{{ currentDate }}
Добрые новости
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Главная Истории «Ринат, ты хороший человек»: что рассказал Аминов — главный свидетель обвинения в деле Ивана Кляйна
Истории

«Ринат, ты хороший человек»: что рассказал Аминов — главный свидетель обвинения в деле Ивана Кляйна

Валентина Анкудинова
ТВ2 Валентина Анкудинова
27.05.2021

Один из главных свидетелей обвинения по делу арестованного мэра Томска Ивана Кляйна, предприниматель Ринат Аминов, дал показания в Советском районном суде. Именно Аминов утверждает, что Иван Кляйн незаконно запретил ему строительство нового микрорайона на улице Мокрушина. 

Фото:  Ринат Аминов заходит в суд

«Со мной хочет увидеться Иван Григорьевич Кляйн»

«До того, как приобрести одним лотом семь объектов бывшего радиотехнического завода, мы в 2015 году  купили помещения площадью в 2 тысячи кв. м в составе здания Мокрушина, 9, стр. 48. С этого началась история покупки. После того как я купил эти помещения, я начал участвовать в торгах. В январе 2016 года состоялись торги, я стал победителем», — рассказывает Ринат Аминов.


Он уточняет, что планировал поменять статус земли под жилую зону и вести там строительство — жилых зданий, школы и детских садов.


— «Томское пиво» интересовалось данными участками или нет? — спрашивает Аминова прокурор.


— После регистрации права собственности ко мне обратился мой бывший одноклассник Вячеслав Литвин. Я знал, что он работает начальником юридического отдела на «Томском пиве». Он предложил за счет средств «Томского пива» выделить участок, размежевать, поставить на кадастровый учет и затем продать два земельных участка предприятию. Потому что эти земельные участки разрезали участок «Томского пива» пополам. Он мотивировал это тем, что мой земельный участок блокирует развитие данной территории, — говорит Ринат Аминов.


По его словам, Литвин жаловался, что еще в 2013 году предлагал выкупить этот участок земли у Иткина, но тогда сделка сорвалась. Сейчас он вновь предложил выкупить этот участок и уточнил, что покупка будет проводиться по заниженной цене. Рыночная стоимость, по словам свидетеля, на тот момент составляла около двух миллионов рублей. 


Было это в марте-апреле 2016 года. 

— Литвин пояснял, действует он самостоятельно или представляет чьи-то интересы? — задает вопрос прокурор.


— Он говорил, что решается его судьба. Он объяснил, что для «Томского пива» этот участок стратегический и для будущего развития, так как если не купят у меня, то развитие завода невозможно. Я сказал, что цена сделки занижена. Он сказал: «Я тебе обещаю и гарантирую, что смогу убедить Ивана Григорьевича облегчить перевод участка под зону жилой застройки», — отвечает Аминов.


— Насколько вы поняли из общения с Литвиным: Иван Григорьевич был уведомлен о данном предложении? Какое участие он принимал?


— В совершении сделки Иван Григорьевич физически участия никакого не принимал. Я его не видел. Все отношения были между директором «Томского пива» Галиной Кляйн, которая подписывала договор купли-продажи. Никаких хозяйственных или иных распоряжений от Кляйна не поступало.


При этом Аминов рассказывает: он знал, что контрольный пакет акций «Томского пива» принадлежит Ивану Кляйну. По его мнению, тот  был бенефициаром этой сделки, поэтому Аминов и согласился продать участок по заниженной стоимости.


— Я пошел на уступки. Ожидал, что не будет проблем при переводе земельного участка Мокрушина, 9 в жилую зону, — говорит Аминов.


Он рассказывает, что Литвин сказал, что все согласовано на всех уровнях и проблем не будет. 

Фото:  Ринат Аминов

Аминов рассказывает, что после совершения этой сделки он был уверен, что все пойдет, как положено. Поэтому стал готовить документы по изменению вида землепользования. Заказал обоснование, за которое заплатил 3 млн рублей, направил все документы в комиссию по землепользованию, которая согласилась с его доводами и направила документы на публичные слушания.


На стадии технического формирования вопрос о наличии санитарно-защитной зоны не обсуждался, уточняет Аминов. По его словам, его, в первую очередь, интересовало, можно ли на данном участке построить школу и детские сады, а также наличие транспортной доступности.


