Жадная полиция: томскому оперу отказали в компенсации за тяжелое увечье

Многие молодые люди идут работать в силовые структуры из-за хорошей зарплаты и социальных гарантий. Однако на деле, когда с человеком случается беда, наше государство эти самые свои гарантии выполнять не очень хочет. С томичом Иваном Ткаченко случилась именно такая история. Мы попытались разобраться, почему УМВД по Томской области отказывается платить своему сотруднику компенсацию за тяжелую травму, полученную при исполнении служебных обязанностей.

Иван Ткаченко
Иван Ткаченко

Иван Ткаченко закончил электрофизический факультет ТПУ. Военная кафедра давала возможность пойти в силовые структуры, и он решил делать карьеру в органах УМВД. Поскольку Иван занимался единоборствами, то к службе в полиции физически был подготовлен. В 2013 году он приступил к работе в уголовном розыске ОМВД по Томскому району. Когда Иван проходил профессиональную переподготовку, то сотрудники СОБРа предложили перевестись к ним. Согласился. Однако для этого необходимо было пройти тестирование на морально-волевые качества, в том числе боевые испытания — поединки с кем-либо из СОБРовцев. Иван согласовал прохождение тестирования в СОБРе с начальством, так как испытания должны были проходить в служебное время. И в согласованное время отправился в спортзал спецподразделения полиции.

18 августа 2014 года в служебное время на базе СОБРа во время боев я получил тяжелую травму головы. Меня быстро увезли в больницу и сделали трепанацию черепа для удаления гематомы. После этой операции я 5 месяцев находился на больничном. Пройдя лечение, я продолжил службу оперуполномоченным, так как кадровое подразделение ОМВД России по Томскому району не отправило меня на прохождение военно-врачебной комиссии (ВВК), — рассказывает Иван Ткаченко.

Жадная полиция: томскому оперу отказали в компенсации за тяжелое увечье
Жадная полиция: томскому оперу отказали в компенсации за тяжелое увечье

Поскольку каждый сотрудник в органах МВД застрахован, то спустя некоторое время оперуполномоченный Ткаченко за получение тяжкого вреда здоровью в служебное время получил страховую выплату – 220 тысяч рублей.


То есть, пока Иван работал в органах МВД, все признавали, что он получил военную травму при исполнении служебных обязанностей. В справке МСЧ МВД от 3 августа 2015 года указывается, что Иван «при исполнении служебных обязанностей, во время проведения поединка по правилам бокса получил серию ударов по голове». А когда он стал увольняться со службы в 2019 году по состоянию здоровья, то вдруг оказалось, что боксом с СОБРовцем Иван занимался просто так в рабочее время и получил удар по голове по неосмотрительности.

После получения травмы о переходе в СОБР, конечно, никакой речи уже не было. Иван продолжил трудиться в уголовном розыске. Потом был откомандирован работать в отдел по борьбе с организованной преступностью. На одном из дежурств в январе прошлого года ему стало плохо, и он попал в госпиталь на два месяца. Здесь всплыл вопрос, почему после травмы он не прошел военно-врачебную комиссию. «Я понял, что дело идет к моему увольнению, и я попросил направление на прохождение военно-врачебной комиссии, — рассказывает Иван. — Естественно, медики выносят решение, что больше я не могу служить в органах по состоянию здоровья». 


А дальше начинается удивительное. Военно-врачебная комиссия 2019 года указывает, что в 2014 году Иван Ткаченко получил военную травму, однако не годен к службе он просто из-за абстрактной черепно-мозговой травмы от 18.08.2014 года: ушиб головного мозга, субарахноидальное кровоизлияние, дислокационный синдром, контузионный очаг затылочной доли справа в виде астено-вегетативного синдрома. 

Жадная полиция: томскому оперу отказали в компенсации за тяжелое увечье

То есть, врачи оставили открытым вопрос признания травмы военной, так как первоначальная служебная проверка по факту получения травмы была проведена с отсутствием уточняющей формулировки: при исполнении служебных обязанностей либо в результате несчастного случая. А раз нет четкого определения, значит, можно не платить своему сотруднику положенные 2 млн рублей компенсации за тяжкий вред здоровью при увольнении.


