Злой цензор против первой частной газеты Томска
История с невыпуском номера «Сибирской газеты»
Злой цензор против первой частной газеты Томска
История с невыпуском номера «Сибирской газеты»


«Сибирская газета» уже в первый год (1881) была втянута в конфликт с цензором Михаилом Гиляровым. Что было не так с содержанием невышедшего одиннадцатого номера? Как пыталось защититься издание? И почему ответ управления по делам печати расклеили по всему Томску?
Сибирская газета
«Сибирская газета» первая частная газета в Западной Сибири, издавалась еженедельно с 1881 по 1888 год, то есть всего восемь лет. Отличалась от других изданий авторским составом – здесь публиковали свои материалы политические ссыльные и писатели не только томского, но и российского масштаба. Ключевое отличие газеты от других ориентация на литературу. В газете печатали фельетоны, очерки, эпиграммы, элегии, рассказы и роман. И даже в новостях использовали художественные образы.
«У нас сегодня праздник»
Первым цензором «Сибирской газеты» в 1881 году стал губернатор Василий Мерцалов. С издателем Петром Макушиным он был в хороших отношениях. Во многом благодаря Мерцалову первая частная газета Томска увидела свет.

Предыдущие попытки Макушина отметались из-за отсутствия цензора. В то время для выпуска газеты обязательным условием было наличие цензора. Отказывая в выпуске, полицейское управление также ссылалось на нехватку в Томске «общественной жизни» и на то, что ниша уже занята неофициальным отделом правительственной газеты «Томские губернские ведомости».

Но первые два номера «Сибирской газеты» цензурировал все-таки не губернатор, а историк и председатель губернского правления Дмитриев-Мамонов. В его лице редакция увидела самую лояльную цензуру.
Будущий редактор газеты и автор Александр Андрианов писал Потанину: «У нас сегодня праздник – вышел первый номер «Сибирской газеты»; Вы получите его, вероятно, зараз с письмом. Цензурирует Мамонов – должно быть в пику Мерцалову, все пропускает; воспользуемся его цензурой еще и на второй номер, а там беда, 3 номер к Мерцалову…».

Опасения Андрианова относительно губернатора подтвердились частично. «Цензор вычеркивает что-нибудь в каждом номере», — писал он Потанину.

Но другие авторы считали губернаторскую цензуру вполне терпимой.

Ссыльный автор газеты Евгений Корш говорил о цензуре Мерцалова: «Отношения редакции с цензурой были… сносные, особых притязаний и притеснений не проявлялось».
Ярый охранитель устоев
Самым проблемным для «Сибирской газеты» в 1881 году стал случай столкновения с цензурой вокруг одиннадцатого номера. Выйти номер должен был 10 мая. Но Мерцалов уехал на ревизию губернии. Временным цензором стал управляющий томской казенной палатой Михаил Гиляров. В итоге в одиннадцатом номере он вычеркнул половину текстов.
Мало кого удивило, что из номера вычеркнули фельетон про убийство Александра II и статью об инспекции народных училищ. Но цензору не понравились также перепечатки из официального «Правительственного вестника» и столичных газет, циркуляр министра внутренних дел.

Автор газеты Евгений Корш: «…В том же роде была масса и других помарок, с замечаниями на полях: «пустяки», «вздор», «ой ли?», «темна вода», «излишнее раздражение» и пр.»

Редакция «Сибирской газеты» посчитала правки слишком субъективными.

Номер напечатали с пробелами вместо "зарубленных" текстов. Но Гиляров отказал в распространении газеты в таком виде.
После этого редакция газеты пожаловалась министру внутренних дел, в главное управление по делам печати, написала в столичные газеты. Ответ управления не был утешительным: «...«пробелы», составляя косвенный протест против цензуры, не допускаются».

