{{ currentDate }}
Добрые новости
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Главная Истории «Разрушительные проявления могут выявить только родители». Конфликтолог о стрельбе в Казани
Истории

«Разрушительные проявления могут выявить только родители». Конфликтолог о стрельбе в Казани

Роман Чертовских
ТВ2 Роман Чертовских
25.05.2021

11 мая 19-летний студент колледжа Ильназ Галявиев устроил стрельбу в казанской школе № 175, в которой раньше учился. Он пришел в заведение с ружьем Hatsan Escort, которое легально купил месяцем ранее, и начал стрелять по ученикам и сотрудникам. В результате погибли семеро детей и двое взрослых, более 20 человек получили ранения. Доцент кафедры конфликтологии Казанского федерального университета Евгения Храмова рассказала ТВ2, что могло стать причиной нападения Ильназа на школу, всегда ли скулшутерами становятся психически нездоровые люди и как распознать в тихом и спокойном человеке потенциального стрелка. 

Фото:  Евгения Храмова
Автор:  kpfu.ru

Случившееся в Казани — теракт или «колумбайн»? 


— С точки зрения конфликтологии и психологии, это скулшутниг. Есть такое общее понятие, которым обозначают любые случаи нападения на учащихся или сотрудников школы на территории учебного заведения. Более точную квалификацию нападению можно будет дать по истечении большего количества времени, когда станет понятно, с какой целью стрелок пришел в школу, когда будут выявлены все мотивы его и состояние.


— Насколько скулшутинг в Казани похож на другие известные случаи стрельбы в России?


— Все ситуации скулшутинга имеют общие черты: общие причины у нападающих, общие проявления, общие психопатические состояния. По большей части случаи похожи, выявлен даже социальный портрет скулшутера.


— Каковы его главные черты?


— Если мы имеем в виду сугубо скулшутинг, не теракты, то устраивают его, как правило, подростки 14-19 лет. Семьи у них могут быть абсолютно разные, а вот причин такого проявления агрессии зачастую всего три: буллинг (травля одно из членов коллектива — прим. редакции), месть в общем виде или комплексные социальные причины. В процентном соотношении 75% — это буллинговые проявления, и неважно, травят нападающего дети или взрослые. 61% стрелков приходят мстить, и еще 50% — это случаи, вызванные комплексом причин социально-психологического характера, причем у всех они свои.


— Сейчас уже можно говорить конкретно о причинах казанского скулшутинга?  


— Имея общую картину, доступную на настоящий момент из СМИ, можно, во-первых, квалифицировать этот случай в первую очередь как скулшутинг. Во-вторых, по моему сугубо личному мнению, я не могу квалифицировать казанского шутера как психически нездорового человека.

Но это, повторюсь, мое личное мнение. То, что мы видели из слитого видео, я бы квалифицировала как адреналиновый всплеск, адреналиновую эйфорию. Надо понимать, что к скулшутингу нападающий готовился долго, тщательно и осознанно. Поэтому, получив определенную порцию того, к чему он долго шел, он получает адреналиновую эйфорию. То, что я видела, могу квалифицировать пока так. Не стала бы утверждать до психиатрической экспертизы, что он психически невменяем. Лично я этого не вижу.

— Если главной причиной стала травля, почему стрелок пришел в школу в момент, когда там уже нет его обидчиков? Ведь травят, как правило, одноклассники или старшеклассники.


— Мы с вами говорили о трех причинах. Вторая причина — месть, а она слепая всегда. Все равно, кому отомстить, главное — в учебном заведении. Почему там? Потому что учебное заведение доставило неприятности, оно становится собирательным образом зла. Единственный вопрос, который пока у меня остается — это почему стрелок пришел в школу спустя четыре года? Буллинг всегда оставляет в сознании человека основания для посттравматического расстройства. То есть это явление, которое может мучить человека всю жизнь Но тут у меня два вопроса. Первый вопрос: почему спустя четыре года после выпуска состоявший, не находящийся на социальном дне и не являющийся отверженным человек нападает? Второй вопрос: а сам ли он вспомнил о травле или кто-то или что-то ему об этом напомнило?


