, что какие-то строчки не влезают, убирать или менять их. 

Понятно, что музыка — не ваша основная деятельность. Но какую часть времени занимает группа?

— Сейчас, конечно, мы реже репетируем, потому что Даша в Томске, а мы с Егором в Москве. Но, в целом, по-разному: когда мы начинали, репетировали раз в неделю, потому что нужно было сыгрываться и придумывать песни. Перед концертами обычно репетируем минимум два раза в неделю.

Если надо писаться, нужно больше времени. Так как все новые песни нужно отрепетировать и довести до ума. Записать отдельно гитару, бас, барабаны, вокал — для всего этого нужно планировать какие-то отдельные сессии. Что-то можно записать дома, например, бас. А барабаны, например, точно надо писать в студии. 

Сложно было восстановиться после карантина, потому что мы не репетировали вообще. Каждый просто записывал свой инструмент дома, а потом мы все это сводили в домашнюю запись. Хоть как-то восполняли отсутствие репетиций. Но если говорить в целом, группа присутствует у тебя в голове гораздо больше и чаще, чем вы встречаетесь и репетируете. Потому что ты думаешь о планах, постоянно придумываешь что-то новое и ищешь идеи.

Поддержи ТВ2!