«Он задрал мне юбку, я кричала»

«Аня, да ты радуйся, что мужики тобой интересуются», — говорит одна из женщин, когда выясняет причину внеочередного собрания. Анна — студентка педагогического вуза — вздрагивает. В десятиэтажке на улице Новосибирской девушка живет уже пятый год, переехала в квартиру бабушки, когда поступила в университет. Но последние несколько дней девушке из-за такого интереса страшно заходить в подъезд одной. 

Все началось 1 апреля. Аня, как обычно, возвращалась домой с работы, вызвала лифт.

Когда двери открылись на моем этаже, то передо мной стоял незнакомый мне мужчина. Я начала выходить, но он в дверях попытался втолкнуть меня обратно, поднял юбку. Я с трудом вырвалась. Зашла домой, ничего не понимая. Такой был шок.

17 декабря Анна вновь столкнулась с этим же человеком. 

Я возвращалась из магазина с покупками. На первом этаже вызвала лифт, зашла одна, как вдруг этот же мужчина залетел ко мне. Узнала сразу. Перевесила сумку с продуктами на одну руку, приготовилась отбиваться. Он начал хватать меня, трогать за грудь. Я кричала, пыталась ударить его. Тут двери лифта открылись на моем этаже, я вышла. Это все соседка видела,  как я кричу на него, что вызову полицию. И снова — шок, страх... Поехала в полицию, написала заявление, его официально приняли. 

Спустя несколько дней Аня пошла провожать родственницу мужа. У подъезда они вновь столкнулись с незнакомцем. Он подошел к девушкам, стал интересоваться, почему они не заходят в подъезд.

В полиции Ане пообещали провести беседу в течение 30 дней. Тогда она решила собрать собрание жильцов. На него, не считая Анны и ее мужа, пришли шесть человек, в основном пенсионерки.

Собрание жильцов
Собрание жильцов

— Что за жук такой появился? Тридцать лет живем в этом доме, никогда такого не было, — говорит Татьяна. Женщина несколько лет была старшей по подъезду, но потом ушла с этой должности. Говорит, причина в том, что просто устала. «Делаешь для людей, делаешь, а они всем недовольны и каждый свое требует». — Это то ли квартирант, то ли сумасшедший какой-то. Здесь же меняется все, не успеваешь запомнить. Тут половина квартир сдается и половина квартиранты.


— Надо охрану вызывать, — предлагает кто-то.


— Нет, охрана не поедет. В милицию надо идти, — уверенно отвечает Татьяна. — Тебя достали, ты и иди. 


— 1 апреля я ходила к участковому, — говорит Аня. — Он спросил у меня возраст — на тот момент мне было двадцать. Спросил, есть ли свидетели. Их не было. Камер тоже не было. Меня убедили в том, что смысла писать заявление нет. Взяли номер телефона, сказали, что приедут. Но никто так и не приехал. На неделе тоже ходили, объяснили ситуацию. Сказала, что мне страшно за свою жизнь. Сейчас он просто рукой прикоснулся, а если у него в следующий раз нож будет? 


— Была полиция в апреле, — вспоминает одна из присутствующих. — К нам заходили, спрашивали, слышали ли мы что-то. 


— А ко мне почему тогда не зашли? — удивляется девушка. — Я его не описывала. Я не знаю, где он живет, как его зовут.

Аня с мужем
Аня с мужем

В России нет официальной статистики о том, сколько человек подвергается сексуальным домогательствам. Психологи говорят, что вред от таких действий может быть равносилен вреду от изнасилования. В феврале 2018 года с инициативой о введении ответственности за домогательства выступила депутат Госдумы Оксана Пушкина, однако депутаты высказывались против введения ответственности за домогательства. Так, член комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Иван Сухарев назвал эту норму избыточной, ненужной и даже опасной и призвал не идти на поводу у феминисток, перегибающих палку. «Мужчины у нас и так затюканные. Работы нет, зарплата маленькая, проблем куча. А вы хотите еще и сексуальные домогательства им повесить», — заявил депутат.

На собрании Аня предложила установить камеры видеонаблюдения в лифте. Ее поддержали не многие. Подъезд к дополнительным расходам не готов.


