{{ currentDate }}
Добрые новости
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Главная Истории «Хабаровск смыл пятно позора»
Истории

«Хабаровск смыл пятно позора»

Лидия Симакова
ТВ2 Лидия Симакова
13.07.2021

Известный журналист Алексей Романов сейчас в Томске снимает новый проект о России. Алексей Романов прославился, снимая прошлогодние протестные акции в Хабаровске. Он также рассказывал о революции в Армении и  о протестах белорусов против режима Лукашенко. Журналисты ТВ2 поговорили с Алексеем Романовым о смысле протестов в Хабаровске, о том, как ему удалось избежать заключения в минском СИЗО и о том, что сейчас происходит в Армении.

Что вы делаете в Томске? Вы человек, который освещает митинги и революции. У нас вроде все тихо и спокойно.

Я нечаянно стал заложником собственной репутации. Такое бывает. Если человек едет куда-то, то там что-то происходит. Получалось так, что я три года своими роликами, своих зрителей к этому приучал. А теперь вот еду, еду и ничего не происходит. Переквалифицируемся в управдомы. Времена-то начинаются такие, что событий больших и ярких будет мало. И они точно не будут прогнозируемыми. А смотреть на страну надо, на жизнь надо, рассказывать людям про жизнь надо. Пока вот да, самая большая история про путешествие — само наше путешествие. Ну, как есть.

То есть, будете рассказывать о том, как живут люди в провинции?

Мы пытаемся посмотреть на нее. Мы же не знаем своей страны, люди не путешествуют. Даже дорога, по которой мы едем, по ней ездили многие. Из Владивостока в Москву. В конце концов, трафик подержанных японских автомобилей прет потоком. Но они же ничего не видят. Вот мы и пытаемся ехать и что-то разглядеть. Томск чуть в стороне, проклятые царские железнодорожные инженеры провели дорогу чуть южнее. Вот мы и исправляем ошибку царских железнодорожных инженеров.

Сейчас годовщина событий в Хабаровске. Что в вашем представлении это вообще было?

Я не знаю, что это было. Прошел год. Конечно, мы должны были предположить. И наше всеобщее удивление, и в том числе для журналистов — это большой жирный минус в нашу профессиональную карму. Можно было предположить. Потому что убирали, арестовывали того губернатора, которого люди продавили вопреки «Единой России». Вот уже тогда, во время выборов, можно было подумать: э, что там с этим Хабаровском. Явно что-то не так. Что они творят? Человек, Сергей Фургал, явно не хотел идти. Он был таким традиционным спойлером. От спойлерской партии — ЛДПР. Но люди сказали: нам пофиг, хочешь или не хочешь. Мы хотим убрать этого, из «Единой России». И просто продавили. Еще и термина не было «Умного голосования» навальновского. А Хабаровск уже это сделал. И тогда надо было, по идее, мониторить. Но тогда этого не сделали, ни журналисты, ни власть. Для всех это стало неожиданностью.

Знаете, что это было на мой взгляд? Самой большой движущей силой было чувство оскорбленного человеческого достоинства в чистом виде. Там не было экономических мотивов. Там не было политической игры. Там было простое чувство лютейшего оскорбления. Люди ответили на оскорбление.

Скажите, а это в Хабаровске люди вот такие? У нас вот уже третьего мэра судят…

Опять? У вас уже привычка, в таком случае. У вас был мэр, которого закатали лет на десять. Он, по-моему, недавно вышел. А теперь уже нового?

Да, третий мэр, сейчас идет суд.

Расстрельная должность. А вы бились за этого мэра, когда он избирался? Он им стал вопреки? Люди сказали, что нет, это наше принципиальное решение и мы не дадим его отменить? Или он сам собой возник?

Нет. Ну вот, протест в Хабаровске тоже ничего не дал. Фургал сидит. В чем тогда был смысл?

А в чем смысл дуэлей? Вот тоже самое. Тебя оскорбили. И ты, как можешь, ответил. Да, ты не исправишь ничего, но ты не оставил на себе пятно этого оскорбления. Хабаровск не чувствует себя «лохом, которого поимели и бросили». Хабаровск как мог, ответил.

