{{ currentDate }}
Добрые новости
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Главная Истории Как иркутский депутат, незаконно рубивший лес, оказался в центре скандала с IKEA
Истории

Как иркутский депутат, незаконно рубивший лес, оказался в центре скандала с IKEA

ТВ2
ТВ2 ТВ2
18.07.2021

«Внутри детской мебели ИКЕА скрыта нелегальная российская древесина», утверждает британская общественная организация Earthsight, которая выпустила расследование «IKEA’s House of Horrors» («Дом ужасов ИКЕА»).

По данным Earthsight, ИКЕА много лет продавала мебель из древесины, добытой в процессе незаконных рубок в российских лесах. Расследование показывает, как в течение последних 10 лет ИКЕА закупала сырье у группы компаний, причастных к незаконной вырубке около 4 млн деревьев в жизненно важных для климата лесах Сибири.

Автор:  Earthsight

«Древесина, сертифицированная как законная и экологически ответственная по стандартам Лесного попечительского совета (FSC), поступала к индонезийскому производителю, который поставлял свою продукцию в магазины ИКЕА по всему миру, в т.ч. в США, Великобритании, Германии, Франции и других европейских странах, пишут авторы расследования. Расследование установило, что популярная детская линейка Сундвик, включающая стулья, столы, кровати и гардеробы, а также кукольный домик Флисат, входят в число товаров, для изготовления которых с большой вероятностью использовалась нелегальная российская древесина».

По оценкам экспертов Earthsight, каждые две минуты на планете кто-то покупает товар ИКЕА, содержащий сомнительную древесину из России. Авторы расследования подчеркивают, что леса Сибири удерживают такое же количество углерода, как и леса бразильской Амазонии. Между тем, деятельность недобросовестных лесозаготовителей, поставляющих сырье ИКЕА и другим торговым сетям, является одной из причин огромных потерь биологического разнообразия в регионе и значительно повышает риск возникновения опустошающих лесных пожаров. Авторы Earthsight пишут, что их выводы основаны на годичном расследовании, включающем встречи под прикрытием, посещение лесосек, анализ спутниковой съемки, а также тщательное изучение официальных документов, протоколов судебных заседаний и таможенных данных.

Автор:  Earthsight

В центре скандала оказался давний поставщик ИКЕА — иркутский депутат ЗакСобрания и бизнесмен Евгений Бакуров. Аффилированные с ним компании занимаются рубками, в том числе и «уходовыми» на территории Иркутской области. Earthsight рассказывает, что древесина, поставляемая ИКЕА бакуровским «ЭкспортЛесом», добывалась с нарушениями лесного и природоохранного законодательства. В частности, расследователи выявили, что компании Бакурова вырубали больше древесины, чем предусматривалось договорами аренды; вели заготовку в защитных лесах под ложным предлогом вырубки больных деревьев («санитарные рубки»); незаконно использовали километры береговой полосы, «жизненно важной для сохранения нерестилищ, защиты от эрозии и наводнений»; а также оставляли после себя вырубки с брошенными лесосечными отходами, без проведенных должным образом лесовосстановительных мероприятий.

Автор:  Earthsight

Размер самой большой незаконной рубки в Иркутской области (и в России) — 15000 га. Это 21000 футбольных полей, приводит сравнение «Новая Газета», которая записала интервью с одним из авторов расследования — независимым экспертом в области устойчивого лесопользования Денисом Смирновым. Приводим фрагмент этого интервью.

Автор:  Елизавета Антонова / «Новая газета»
Денис Смирнов

В своем расследовании вы рассказываете о санитарных рубках леса, которые ведут компании депутата Бакурова. Санитарные рубки, казалось бы, — это то, что нужно лесу. Что с ними не так?

— Когда говоришь о санитарных рубках с людьми, близкими к лесному хозяйству, сразу появляется недоверие или улыбка. Потому что в теории они предполагают вырубку погибших и больных деревьев, но в современных российских реалиях это невыгодно, и на практике в последние 20 лет санитарные рубки леса в России — это лишь способ заготовки ценной древесины в тех местах, где промышленные рубки либо запрещены, либо ограничены, в том числе на особо охраняемых природных территориях и в защитных лесах.

То есть в большинстве случаев назначение санитарной рубки — это способ обойти запреты. Санрубки — ухудшенный вариант промышленных рубок: для последних хотя бы установлена максимальная площадь лесосеки — 50 га (при проведении сплошных рубок. — НГ.). В рамках же санитарных рубок эта площадь не ограничена. <...>

Герой расследования, депутат Евгений Бакуров, занялся санитарными рубками еще в «нулевых» годах. И широко развернулся, достигнув пика в 2019 году, когда его компании, по нашей оценке, вырубили около трети от площади санрубок в регионе. Причем сами договоры его компаний с министерством лесного комплекса (оно же — Агентство лесного хозяйства Иркутской области до июня 2016 г. НГ.) об аренде лесных участков вообще не предусматривали санитарных рубок в защитных лесах: там была предусмотрена заготовка менее 40 тысяч кубометров древесины, главным образом при рубках ухода. Однако после заключения договоров проворачивался трюк: подписывались дополнительные соглашения, позволяющие вырубать уже сотни тысяч кубометров в ходе санитарных рубок. По четырнадцати допсоглашениям в защитных лесах было разрешено заготавливать более 700 000 кубов древесины. 40 тысяч и 700 тысяч — чувствуете разницу? И у нас есть все основания полагать, что и эта цифра не окончательная. <...>

