«В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию»

2 октября журналистка и главный редактор издания KozaPress Ирина Славина подожгла себя у здания нижегородского МВД. Накануне к ней домой приходили с обыском:

Сегодня в 6.00 в мою квартиру с бензорезом и фомкой вошли 12 человек: сотрудники СКР, полиции, СОБР, понятые. Дверь открыл муж. Я, будучи голой, одевалась уже под присмотром незнакомой мне дамы. Проводили обыск. Адвокату позвонить не дали. Искали брошюры, листовки, счета «Открытой России», возможно, икону с ликом Михаила Ходорковского. Ничего этого у меня нет. Но забрали, что нашли — все флешки, мой ноутбук, ноутбук дочери, компьютер, телефоны — не только мой, но и мужа, — кучу блокнотов, на которых я черкала во время пресс-конференций. Я осталась без средств производства.

Одна из последних публикаций «Козы» касалась преследования предпринимателя Михаила Иосилевича, которому вменялось в вину то, что он предоставил перед выборами площади своих помещений под лекции для наблюдателей от партии «Яблоко». По версии следствия, организаторами лекций являлись активисты «нежелательной организации» — «Открытой России». Славина проходила по этому делу свидетелем. При этом исполнительный директор «Открытки» Андрей Пивоваров заявил «Эху Москвы», что в сентябре никаких мероприятий в Нижнем Новгороде «нежелательная организация» не проводила:

Они говорят: «Вот, были тренинги», но мы проводили их в Великом Новгороде. То есть они перепутали Нижний Новгород с Великим и возбудили это уголовное дело (о деятельности нежелательной организации – «ЭМ»). Таким образом там все сфальсифицировано.

2 октября днем Ирина Славина написала в своем Фейсбуке: «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию». Спасти Ирину не удалось. 

«В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию»
Фото: из профиля Ирины Славиной в ФБ

Мы познакомились с Ириной три года назад на одном из журналистских семинаров. Она представилась как учредитель, главный редактор и единственный журналист сетевого издания КозаПресс. Которое незадолго до этого с третьей попытки получило лицензию СМИ. С «женщиной-СМИ» мы тогда записали интервью — о профессии, статусе и репутации. У меня была идея сделать материал о том, как выживают независимые СМИ в разных городах. Идея осталась нереализованной. А то интервью 2017 года сейчас видится вполне самодостаточным. 

Ирина, расскажите о СМИ, которое вы представляете?


— Я — учредитель, главный редактор и единственный журналист сетевого издания Коза-пресс. Свидетельство о регистрации СМИ было получено 28 ноября 2016 года. Я добивалась этого более года. Трижды отправлялись документы в Роскомнадзор, исправлялись в них всякие недочеты и так далее. Наконец-то я этого добилась. При помощи юристов, которые абсолютно бесплатно оказывали мне эту услугу. Это был их вклад в развитие свободы слова в Нижнем Новгороде. Очень много людей оказывали помощь. Абсолютно бесплатно был сделан сайт моим партнером-соучредителем по КозаПресс.

Проект абсолютно не доходный. Никак не окупаемый. И я вообще не знаю, как дальше с этим жить.

Потому что вот я здесь (на семинаре), а лента не может останавливаться, и мне приходится продолжать что-то ставить на ленту. Какую-то информацию. В данном случае пользуюсь пресс-релизами. Или сообщениями моих источников.


До этого я работала в разных СМИ, начиная с печатных, откуда была со скандалом уволена после восьми лет успешной деятельности. За время которых я успела четырежды стать лауреатом всероссийских конкурсов журналистов, в том числе конкурса МГУ. То есть абсолютно несостоятельны разговоры о том, что меня уволили в силу какой-то моей некомпетентности. Или непрофессионализма.


— А что стало причиной, катализатором, после чего пришлось уйти из городских СМИ?


— Понимаете, хотелось остаться в профессии. И я понимала, что рабочих мест в редакциях Нижнего Новгорода, финансируемых, по сути, представителями одних и тех же финансовых группировок, для меня нет. Мне предложили сделать свое СМИ. Я решила — а давайте!


​Кто предложил?


— Я проживала эту историю в Фейсбуке. Было очень много комментариев, сочувствующих людей. Я как сейчас помню этот пост, после того, как я в очередной раз была уволена. Я (написала): «Ну вам же нужно независимое… — вернее, не независимое, я стараюсь не применять это слово, потому что независимости не существует, ты зависишь элементарно от читательского интереса к себе, — свободное и честное СМИ?». Все — «Да! Да!». Начали сразу обсуждать название. И оно было сразу же найдено.