Поддерживаете ли вы сейчас контакты с теми, кто выходил тогда? Как спустя год они оценивают то, что с ними происходило. Как они для себя отвечают на вопрос: в чем был смысл?

Я уехал из Хабаровска в прошлом году. И сразу в Минск. И смог в Хабаровск вернуться только через полгода. Я предполагал увидеть там депрессию, апатию. Я видел, во что Лукашенко успел к декабрю превратить Беларусь. Там прямой Фадеев «Разгром». И я думал, что увижу что-то подобное в Хабаровске. А там: ну да, кого-то посадили, кого-то оштрафовали. Тут поразогнали, тут поувольняли. Но так всегда и бывает, говорили мне. Люди были спокойны, люди были уверены. Люди говорили: будут выборы, мы им еще что-нибудь скажем.

Да, нет надежды на то, чтобы повторить этот трюк 2019 года и продавить своего губернатора. Или, по крайней мере, не того, кого хочет власть. В этот раз ребята из власти к выборам подготовились. Изолировали всех, избавили от участия в выборах всех. Ну, значит, выполним задачу минимум, не дадим избраться товарищу Дегтяреву. Это банщику из ЛДПР, которого прислали на смену Фургалу. Но, даже если это не удастся, но нет ощущения подавленности. Повторюсь, Хабаровск смыл оскорбление. Да, силы неравны, но он в долгу не остался.

 

Как вы думаете, есть ли перспектива у таких локальных протестов?

Как у вас с экстремизмом? Редактура жесткая? Я сейчас наговорю, а вы повырезаете.

Мы независимое СМИ.

Есть такой Андрей Илларионов, он провел большое исследование. Он и его команда собрали данные по всем случаям смены власти в странах мира за последние 40 лет. Получается, что если разделить страны на две категории: свободные и несвободные, мы, очевидно, относимся к несвободным. То там статистика следующая. Если люди хотят что-то решительно изменить в своей стране, а власть по отношению к людям применяет насилие, а в ответ люди не применяют насилие, то не в несвободной стране шансов нет. Если не в свободной стране люди решают что-то изменить в стране, власть применяет насилие, а люди отвечают насилием, то шансов примерно 75 из 100, что у людей получится.

А что вы думаете о судьбе российских протестов? Очевидно, что репрессивность государства возрастает. Любой протест сейчас осмысляется властями в рамках геополитики, что обязательно протестные настроения пришли из-за рубежа. Протесты все-таки будут расти или нам ждать к 2024 году полной стерильности?

После Хабаровска зарекаться, что у нас здесь болото и только лягушки квакают, уже неверно. Надо уже соломку подстелить, делая прогнозы. Тем не менее, я считаю, что нас ждет довольно темная эпоха. На несколько лет. По-настоящему темная. Наши сейчас смотрят в сторону Минска, чешут затылки и такие: о, а так можно было? И мы так можем. У нас еще пока полицейские не ходят в гражданской одежде и не винтят просто так. У нас еще не отправляют на 2-4 года по уголовной статье за надпись, сделанную на полицейских ограждениях. Баллончиком что-то написали, и вот, на, два года, четыре года. Наши смотрят туда и думают: вот, отличный инструментарий. И время пришло. Владимир Владимирович в прошлом году сделал все, что мог. Они пытались решить проблему: а что будет после него. Они для этого переделали Конституцию, устроили голосование на пеньках, а вопрос так и не решили. Год спустя, мы по-прежнему не знаем, а что будет. И махнули на это рукой. И теперь все будут просто доживать. Люди и власть будут ждать конца царствования. А царствование кончится смутой. Сюжет очень типичный для России.

В Минске, кстати, у вас были проблемы?

Я хорошо бегал. Один раз я не убежал, но мне повезло. Меня свинтили вместе с журналисткой из одного российского издания. Не стану говорить, какого. И главный редактор этого издания, видимо, имел влияние на наше посольство в Беларуси, и в итоге ночью приехали посольские. И всех граждан России, а это был я, та девушка и еще один случайный парень, оттуда забрали. А так бы да, поехал суток на 30 в Окрестино.