«Я ходила на прием к начальнику отдела кадров УМВД Елене Валовой, на котором присутствовала начальник правового отдела УМВД Инга Леонова, они убедительно поясняли, что не уволят Ивана, пока он сам не напишет рапорт об увольнении по собственному желанию, — рассказывает жена Ивана Анна. — Стали утверждать, что он может и дальше работать в органах и что ВВК он не проходил. Мне указали на результаты психологических тестов, которые проходил Иван, на основании которых он признан психически здоровым и к службе годным. Но когда я вышла с приема, мне позвонил Иван и сказал, что на основании заключения ВВК его увольняют по состоянию здоровья. Хотя на приеме мне утверждали, что ВВК он не проходил. После увольнения Ивана я ходила на прием к заместителю начальника полиции Томской области Петру Шмеру, где присутствовали все те же сотрудники, и в ходе разговора мне пояснили, что травма Ивана является полученной при исполнении служебных обязанностей, но не является военной».

Опер угрозыска Иван Ткаченко не стал писать заявление об увольнении по собственному желанию и дождался увольнения по состоянию здоровья.


Теперь Иван пытается доказать получение «военной травмы» и добиться положенной компенсации в 2 млн рублей в судах и высоких кабинетах.

«Я записывался на прием к генералу МВД Романовскому, когда в Томск приезжала комиссия из Москвы с проверкой, — рассказывает Иван. — Мы тогда пришли с женой в 6 утра и были пятыми в очереди. Он нас выслушал, взял все бумаги, и через месяц мы получили ответ: травма получена не при исполнении служебных обязанностей ввиду отсутствия документального подтверждения, что прохождение тестирования является служебным мероприятием. Далее уже мы получали все ответы на наши запросы просто Ctrl+C и Ctrl+V». 


В июле 2019 года Иван Ткаченко получил ответ на обращение к ОМВД России по Томскому району, в котором отсутствовали  факты, подтверждающие, что травма получена при исполнении служебных обязанностей. После этого капитан полиции Ткаченко решил обратиться в суд.


Но суд решил оставить без удовлетворения исковые требования Ивана Ткаченко к ОМВД по Томскому району УМВД России по Томской области о признании незаконным отказа по отнесению его травмы к категории полученных при исполнении служебных обязанностей. «Из представленных доказательств следует, что участие Ткаченко И. Ю. в тестировании обусловлено его личным желанием поступить на службу в спецподразделение с устного разрешения непосредственного руководства. Приказа об его участии в указанном мероприятии не было. Прохождение Ткаченко И. Ю. указанного тестирования 18.08.2014 года в качестве служебного мероприятия документально не подтверждено. СОБР УМВД местом службы Ткаченко И. Ю. не являлся», — говорится в решении судьи Октябрьского районного суда А. М. Зезюн. Вот тебе и все социальные гарантии государства. Поступление на службу в спецподразделения полиции — это личное желание, и если при поступлении туда вы получите тяжкие увечья, то это ваши личные проблемы, считают судья и юристы Томского УМВД.


Томский областной суд солидарен с коллегами и тоже считает, что если Иван Ткаченко не прошел испытания в Специальном отряде быстрого реагирования, на работу принят не был, значит, и за увечья, полученные от СОБРовцев, ему достаточно выплаченной ранее страховки. Спасибо за службу Отечеству!

«Надо отдать должное, что коллеги по службе меня поддержали, за что выражаю им свою благодарность, — говорит Иван. — Все, и начальник розыска, и заместитель начальника розыска, и в СОБРе, подтвердили, что прохождение испытаний было со всеми согласовано и что травму я получил в служебное время».

Жадная полиция: томскому оперу отказали в компенсации за тяжелое увечье
Фото: Новая газета

По мнению адвоката Дениса Терешкова, сложилась парадоксальная ситуация. «Установлено, и это никем не оспаривается, что один сотрудник МВД причинил другому тяжкий вред здоровью. А ОМВД по Томскому району Томской области, равно как и УМВД России по Томской области, заявляют, что Ткаченко получил травму вне связи с выполнением служебных обязанностей. Тогда закономерен вопрос – если травма не связана со служебной деятельностью Ткаченко, должен ли кто-то понести ответственность, предусмотренную ст. 111 УК РФ, за причинение тяжкого вреда здоровью? На каком основании этой ответственности избежали? Если ее избежали законно и тестирование проходило в рамках приказа, то травма Ткаченко должна считаться военной и ему положены соответствующие выплаты. Если тестирование проводилось без каких-либо законных оснований, как и участие в этом тестировании Ткаченко, то необходимо вернуться к вопросу ответственности за вред здоровью», — считает адвокат Ивана Ткачено.

Прокомментировать случай капитана полиции Ткаченко мы попросили и эксперта из Москвы, бывшего полицейского, руководителя проекта «Омбудсмен полиции» Владимира Воронцова.

– Вы помогали Ивану Ткаченко разбираться в правовых аспектах ситуации, в которую он попал. Могли бы дать ей юридическую оценку?