— Кто будет следить за ними? Кто будет выполнять функции охранника? — спрашивает соседка Анны, тетя Света, та самая, что видела, как Анна отбивалась от приставаний. — В шестом подъезде камеру поставили, но ничего нет. Давайте обрисую ситуацию: зашла толпа из трех-четырех человек, стали распивать. Камера увидела это. Вы выйдете выгонять? 


— Нет, — негромко говорит женщина. — Надо в охрану звонить.


— Правильно. Вот почему на четвертом и пятом этажах всегда порядок? Потому что если мы видим странные компании, то выходим, спрашиваем, к кому они пришли. Если надо, то и прогоняем. А тут ко мне со 2 этажа приходят, жалуются, что стоят пьяные. Но ты что ко мне-то приходишь? Вы платите десять рублей за охрану. Вызывайте. Почему такие все? За амбразурами закрылись! Как живут? Вот раньше всегда было — праздник, заходим, выпиваем по рюмочке. Жили как люди! А сейчас постучишь, тебе дверь даже не откроют. Боятся все. 


— Квартиранты за камеры платить не буду. Они такой беспредел творят. 


— Значит, надо ставить вопрос, чтобы квартирантов отсюда выселять. 


— В подъезде курят. Я сказала, меня так обматерили.


— Все стены разрисованы и в дырках. Вы только посмотрите на них.

Стены подъезда
Стены подъезда
Стены подъезда
Стены подъезда

— А здесь есть с восьмого этажа? Говорят, что он живет на восьмом, — Аня пытается вернуться к основной теме собрания.


— Кто он?


— Мужик, который баб лапает, — припечатывает тетя Света.


— Я живу на восьмом, — рассказывает одна из присутствующих. — Но он выше выходит. Коренастый, белобрысый с противным лицом. У него ежик на голове. Тоже ко мне приставал. Пьяный вдрызг был. Я потом с мужем ехала, встретила его. Он вышел, я сказала, что это он приставал. Муж начал кипятиться, мол, что ты мне не сказала. А я говорю, что сейчас-то говорить — он трезвый. Может, даже и не помнит ничего.


— Со мной тоже случай, — вспоминает тетя Света. — Я выхожу, а он меня за задницу ухватил. Я очень нецензурными словами его обругала. Ты видишь вообще, кого ты за задницу хватаешь? Я бабушка, мне 72 года. 


— А он трезвый был?


— То ли обкуренный, то ли пьяный. 


— Если сейчас мужиков собрать, подняться, обойти всех, найти и морду ему набить. Как я Аню отрывала! Я ведь его просто била, чтобы он ее отпустил. С синяком потом небольшим ходила. 


— Мы когда в полиции были, то нам тоже сказали, мол, почему муж с ним по-мужски не разберется. Я ответила, что зачем: чтобы потом в отношении него дело возбудили?


На собрании жители решили написать еще одно, на этот раз коллективное, заявление. Сейчас полиция проводит проверку. Подозреваемый, наконец, задержан. Оказалось, что ему 26 лет и в доме он жил на девятом этаже.

Юристы говорят, что скорее всего молодому человеку грозит уголовное дело по статье «Хулиганство», он может отделаться штрафом. Хотя в Уголовном кодексе есть статья об иных действиях сексуального характера, в том числе побуждении к ним (133 УК). Однако дела по этой статье возбуждают крайне редко. По данным ТВ2, за 2018-2019 годы до суда дошло только одно дело. 


Юристы отмечают, что также Аня может подать гражданский иск о возмещении морального вреда. Размер компенсации определит суд.  

Аня по-прежнему продолжает носить с собой перцовый баллончик. А на днях по совету соседки купила электрошокер. 


«Странное у нас законодательство. По нему получается, что раз совершеннолетняя, то любой мужик может тебя облапать на улице. А ему за это даже ничего не будет».

Аня и ее перцовый баллончик
Аня и ее перцовый баллончик

Ждем от вас новые темы в рубрику «Знай свои права» по адресу portaltv2@mail.ru. Либо по телефону: 541-901.


Поддержать ТВ2 можно здесь!


​18+

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?