Редакция расклеила ответ ведомства по улицам Томска. А в 12-м номере объяснила причину невыхода газеты.
Управление печати потребовало у цензора объяснений. Михаил Гиляров описал произошедшее так: «…был я, может быть, строгим цензором-губернатором, но действовал по долгу службы, совести и крайнему разумению, а мое разумение приводит к тому заключению, что газеты и газетки, в коих много пустого либерализма и мало истинного патриотизма, как змеи и змейки, шипя, не ужалят, если только вовремя крепко будут ущемлены или вовсе уничтожены. Местная печать полезна, когда она правдиво излагает местные порядки, указывает на лучшее в России, чего нет еще в Сибири, а не пустословит о вреде педагогических инспекторов, о мировых задачах и общем переустройстве».

Автор газеты Корш после охарактеризовал Гилярова: «…старый сибирский чиновник, чуждый каких-либо политических стремлений, ярый поклонник «Московских ведомостей» Катова, не признававший никаких новшеств и считавший, что Сибири никакие реформы не только не нужны, но и вредны».

По воспоминаниям Корша, следующие два номера Гиляров, после жалоб на федеральный уровень, пропустил «без первоначального неистовства».

Сам издатель Петр Макушин про случай с номером одиннадцатым вспоминал: «Цензурирование газеты перешло к управляющему казенной палатой М. А. Гилярову, ярому охранителю «устоев» того времени, немилосердно черкавшему красными чернилами представленные ему на цензуру оттиски газеты и позволявшему себе делать на них обидные замечания. Номер 11-й за 1881 год, выпущенный редакцией наполовину с пробелами, был конфискован по распоряжению местной администрации. Я и редактор на притеснения цензора и конфискацию писали жалобу министру внутренних дел. В ответ последовало разъяснение, что выпуск газеты с пробелами означает неподчинение цензуре и не может быть терпим. Сделано ли было какое-то указание цензору неизвестно».
Цензура империи
До этого, в 1865 году, произошла реформа в цензурировании. Раньше в обязательном порядке перед публикацией газеты вычитывались и их могли просто не пропустить к печати. Теперь могло не быть предварительной цензуры, но могли наказать постфактум. Чаще это были административные взыскания: штрафы, предостережения, приостановки выпуска, запрещения продажи в розницу, запрет на публикацию рекламы и, разумеется, полное закрытие издания. Предварительную цензуру в провинции отменили лишь для правительственных и университетских изданий, переводов с древних языков, карт и чертежей.

Отменили цензуру только в 1905 году.

С 1865 по 1905 год в России официально запретили 29 газет, 30 раз был вынесен запрет на печать частных объявлений, 229 раз запрещалась розничная продажа, и приостанавливался выпуск подцензурных изданий на разный срок 76 раз.
Неприятным для «Сибирской газеты» было совпадение начала выпуска с убийством Александра II. Было проведено даже специальное расследование на этот счет. Редакцию газеты подозревали в том, что они, возможно, знали о готовящемся покушении.

В 1887 году выпуск газеты впервые приостановлен на восемь месяцев, что, скорее всего, было связано с большим количеством фельетонов и романом "Не столь отдаленные места" Константина Станюковича. В 1888 году она стала выходить чаще два раза в неделю. Газета активно готовилась к открытию Томского университета, но сотрудники редакции так и не получили приглашения на открытие, а когда пришли, их попросили удалиться.

Спустя несколько дней пришло известие о новой приостановке газеты. 24 января 1888 года первую частную газету закрывают совсем.

Несмотря на короткий век, «Сибирская газета» сильно повлияла на периодические издания Сибири. В ней публиковались известные литераторы, среди которых автор «В дурном обществе» Владимир Короленко (сокращенный вариант рассказа «Дети подземелья»).

После закрытия газеты Макушин не забросил издательскую деятельность и через какое-то время открыл ежедневную газету «Сибирская жизнь», которая в годы русско-японской войны поставила рекорд тиража в Сибири 15 000.
Александр Мазуров
Февраль 2020 года