«Им выгодно, чтобы рабочий остался крайним»: родственники и коллеги о погибшем сотруднике САХа

«Мы сами из Чаинского района, 300 километров от Томска. Максим бухгалтером в совхозе, но в 2012 году решил перебраться в город. Сначала тоже работал бухгалтером, потом эвакуатор водил, а через несколько лет устроился водителем мусоровоза в «Спецавтохозяйство». Машин не было рабочих, когда он пришел, дали какую-то развалюху. По сути, Максим с напарником машину из двух неработающих собрал, – вспоминает Михаил Баженов, брат Максима. – Отец ему говорил: «Найди нормальную работу, зачем тебе такие условия». Но отец у нас всю жизнь за рулем, он без работы не останется, а вот у Максима опыта мало. Он долго пытался в Томске устроиться, вот и пришлось соглашаться на то, что предлагали».

​Девятого марта на 31-летнего Максима Баженова упала крышка мусоровоза. Произошло это на полигоне твердых бытовых отходов в районе села Сухоречье. От полученных повреждений Максим погиб на месте. Следственный комитет по факту случившегося организовал проверку, но родственники Максима опасаются, что погибшего обвинят в нарушении техники безопасности, мол, сам виноват. Хотя, по их мнению, виновато и руководство предприятия, отправившее Максима работать на неисправном мусоровозе.

«Им выгодно, чтобы рабочий остался крайним»: родственники и коллеги о погибшем сотруднике САХа

Со слов других сотрудников САХа Михаил узнал, как мог погибнуть его брат. При выгрузке мусра на полигоне Максим поднял трехтонную крышку мусоровоза и начал вытаскивать застрявший мусор. Находился ли он в этот момент под ней или нет, никто точно не видел. Возможно, считает Михаила, Максима чем-то ударило, и он под эту крышку упал. Крышку держат гидравлические цилиндры, один из них оказался неисправным и в какой-то момент не выдержал нагрузки. Другой сотрудник сказал Михаилу, что под крышку мусоровоза Максим не подлезал, а поправлял неисправную плиту мусоровоза, которая сорвалась и придавила его.

Мы на похоронах общались мельком с коллегами Максима, они говорят, что сейчас всех сотрудников САХа заставляют за технику безопасности расписываться. Я немного знаком со спецификой ведения журналов по ТБ и думаю, что их могут вот так заполнять задним числом. Не уверен даже, что Максиму при трудоустройстве проводили инструктаж, он мне ничего про это не рассказывал. А больше всего у нас с отцом вопросов к следствию: журналы по технике безопасности следователи не изъяли, машину нам посмотреть не дали, хотя отец хотел. При желании руководство САХа и подписи подделать может, и детали поменять. Думаю, не так дело нужно вести.

Я ему говорила: “Зачем ты столько на машину эту тратишь, ты хоть чеки собери и отнеси, чтобы деньги вернули!”

О том, что машина постоянно ломается, Максим рассказывал и своей девушке Татьяне. По словам Татьяны, не было и месяца, чтобы мусоровоз Максима отработал без поломок, и нередко ремонтировать его приходилось самому водителю.

Максим Баженов. По словам Татьяны, оба они не любили фотографироваться, но не так давно все же решили провести фотосессию. Из-за плотного графика работы Максима поход к фотографу все время откладывался. Потому и фотографий хороших совсем не много.
Максим Баженов. По словам Татьяны, оба они не любили фотографироваться, но не так давно все же решили провести фотосессию. Из-за плотного графика работы Максима поход к фотографу все время откладывался. Потому и фотографий хороших совсем не много.

«В «САХ» Максим устроился летом 2017 года, в сентябре мы начали встречаться. С того времени он мне постоянно рассказывал о проблемах с техникой. Когда Максим устроился на предприятие, машины для него не было, он сам фактически ее собрал и с тех пор постоянно ремонтировал. Там и колеса были лысые, потому что новую резину не давали, цилиндры ломались, коробка передач и гидравлика барахлили, – вспоминает девушка погибшего. – Приходилось ставить какие-то детали с других машин, которые не совсем подходили, а иногда и самому покупать. Я ему говорила: «Зачем ты столько на машину эту тратишь, ты хоть чеки собери и отнеси, чтобы деньги вернули!» Тогда еще зарплата была маленькая, но Максим покупал и делал».

По словам Татьяны, первое время Максим получил стабильно, но мало: 15-20 тысяч в месяц, 10 из которых уходило на оплату съемной квартиры. Были разговоры о том, чтобы найти похожую работу с более высокой зарплатой. Например, устроиться на предприятие АБФ «Логистик». Но Максим приводил в пример девушке истории коллег, которые уходили туда и возвращались обратно в «САХ» – тоже не устраивала зарплата.