Из целого перечня были несколько наиболее удачных, на мой взгляд — «акула», «заноза» и «коза». И всем очень понравилась «Коза». Так и стала — KozaPress.

Сначала «Коза» существовала в форме блога. Та же лента новостная — но без статуса СМИ. Потом было получено свидетельство. И экономическая модель была придумана — что проект будет существовать за счет пожертвований читателей. Причем добровольных пожертвований, без всяких подписок. Была сделана специальная кнопка спустя некоторое время — все желающие на нее могут перечислить определенное количество средств. От самой минимальной — по 50 рублей иногда приходит за вычетом процента для Яндекс-кошелька и максимально можно подарить коммерческой компании, не имея проблем с законодательством России, до 3000 рублей.

«В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию»
Фото: из профиля Ирины Славиной в ФБ

И что показывает практика?


— Я обнародовала совсем недавно новость по итогам финансовой деятельности за 2016 год, что было собрано — точно сумму не назову общую — но кнопка у меня действовала с августа 2016 года, и за полгода было собрано около 50 тысяч рублей. То есть ежемесячный доход составляет 8 тысяч с копейками. Почти 9 тысяч рублей.


Наверное, в Нижнем Новгороде непросто прожить на такой доход?


— На эту сумму не то что редакцию не сможешь содержать, но даже и главному редактору на зарплату не хватит (смеется). Поэтому, чтобы кормить своего ребенка, я продолжаю работать на другие СМИ и получаю зарплату в виде гонораров. То есть мне приходится и себе строчить, и другим строчить.


Та громкая история, из-за которой вас уволили — напомните ее, пожалуйста?


— Это мы вспоминаем мое первое увольнение. На городском форуме была обнародована мною инструкция, она называлась «Единая Россия. Акценты для СМИ». Я вчера ее продемонстрировала (на семинаре) всем, она смешная очень. Это было лето 2011 года. Перед выборами.

Мне предлагалось усвоить, что Навальный — это «агент ЦРУ», что Путин и Медведев — это «Гулливеры в стране лилипутов-политиков», ну и «Единая Россия» — единственная достойная, так сказать, партия.

И я ее обнародовала на городском форуме. И через три дня уже имела трудовую книжку на руках. Ну, я сама, в общем, предложила уволиться, чтобы не доставлять хлопот главному редактору, с которым у меня были прекраснейшие отношения.  

А второе увольнение?


— Это я уже работала на частное СМИ. Я сделала новость о митинге, который прошел в Нижнем Новгороде. Против синего забора — он стоит очень долго, это такая местная наша история. Было начато строительство на набережной объектов, которые потом были признаны незаконными — в общем, это все должны в этом году наконец-то снести к чемпионату мира, но моя дочь, которой 17 лет в этом году исполняется, не помнит уже эту нашу набережную без синего забора. О чем она мне и сказала. То есть 10 лет этому забору будет. Был организован митинг против этого синего забора.

И я выяснила, что на этот митинг были свезены студенты из сельскохозяйственного колледжа — ну, то есть организованный митинг, ничего не имеющий общего с действительно гражданским выражением отношения к проблеме…

Те, кого привезли, за что митинговали-то?


— А вот я подхожу к ним, спрашиваю — вы что здесь делаете? А мне студент говорит «… (фиг) знает». Их просто привезли для массовки. Они не понимали, что происходит. Но на фоне этих возмущенных покрасовался тогдашний глава Нижнего Новгорода. Председатель городской Думы. И, собственно, выяснив, что на этом митинге участвовали студенты одного-единственного колледжа, привезенные туда организованно вместо занятий, и изложив эти факты, я поплатилась рабочим местом. Потому что очень недовольный глава города позвонил учредителю СМИ, в котором я работала, ну, и дело закончилось этим — моим вторым увольнением.  

Синий забор на набережной Нижнего Новгорода
Синий забор на набережной Нижнего Новгорода
Фото: с сайта koza.press

А что вообще медийный ландшафт в Нижнем Новгороде из себя представляет?


— Все довольно грустно. Медиа принадлежат, по сути, двум финансово-промышленным группировкам. И они делят между собой эти медиа, поливая друг друга какашками, по возможности соблюдая приличия, но не всегда.