– Да, конечно. Иван получил увечье при выполнении служебных обязанностей. Он в служебное время по согласованию со своим руководством в служебном помещении в рамках исполнения указа МВД России № 210, который регулирует процедуру перевода сотрудников в службу СОБР, в присутствии других должностных лиц проходил испытания. Это в чистом виде служебное мероприятие. В законе о службе в органах внутренних дел написано, что сотрудник считается выполняющим служебные обязанности, если он участвует в сборах, соревнованиях и иных служебных мероприятиях. Исчерпывающий перечень этих мероприятий не установлен.

В данном случае сотрудник получает увечье, которое препятствует дальнейшему прохождению службы и он имеет право получить страховую выплату в 2 млн рублей. Вся позиция правового отдела УМВД по Томской области сводится к тому, что нет спора по фактическим обстоятельствам, где Ткаченко был и что делал, а есть спор о квалификации того, что произошло. Позиция правового отдела — Ткаченко участвовал не в служебном мероприятии, а в каком-то личном. Это была его личная инициатива перевода по службе и прохождения испытаний. Хотя перевод по службе – это чисто служебное мероприятие. И, на удивление, суды, что первой, что второй инстанции в Томске, встают на сторону правового управления томской полиции. Естественно, мы это будем обжаловать в Верховном суде. 

Жадная полиция: томскому оперу отказали в компенсации за тяжелое увечье

– Почему правовой отдел УМВД не признает факт увечья при исполнении служебных обязанностей? Экономят государственные деньги?


– Можно было бы подумать, что они жадничают и пытаются сэкономить на Иване Ткаченко. Но парадокс в том, что эти выплаты осуществляют не они сами, а страховая компания, с которой заключен госконтракт. У нас в УМВД часто отсутствует логика и здравый смысл.


– А как так может быть, что в одной и той же справке они сначала квалифицируют увечье как военную травму, а затем пишут просто: не годен к службе по состоянию здоровья?


– Да, это очередная дурость УМВД. Есть два вида страховых выплат. Есть разовая, которая выплачивается при получении травмы, и есть выплата в связи с увольнением, когда у тебя увечье настолько сильное, что ты не можешь продолжать дальше служить. Когда была разовая выплата, то ему признали военную травму и выплатили 250 тысяч, а спустя несколько лет, когда из-за этой травмы он не смог продолжить службу, ему сказали, ну нет, это не военная травма. Я не знаю, какое можно использовать определение в этой ситуации. Хитрость, изворотливость со стороны томской полиции?


– Как часто вам приходилось сталкиваться с подобной изворотливостью со стороны УМВД?


– По Москве у нас было две похожих ситуации, когда поначалу было противодействие и сопротивление, но в итоге проблемы были решены в досудебном порядке и деньги людям были выплачены. Но в целом есть некий тренд, чтобы не отдавать людям деньги. Хотя государство гарантирует, что служба в полиции – это такое количество социальных гарантий, которых нет ни у кого. На деле же все сосем иначе. Видите, у Ивана даже через суд не получилось отстоять свои права.


Я три года занимаюсь трудовыми спорами в полиции и понял, что в целом есть негласная установка у судов вставать на сторону госорганов. Очень тяжело в такой ситуации работать. Неважно, что ты там отсуживаешь: оплату часов ночных переработок, незаконное увольнение, взыскания, социальные выплаты – все это с боем приходится выбивать.

Иван Голиней
Иван Голиней

С боем добиваться правды пришлось и матери Ивана Голинея, который после прохождения испытаний на базе ОМОНа остался инвалидом. Мать пострадавшего несколько лет пыталась доказать, что сын получил травмы именно на работе. 


Согласно результатам служебной проверки, Иван Голиней получил травмы при исполнении — на базе ОМОНа в ходе спортивной тренировки. Якобы на разминке бойцы играли в регби, толкались и падали, Голиней также неоднократно ударялся о стенку и падал. После «разминки с мячом» врачи констатировали закрытую черепно-мозговую травму, ушиб головного мозга тяжелой степени, острую субдуральную гематому.


Позднее мать Ивана узнала, что ее сын стал инвалидом не в результате игры в регби, а после посвящения в бойцы ОМОНа. Дело Голинея передали в суд только в конце 2019 года. За несколько лет до этого, по словам матери, расследование едва не прекратили на основании результатов экспертизы о том, что Голиней получил травмы за 24 часа до службы.

Это еще один печальный пример того, как наше государство отвечает за данные социальные гарантии. Ивану Ткаченко, скорее всего, теперь может помочь только Европейский суд по правам человека. Если, конечно, к тому времени, как он рассмотрит дело Ткаченко vs Россия, наше государство не откажется выполнять решения международных судов.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?