Платить стали больше, вспоминает Татьяна, когда «Спецавтохозяйство» стало региональным оператором по вывозу мусора. Максим начал приносить домой по 60-80 тысяч рублей, но приходилось перерабатывать. По словам девушки, в будние дни Максим проводил за рулем мусоровоза по 10 часов и регулярно работал по выходным.

Начальник колонны постоянно вызывал Максима на работу по выходным. Я ему говорила: «Максим, не выходи, отдохни!». Представляете, это он в 4 утра на работу встает, домой в восемь-девять вечера приходит и утром снова на работу. Отказываешь начальнику колонны – ему не нравится, премии может лишить. Приходилось Максиму и на сломанной машине работать. Начальник колонны пообещает директорам, что мусор уберут, а Максим на ремонте. Он об этом говорит, а ему отвечают: «Садись и езжай!» Перед выездом на линию механик смотрит мусоровозы и с поломками, по идее, не должен выпускать. Но когда нужно было срочно мусор собрать, чтобы выполнить контракт регионального оператора, они уже ни на что не смотрели. Едет же машина – ну и пусть едет.

В этом году, рассказывает Татьяна, они вместе с Максимом планировали перебраться в Красноярск, к родителям девушки. Максим уже искал новую работу в другом городе и ближе к лету хотел уволиться. Несколько дней назад Татьяна переехала в Красноярск одна. 

Хороший был пацан, человечный

Вадим Кобелев (имя и фамилия изменены по просьбе респондента) – бывший сотрудник «Спецавтохозяйства», который работал вместе с Максимом Баженовым. Вадим также говорит, что сотрудникам предприятия время от времени приходится работать на сломанных машинах, перерабатывать и нарушать технику безопасности.

«Максим погиб из-за некомпетентности руководства. Им надо, чтобы машина постоянно работала, постоянно ездила. Бывало, не дают доремонтироваться, как в случае с Максимом было. На его мусоровозе сломалась плита, которая мусор из кузова выталкивает. Приходилось ее постоянно монтажкой подтягивать, выпрямлять, лазить туда. Но Максим не один такой. Можно в любой момент коптер над полигоном запустить – увидите, как много людей подлезают под плиты и чистят. Приходится это делать, потому что мусор постоянно туда набивается. По технике безопасности мусор машина должна убирать, человек там не должен находиться, но мусор хоть как там будет».

Фото иллюстративное
Фото иллюстративное

Несколько раз, вспоминает Вадим, приходилось работать на сломанном мусоровозе и ему самому. Бывало такое, что машина ломалась сразу после выезда на линию: в таких случаях приходилось возвращаться на базу и ремонтироваться, зачастую самому. Такие часы вынужденного простоя, по словам бывшего сотрудника САХа, никак не оплачивали.


Случались у Вадима Кобелева и аварии на работе. Однажды, вспоминает он, на машину рухнул мусорный контейнер. Виноватым тогда пытались сделать Вадима, но он вызвал ГАИшников и те сказали, что это страховой случай, за который сотрудник ответственности не несет.

Им выгодно, чтобы рабочий остался крайним. Из его кармана хотят выщипать за то, что машина пострадала, хотя она страдает из-за старости, – возмущается Вадим. – Мусоровозу, как в моем случае, 10 лет, подвеска разбитая, все разбитое,  вот контейнер и упал. Руководству деньги надо, мусор надо вывозить, вот неисправные машины и ездят по линиям. Вот самое грустное в ситуации с Максом: с гнилыми людьми ничего не случается. Взять даже меня: погиб бы – все б только порадовались. Потому что я требовал постоянно что-то, ругался со всеми, к начальству ходил. А Максимка – реальный пацан, всегда готов был выручить, помочь в трудную минуту. Хороший был пацан, человечный. А руководство сейчас хочет эту ситуацию так повернуть, чтобы никто в ней виноват не был. Не должно такого быть.

«Им выгодно, чтобы рабочий остался крайним»: родственники и коллеги о погибшем сотруднике САХа

Руководитель «Спецавтохозяйства» Михаил Курилов от комментариев не отказался, но предложил вернуться к разговору об обстоятельствах гибели Максима Баженова позже. Сейчас же межведомственная комиссия разбирается в случившемся, и говорить о чем-то до ее решения глава предприятия не видит смысла.


«Не вижу смысла обсуждать вопрос, итоги по которому еще не решены. К этому разговору можно вернуться, после того как будет решение комиссии вынесено, –  ответил Курилов. – Тогда, глядя в документ подписанный, можно о чем-то говорить. А о том, что кто-то куда-то обратился и чего-то сказал, я не общаюсь. Дело серьезное, и в целом у нас положение серьезное. Давайте этот диалог отложим до 9 апреля».


Девятого апреля журналист ТВ2 планирует связаться с Михаилом Куриловым и узнать о том, какие выводы сделала комиссия. Редакция будет следить за развитием этой истории.


Мы рассказываем о том, что важно. ПОДДЕРЖИ ТВ2!

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?