В январе 2017 года, после семи месяцев ожидания, Аминов получил ответ. В постановлении было указано, что ему отказано. В том числе из-за проблем с транспортной доступностью района.


«В Генеральном плане новая транспортная развязка была определена. Этот пункт, я считаю, мне был вменен незаконно. Поэтому я считаю, что это надуманное основание», — говорит Аминов. Он подчеркивает, что на публичных слушаниях хотел рассказать, что его действия направлены не на создание транспортного коллапса микрорайона, а на его развитие: в микрорайоне должны были появиться новые садики и школа.


«Третий пункт касался наличия санитарно-защитной зоны у Мокрушина, 11. Я посмотрел Генеральный план Томска, но информации о наличии санитарно-защитной зоны не нашел. Там было прописано, что по СанПиНу предприятие относится к классу опасности 4-5», — говорит Аминов.


По его мнению, Иван Кляйн своим отказом опередил события: все эти вопросы должны были обсуждаться сначала на публичных слушаниях, а потом депутатами. Аминов посчитал, что отказали ему незаконно. Написал жалобу в прокуратуру, а затем в Арбитражный суд.

В ходе судебных разбирательств ко мне подошел сотрудник администрации и сказал, что со мной хочет увидеться Иван Григорьевич Кляйн, мэр Томска, — говорит Аминов. — Я у него спросил: на какой предмет. Сказали, что хочет разрядить данный судебный спор нашей личной встречей. Иван Григорьевич сказал, что мы живем в одном городе, что проблем нам не надо, надо договариваться. Я ему говорю: Каким путем будем договариваться? Он сказал, что первое условие — это отзыв заявления в Арбитражном суде. Я говорю: «А какое будущее тогда». Он отвечает, что выдаст постановление на разработку проекта планировки. И чтобы я поверил, вызвал Касперович и дал распоряжение немедленно выдать это постановление.

Было это в апреле 2017 года. Аминов рассказывает, что стал разрабатывать проект планировки, затем документы снова были направлены в департамент. Но ему вновь отказали с мотивировкой о наличии санитарно-защитной зоны у «Томского пива».


«Четырежды я подавал заявление, четырежды мне отказывали. Говорили, мол, зачем мы будем двигаться по листу замечаний, если у вас существенное основание — наличие 300-метровой защитной зоны «Томского пива», — вспоминает Аминов. 

— Вам предложили отозвать исковое заявление. Что вам было предложено взамен? Что именно?


— Разработать проект планировки. Это было для меня неизбежно, но не выгодно. По регламенту он разрабатывается после изменения зоны. 


За этот документ бизнесмен заплатил 8 млн рублей. 


Аминов вспоминает еще одну встречу с Кляйном. В тот раз она проходила с Вячеславом Литвиным.

Литвин сказал, что я исполнил все обязательства. Иван Григорьевич похлопал меня по плечу и сказал: Ринат, ты хороший человек, свои обязательства исполняешь, дальше мы будем взаимодействовать. 

Санитарная зона в 300 метров

Аминов говорит, что хотел удостовериться в том, что Иван Кляйн в курсе сделки, поэтому и попросил Литвина организовать ту самую встречу. 


— Я ему сказал, что ничего не происходит, где результат.


— Что вы имеете в виду под результатом?


— Перевод участка для застройки под жилую зону. Сказал, что вы обещали мне это сделать в течение месяца. Но я получил отказ.


— Вы выясняли, почему не решается ваш вопрос?


— Нет. Мне было достаточно, что Литвин присутствовал на встрече. Он сказал, что дальше проблем не будет, ты же получил постановление на разработку проекта планировки. Я сказал, что начинаю тратить колоссальную сумму денег и прошу, чтобы работы были проведены.


— Какие-то иные вещи на этой встречи обсуждались?


— Да, Кляйн сказал, что я наделал много проблем со своим проектом. У них в плане было строительство цеха по переработке отходов пивного производства. На той площадке, которая примыкала к моей территории. «...» Он понимал, что если я построю жилой комплекс, то его площадка как промзона перестанет существовать.


— Его — это чья?


— «Томского пива». Он весь разговор вел от имени «Томского пива». 


— Вы знали, какое он имеет отношение к заводу?


— Конечно. В СМИ декларировалось, сколько акций ему принадлежит.