— В сети есть информация о том, что у него атрофия головного мозга и его поставили на учет как склонного к суициду. Если это действительно так, можно ли утвердительно говорить о расстройствах?


— Здесь можно вспомнить историю появления скулшутинга. Вопреки расхожему мнению, это не школа «Колумбайн». Это 1909 год, когда фермер в Арканзасе взорвал половину своей фермы и захватил часть школы. С того момента начали изучать то, что представляет собой нападение на школу. С того момент до 40-х годов было еще 53 инцидента, в 66-м году произошел интересный случай.

Это тоже США, штат Техас, город Остин: бывший морпех Уитман напал на школьный кампус. Он забрался на обзорную башню, убил 16 человек и 31 ранил, а потом покончил жизнь самоубийством. Этот стрелок оставил предсмертную записку с просьбой исследовать его мозговую деятельность, чтобы понять, почему он напал на школу. Медики нашли у него в мозгу опухоль, которая могла спровоцировать нападение. Но за более чем столетнюю историю изучения скулшутинга никто однозначно не сказал, что опухолевые процессы могут стимулировать нападение на школу. 

Фото:  Ильназ Галявиев
Автор:  Егор Алеев / ТАСС

—  Правда ли, что у большинства стрелков нет психических отклонений? 


— Да, это абсолютно здоровые люди в основном. Процент психических расстройств среди них, насколько я сейчас могу вспомнить, не более 5%, а то и меньше. Как говорят социологи, «в пределах статистической погрешности».


— Как распознать в тихом и спокойном человеке потенциального стрелка? 


— Первое, от чего нужно избавиться нашему обществу, это от мнения, что в данной ситуации должен превентивно работать школьный психолог. Школьный психолог работает по факту — если к нему обратились. Буллинговые, суицидальные, скулшутинговые проявления в молодежной среде способны выявить только родители, только люди в близком окружении подростка.

Признаки отклонений очень простые, но родители на эти признаки зачастую реагируют абсолютно противоположным образом тому, как надо реагировать. «Вот он стал замкнутым, мы не могли найти с ним общий язык, и он пошел в свободное плаванье». Что должен делать родитель в такой ситуации? Родитель должен цеплять как угодно, восстанавливать отношения с ребенком. Не можешь самостоятельно восстановить — попробуй обратиться к специалисту, привлеки специалиста. Не надо ребенка к психологу тащить, сам сходи к нему и попробуй понять, как ты можешь восстановить с ним связь. Если ты этого не можешь, тащить его к врачу на аркане смысла нет. 

Если говорить конкретно о признаках, то в первую очередь это изменения лексики, не связанные со школьной программой. Ребенок, в речи которого появились какие-то странные выражения и словосочетания, не стопроцентно становится суицидником и скулшутером, но за изменениями стоит следить. Второй признак — изменение привычек или манер поведения. Помните, когда-то подростки переодевались в эмо, потом увлекались аниме? У кого-то это проходит, у кого-то нет — родители, ну выясните, почему не прошло. Третье — это изменение стиля одежды. Я здесь говорю не о ситуации, когда подросток переоделся во все черное, это может быть и появление ранее не свойственной ребенку неряшливости. Наконец, четвертый признак — появление новых друзей, в частности, друзей в интернете. Это не значит, что интернет плохой, просто он становится источником агента социализации. Если вы, родители, потеряли место первичного агента социализации, его обязательно займут. Появится кто-то, пусть и не в реале, но в сети. 


Если один звоночек есть или два признака совпадают, то родителям следует задуматься. А если уж совпадают все четыре, то вы, вполне вероятно, уже проспали и нужно активно работать. Кроме близких, от проблем никто не спасет. 


Рассказываем о важном. ПОДДЕРЖИТЕ ТВ2

Поддержи ТВ2!