В этой схеме, на мой взгляд, масса нарушений. Во-первых, законодательства о защите конкуренции: во время проведения аукциона на право заключения договора аренды лесного участка всем участникам должна быть предоставлена полная информация об объекте, включая допустимый объем заготовки. Здесь же получается, что на аукцион выставляется, скажем так, картина малоизвестного художника, а затем победителю, в качестве приятного бонуса, дается еще полотно Репина. Второе нарушение — в том, что санитарные рубки в большинстве известных нам случаев назначались без проведения необходимого лесопатологического обследования. То есть специалисты-лесопатологи не выезжали в лес, не определяли состояние деревьев, не определяли границ поврежденных или больных участков, не давали заключения о том, необходимы ли там санитарные рубки. И, возможно, самое главное, — когда мы приехали на деляны и обследовали их, выяснилось, что лес не нуждался в санитарных рубках. Это был нормальный здоровый лес без сколько-нибудь значимого количества ослабленных и усыхающих деревьев.

— Правоохранительные и надзорные органы вообще хоть как-то реагировали на бакуровские рубки?

— Областная и природоохранная прокуратуры, начиная с 2014 года и по 2021-й, вполне успешно оспаривали законность дополнительных соглашений, увеличивающих объем рубок, главным образом, за счет незаконно назначенных санитарных рубок. Но ирония в том, что оспаривали их не сразу после заключения, а спустя два-три года, и за это время компании успевали «освоить» больший, а чаще всего весь, объем санитарных рубок.

Более того, пока прокуратура эти допсоглашения оспаривала заключались новые. Это выглядит, скорее, как игра между надзорными органами и лесорубами. Одним нужно было заготовить древесину, и они ее заготавливали. Другим нужно было показать, что они осуществляют надзор, и формально они это показывали — выигрывали иски и выпускали пресс-релизы о борьбе с мошенническим лесопользованием.

Рассмотрение дел в арбитражных судах само по себе также не останавливало рубок. Процессы в отношении компаний Бакурова растягивались в среднем на четыре месяца. И компании имели возможность продолжать рубки все это время. Лишь в трех судебных разбирательствах из одиннадцати прокуратура ходатайствовала о применении обеспечительных мер в виде запрета на заготовку древесины. И только в двух случаях эти обеспечительные меры были приняты.

Но и это не конец: после решения суда об отмене дополнительных соглашений, разрешающих увеличить объемы заготовки, у компаний Бакурова оставалась возможность подать апелляцию. Ее рассмотрение также занимало порядка четырех месяцев. То есть дополнительные восемь месяцев лесорубы для себя выигрывали чисто на судах. Анализ спутниковых снимков показал, что только в 2019 году и 2020-м за время рассмотрения апелляционных жалоб лесорубы прошли «санитарными» рубками свыше полутысячи гектаров леса.<...>

Автор:  с сайта Новой Газеты
Евгений Бакуров

— Сколько гектаров леса было пройдено бакуровскими санитарными рубками?

— Около 15 тысяч гектаров за период с 2009 по 2020 год. Это 21 428 футбольных полей.

Больше территории национального парка «Лосиный остров». Причем нами были найдены сплошные рубки площадью в 200–300 гектаров. Особенно циничным выглядит проведение сплошных рубок в водоохранных зонах вдоль побережья Братского водохранилища, где древостой вырубался полностью до границы безлесной полосы берега. По нашим оценкам, в ходе этих рубок могло быть незаконно заготовлено около 2 млн кубометров древесины. Сделать точную оценку суммы ущерба сейчас нельзя, но понятно, что это десятки миллиардов рублей.

А сколько сам Бакуров платил за аренду лесных участков?

— В своем прошлогоднем интервью, оценивая убытки, которые якобы несет государство в результате ограничений на проведение санитарных рубок в Иркутской области, депутат Бакуров утверждал, что средняя арендная плата составляет 100 руб. за кубометр расчетной лесосеки. Однако в материалах судебных дел есть информация по четырем дополнительным соглашениям, разрешавшим его компаниям санитарные рубки общим объемом 139,5 тысяч кубометров древесины.

Там плата за кубометр колебалась от 5,51 до 17,46 руб., а средневзвешенная плата составила 7,45 руб. за куб.

Еще по двум дополнительным соглашениям, где две трети объемов составляла древесина от санитарных рубок, средняя арендная плата составила 24,05 руб. и 39,41 руб. за кубометр ликвидной древесины.

Для сравнения, по результатам проведенных в 2020 году в Иркутской области аукционов на заключение договоров купли-продажи лесных насаждений средняя стоимость одного кубометра древесины составила 809 руб.

Столь символический размер платы для компаний Бакурова был обусловлен применением понижающего коэффициента для ставок платы за заготавливаемую в ходе санитарных рубок древесину в совокупности с изначально низкими ставками платы за заготовку древесины в арендных участках. Но даже если взять за основу названную им самим среднюю стоимость кубометра, то получится, что его компании недоплачивали государству от 60 до 95% стоимости заготовленной древесины.<...>

Автор:  Earthsight

Прочитать целиком материал Новой газеты «Приперли к шведской стенке» можно здесь.

Этот материал Новой газеты вышел в рамках проекта «Лысая Россия», который газета делает совместно с участниками Синдиката-100. Начат проект был год назад совместным расследованием Новой и ТВ2 о незаконных рубках в Карегодском заказнике Томской области. Организатором «санитарных рубок» там был друг и бывший партнер начальника областного департамента лесного хозяйства Артем Конева Валентин Широков. По результатам наших публикаций было возбуждено уголовное дело. Спустя год оно ещё не завершилось предъявлением обвинения кому бы то ни было.

Поддержи ТВ2!