Фото:  Иван Кляйн перед судом

Аминов говорит, что когда стал получать отказы в переводе зон, то направлял порядка 40 писем: и мэру, и заводу. Хотел провести совещание, но ответа не было.


— Как вы узнали о наличии санитарно-защитной зоны?


— Когда мы направили готовый проект планировки, получили замечание, я задал вопрос главному архитектору: откуда эта санитарно-защитная зона? Он мне показал письмо за подписью Галины Кляйн. Отправлено в департамент архитектуры в марте 2017 года с просьбой учесть указанную информацию при решении вопроса о развитии прилегающей к заводу территории. 


Аминов еще раз говорит, что изначально информацию о наличии санитарно-защитной зоны решил узнать из Генерального плана Томска, но там ничего не было обозначено.


— В Роспотребнадзор обращались?


— Обращался, но точно дату не помню. Я еще же был зарегистрирован на Мокрушина как собственник квартиры. Данная санитарно-защитная зона распространялась фактически на всю жилую существующую застройку. А именно: накрывала 11 жилых домов. У меня уже тогда появилась загадка, как так «Томское пиво» направляет информацию об этом в администрацию. Им же фактически надо было либо приостанавливать деятельность, либо расселять всех. Я начал писать жалобы. 


(примечание редакции: Завод «Томское пиво» был открыт еще в 1884 году. В 2005-2006 годах вокруг территории завода началось строительство. Было построено два дома в 10 и 14 этажей. При этом в 2007 году главный санитарный врач РФ внес изменения в требования СанПиНа. Согласно им, объекты по производству пива, кваса и безалкогольных напитков имеют третий класс опасности с санитарно-защитной зоной 300 метров.


В 2019 году Кировский районный суд рассматривал дело о санитарно-защитной зоне «Томского пива». Из экспертного заключения следовало, что граница санитарно-защитной зоны «Томского пива» установлена на основании действующей на тот момент редакции СанПиНа с учетом отнесения предприятия к V классу опасности с нормативной санитарно-защитной зоной в 50 м. В соответствии с экспертным заключением по проектной документации, выполненным ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Томской области», утвержденным главным врачом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Томской области, границы СЗЗ сокращены и установлены таким образом, что жилые дома располагаются за ее пределами».

Аминов рассказывает, что писал жалобы. Дошел до Верховного суда, который жалобу на наличие санитарно-защитной зоны не поддержал и отказал ему в исковом заявлении.


«Отказывая в удовлетворении требований предпринимателя в части, суды первой и апелляционной инстанций <...> исходили из следующего:  <...> предприниматель не представил доказательств, подтверждающих внесение изменений в Правила землепользования и застройки и исключение из них сведений о санитарно-защитных зонах; а выданный Департаментом градостроительный план земельного участка в части указания в нем сведений о наличии санитарно-защитных зон соответствует действующему законодательству», — говорится в решении Верховного суда.


Тогда Ринат Аминов решил переформулировать иск — он решил обжаловать сведения, которые содержались в этой выписке — и снова подал заявление. Томский областной суд на этот раз поддержал его позицию. Решение было вынесено 18 мая 2021 года, говорит Аминов (на сайте суда информацию об этом деле найти не удалось — прим. ред.).

В итоге Аминов решил начать все сначала. Он рассказывает, что вновь подал документы, дошел до процедуры публичных слушаний, участники которых одобрили проект застройки микрорайона.


— По-моему, 25 или 27 декабря 2020 года. Состоялась дума, на которой было утверждено единогласно изменение зоны.


— 2020 года?


— Да. 


(примечание редакции. Вероятно, Ринат Аминов перепутал год. Дело в том, что решение о переводе земельного участка на улице Мокрушина, 11/1, где раньше располагался Томский радиотехнический завод, в зону общественного-жилого назначения, рассматривали 28 декабря 2019 года. Однако на решение Думы  из-за отсутствия заключения Минкультуры был наложен протест прокурора.


«Настоящий проект направлен на отмену ранее принятого решения Думы в декабре 2019 года и повторное принятие данного решения с учетом полученного положительного заключения Министерства культуры. Также по проекту получено положительное заключение областного комитета по охране объектов культурного наследия», — говорил заммэра Алексей Макаров на собрании Думы. 