Почему для вас важным оказалось не встроиться в струю, а делать какие-то такие вещи, за которые поплатились потом стабильной работой? Которые жизнь вам усложняли? И есть ли вообще запрос у людей на честную журналистику?


— Понимаете, с одной стороны усложняли, а с другой стороны создавали мне определенную репутацию. И доверие источников. Которые обращаются ко мне, предоставляют мне информацию. Многие понимают, что многое не так и требует исправления в нашем городе. И каких-то усилий определенных. И что СМИ играют очень важную роль в решении этих проблем. И в целом… я ни о чем не жалею. Ни о чем. Абсолютно.

Наверное, не секрет, что уважение к профессии журналиста за последние годы изменилось и, если 25 лет назад «журналист» — это звучало гордо, люди выстраивались в очередь, чтобы купить свежую прессу, то сейчас, конечно, журналистов не ругает только ленивый. Упало доверие.

А у меня такая история — на сайте есть кнопочка, которая позволяет людям перечислять какую-то сумму в поддержку моего проекта KozaPress. Иногда я еду в машине или иду, и раздается звон СМС-ки, и я вижу, что поступило на счет в банке пожертвование, переведенное через Яндекс-кошелек. И, понимаете, это замечательный мотивирующий фактор! При этом я радуюсь и получая 50 рублей, и 3000 максимальные — а 50 рублям даже больше, потому что я понимаю, что тот человек, который перевел мне эти деньги, скорее всего, очень небогатый. Но он не поленился проделать все эти манипуляции, чтобы перечислить мне эту денежку, значит, он хотел этого.

Понимаете, эти люди платят мне добровольно деньги, чтобы жил мой сайт. Это говорит о том, что есть запрос?  

У меня есть свой читатель. Свой пул людей, которые вокруг меня. Они мне доверяют — вопрос доверия очень важный. Вопрос репутации очень важный. Причем я не тая скажу, что репутация прямо противоположная у меня — есть люди, которые очень уважают меня, ценят и верят мне. Есть те, которые меня на дух не переносят. И рассказывают обо мне разного рода небылицы. Вот я имею честь состоять в списке самых главных врагов России в Нижнем Новгороде. По версии НОДа. Возможно, вы знаете о таком… Они сняли фильм, и в этом фильме называется пять фамилий, и моя в том числе.  

«В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию»
Фото: из профиля Ирины Славиной в ФБ

С какими проблемами к вам люди приходят?


— В основном, это касается защиты прав людей. Уголовного преследования. И это касается защиты прав инвалидов, которые не могут получить полагающиеся им по закону, например, технические средства реабилитации. Из наиболее резонансных — меня задела судьба Тагира Хасанова, 70-летнего старика, которого обвинили в пособничестве терроризму. Писала об этом и пишу.


Почему вам важно было получить лицензию СМИ?


— Лицензия СМИ дает мне право посылать запросы во все государственные ведомства и учреждения и требовать ответа в установленные законом сроки — 7 дней. Адекватные организации, где адекватные пиарщики, стараются ответить в течение одного дня журналистам.


Риски появились в связи с этим дополнительные? Блогерам, наверное, попроще с Роскомнадзором?


— Я бы так не сказала. Роскомнадзор их не закроет. Но я же иски судебные имею — у меня одно дело, я вызвана была в суд за пост в ФБ — как блогер. Это отдельная история, ко мне обратились люди, которым строили дом, который разрушился, пока его строили. И эта чудесная компания отказалась выплачивать ущерб, я делала материал об этом и на своей странице в Фейсбуке, сообщила своим подписчикам, что есть такая-то компания, лучше с ней дело не иметь. Потому что — вот, вот и вот — есть факты, есть решение суда. И учредитель это компании вызвал меня в суд. Предъявив мне иск на 50 тысяч, дело еще длится. Это мой не первый суд о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Но я помню слова Дмитрия Быкова, уважаемого и любимого мной публициста, писателя и журналиста, который сказал, что если журналиста хоть раз в жизни не вызвали в суд, значит, он не журналист…

«В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию»
Фото: из профиля Ирины Славиной в ФБ

1 октября в одном из своих последних постов перед трагедией Ирина написала: «Если бы они так и не явились ко мне, значит, все это время я …(фигней) какой-то занималась. Ведь так? Теперь понимаю, что все было не зря. Всем огромное спасибо за ту поддержку, которую вы оказываете мне. Ваша капитанская дочка».

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?