В ноябре 2020 года депутаты вновь рассматривали данный вопрос и отправили проект на доработку. В пресс-службе Думы Томска журналисту ТВ2 уточнили, что больше к данному вопросу не возвращались. Позднее спикер Думы Томска Чингис Акатаев подчеркнул, что решение депутатов о переводе земли в зону общественно-жилого назначения никто не отменял).

Фото:  Градостроительный комитет. Февраль 2020 года

Между тем в ходе заседания Аминов вспоминает Градсовет, который поддержал данный проект. 


«Сейчас мы делаем проект планировки на основании измененной зоны. Ждем, когда откроем развязку, будем смотреть транспортную доступность и корректировать планы. Понимаем, что при отсутствии транспортной доступности будут коллапсы и инвестиционная привлекательность объектов будет практически нулевой», — говорит Аминов.


Он подчеркивает, что в документации не изменилось ничего.


«Администрация мне незаконно вменяла наличие санитарно-защитной зоны, которая была у моего предприятия — Радиотехнического завода. Но я являлся кредитором и на собрании фактически путем голосования направлял требования конкурсному управляющему о прекращении его статуса как предприятия, а следовательно, и об отсутствии зоны», — рассказывает Аминов.

Он уточняет, что в 2018 и 2019 годах с Иваном Кляйном не общался. 


«Я пытался неоднократно встретиться. Приходил в мэрию, канцелярию. Встречался с Ларисой Шейфер (руководитель Адвокатского бюро «Шейфер и партнеры», ныне  вместе с Мариной Вихлянцевой и Андреем Гривцовым представляет  интересы Ивана Кляйна в суде — ред.). Просил оказать содействие, говорил, что проблема может перерасти в другой характер. Представлял заявление в Следственный комитет. Она сказала, что выслушала и донесет семье. Но никакой обратной связи мне не дали», — говорит Аминов.


По его словам, общий ущерб составил 11 млн рублей. Есть еще какие-то убытки и текущие расходы, Аминов обещал уточнить после суда.

На этом прокурор закончил задавать вопросы. Слово взял адвокат Рината Аминова — Дамир Исхаков, который сразу же решил уточнить то, как воспринимал томский предприниматель на этих встречах Кляйна.


— Я его воспринимал как уважаемого человека. Я много слышал о нем положительных отзывов. Я понимал его как предпринимателя. Я воспринимал его как мэра, что от его воли фактически зависит градостроительство Томска. Я его воспринимал как бизнесмена, потому что ряд встреч были на тему бизнеса. Вот такие разноплановые отношения. 


Аминов отмечает, что торги были публичные, в них могли участвовать любые компании. Он еще раз конкретизирует, что продал участки по заниженной цене, надеясь на дальнейшее содействие со стороны семьи Кляйна в переводе земель.


— Сколько вы потеряли на сделке? — спрашивает адвокат потерпевшего Исхаков.


По мнению Аминова, десятки миллионов. Он отметил, что из-за продажи по заниженной стоимости он получил штрафы от налоговой и обращался к Галине Кляйн с просьбой погасить их, но не получил ответа. 

Фото:  Дамир Исхаков и Ринат Аминов выходят из здания суда

— Самым странным для меня стало наличие письма Галины Кляйн, в котором она просит учесть наличие санитарно-защитной зоны. Для меня загадка, почему Галина Кляйн решила направить себе в ущерб эти сведения, — говорит Аминов. По его мнению, именно на основании этого письма в систему «Геокард» внесли информацию о санитарной зоне предприятия.


— Если бы вы знали о наличии этой зоны, вы бы стали покупать земельные участки? — уточняет Исхаков.


— Я бы в любом случае приобретал. Так как наличие этой зоны незаконно.  

Часть ответов повторяет уже ранее сказанное Аминовым. Слово берет представительница администрации Томска. И тут начинается перепалка. Представительница мэрии просит конкретизировать, от кого именно ожидалось содействие, в чем именно оно проявлялось.


— Ваша честь, мой доверитель на данные вопросы уже отвечал. Очень странная позиция администрации Томска наряду с обвинением задавания вопросов в такой форме. Мы не в гражданском процессе находимся и не в арбитражном. Я прошу данный вопрос снять, — обращается к судье Дамир Исхаков.


Судья Николай Хабаров говорит, что пока отвечать можно.


— От каких лиц вы ожидали помощи? 


— Я уже отвечал, — говорит Аминов. 


— Я не услышала, — поясняет представитель администрации. 


— В следующий раз слушайте внимательнее, — говорит Аминов. В перепалку вмешивается судья и просит ответить на вопрос.


— Иван Григорьевич Кляйн. Мэр города. Конечный бенефициар, держатель акций. Кто же еще в этом городе?

После этого перепалка продолжается. Ринат Аминов не дает задать вопрос, в диалог вмешивается судья, делает замечание. 


— Какая санитарно-защитная зона указана в постановлении об отказе в переводе участка земли в жилую зону?


— В постановлении? Томский радиотехнический завод.


— Тогда в связи с чем даны ваши пояснения относительно санитарно-защитной зоны «Томского пива», которая не указана как причина для отказа в переводе земель?


— На стадии разработки проекта планировки. 


Отвечая на вопросы, Аминов говорит, что «Томское пиво» поправило санитарную зону.

Граничит или нет?

После небольшого перерыва заседание возобновляется. Вопросы задает Марина Вихлянцева. Она уточняет, являлся ли Ринат Аминов индивидуальным предпринимателем на момент покупки земель. Он отвечает, что точно не помнит, но статус мог быть прерван.


Марина Вихлянцева задает вопросы о разделении участков. 


— Решение о разделе участка вы принимали? — спрашивает адвокат. 


— Конечно, — говорит Аминов. 


— Документы в Росреестр вы сдавали? — уточняет Вихлянцева. Она постоянно говорит о двух участках. Аминов поправляет, что их стало три.


— Да, — соглашается он. 


— Прилагали документы о межевании? — интересуется она. 


— Не помню, — говорит Аминов. 


— К этим документам документы межевания прилагали?


— Я не помню.


— Как не помните? — удивляется Марина Вихлянцева, но ее перебивает представитель Аминова и просит воздержаться от комментариев реплик: «Мой доверитель говорит, что не помнит. Зачем конкретизировать».


— Я помню одно: после той встречи мы все делали вместе, — вклинивается Аминов. 

Фото:  Адвокаты Ивана Кляйна. Архивное фото

— Два участка я продал. Один остался, — продолжает отвечать на вопрос Аминов.


— Оба участка проходили между земельными участками «Томского пива».


— Один участок делил практически пополам. А другой эксплуатировался под линию теплотрасс и как раз заходил.


— Но он как раз не заходил?


— Ваша честь, я прошу сделать замечание, — представитель Аминова вновь перебивает Марину Вихлянцеву. Она говорит, что хочет уточнить, как именно проданные участки располагались по отношению к «Томскому пиву».


— Что уточнить? — переспрашивает Аминов.


— Как участки располагались по отношению к «Томскому пиву»?


— Один участок пересекал посередине. А второй — по верхней части.

Марина Вихлянцева переходит к вопросам о покупке участков. Аминов говорит, что знал о банкротстве радиотехнического завода и подключился к торгам, когда примерный шаг был 50-70 миллионов. Представитель Аминова не дает задать вопрос: сначала просит переформулировать, потом просит снять.


Аминов честно говорит, что не хочет отвечать на него. Вмешивается судья. В итоге Марина Вихлянцева все же спрашивает, почему в ходе торгов была снижена цена (примечание редакции — изначально имущественный комплекс оценивался в более чем 150 миллионов рублей, торги проводились с возможностью понижения начальной цены).


— Я не знаю, почему. Мне комфортна была цена в 30 миллионов, я оставил эту цену, — говорит Аминов. Дальше он замечает, что закон не запрещает снижать цену на торгах. — Я мог и за 5 миллионов купить. И «Томское пиво» могло заявиться. 


Марина Вихлянцева пытается понять детали формирования земельного участка, его регистрации и продажи «Томскому пиву». Аминов отвечает, что конкретики не помнит. Отвечая на вопрос о санитарно-защитных зонах, Аминов говорит, что уже после покупки узнал, что 90 процентов его участка входят в санитарно-защитную зону предприятия. 


«Я еще раз говорю, все события я не помню, кроме постановления об отказе», — говорит Аминов.


Он жалуется, что устал. Суд откладывает допрос свидетеля до 3 июня.

Поддержи ТВ2!