На этой фотографии – задержание Алексея Романова, его ведут, заставив опустить голову

Вы, я читала, в Грузии сейчас работаете...

— Плоховато разведка работает. Что у независимых  СМИ,  что  у губернатора... В прошлом году Дегтярев говорил, вот, понаехали провокаторы из Грузии. Провокаторы из Армении понаехали. Да, до 2019 года мы жили в Грузии, потом какое-то время попробовали пожить в России, но не сложилось. И пока мы пробовали, закрыли авиасообщение с Грузией, туда въехать и выехать — большая проблема. Ну, и сам бог велел, я освещал армянскую революцию. Я люблю эту страну, я люблю людей, живущих там. Я там всех знаю, меня там все знают. Мы сейчас там. Ну, моя семья, я-то здесь.

Насколько Грузия или Армения сейчас свободные страны. По сравнению с Россией, например? Особенно, учитывая последние события в Грузии, когда полицейские никак не отреагировали на избиение журналистов.

Небо и земля. В Грузии сейчас действующая власть, та власть, которая сменила режим Михаила Саакашвили. И они последовательно, с 2012 года, разрушают те институты, которые были при Саакашвили созданы. Один из таких институтов — институт полиции. Когда эти ребята умудрились столько журналистов избить — 50 человек, а полиция задерживает только двух-трех.

Когда я жил в Грузии в 2017 году, то я даже представить себе такого не мог. Если там какая-то движуха начиналась, то полицейский там возникал как из-под земли. Все, дальше тишина и порядок. В Грузии, в мою бытность там, это друг человека. Сейчас они потихоньку это размывают. И сейчас полицейский больше думает, что он будет писать в отчете, а не о том, как навести порядок и избавить людей от проблем. Он становится на нашего полицейского больше похож. Но я думаю, что эта история в Грузии временная. Это кризис перехода. Грузия поменяла, достаточно волевым решением Саакашвили, ориентацию от пророссийского на западную. А сейчас происходит какой-то культурный переход. Да, там жизнь идет своим чередом, что из этого получится, посмотрим. Гораздо сложнее сейчас ситуация в Армении, но про Армению у нас никто ничего не знает. Тема не рейтинговая.

Так расскажите, что там в Армении?

Армения пережила войну. Армения пережила поражение в этой войне. И Армения пережила полгода перманентной попытки государственного переворота. Перманентной попытки через государственный переворот отыграть назад все то, что было сделано во время революции. Там прошли выборы и Армения вышла из этого с минимальными потерями. Да, те люди, которые, по мнению подавляющего большинства армянского общества, должны были сидеть в тюрьме, но будут сидеть в парламенте. Это те, кто создавал ту власть, которую с помощью революции пришлось сносить. Но в этой борьбе не была угроблена свобода слова, не была угроблена свобода экономики. Не были принесены в жертву другие достижения революции. По большому счету, у Армении есть шанс какое-то время спокойно дальше развиваться. Но рано или поздно будет новый кризис. Потому что тот путь, по которому сейчас развивается страна после революции, он совсем не совпадает с тем направлением, к которому движется Россия. Армения на сегодня очень зависима от России. Границы Армении охраняют наша ФСБ, небо контролируют наши авиадиспетчеры. Русский газ, русское электричество, русская железная дорога. Армения очень сильно зависит, и при этом она движется не туда. Так что, я считаю, что нас ждут еще потрясения. Но пока, на несколько лет, за них можно порадоваться.

Автор:  media.az

Сталкиваетесь ли вы сейчас с давлением властей?

Я стараюсь с ними никак не пересекаться. У ребят история простая, они реагируют по принципу: ткни, оно сработало. Рефлекс. А если ткнул и отбежал, то вроде и ничего. Мне этот вопрос постоянно пишут в комментариях, береги себя, ты зачем засветил машину. Зачем ты показываешь, где ты едешь? Памятуя о том, что в Хабаровске журналистов полгода отучали говорить что-то. И в Беларуси прошлись в первую очередь по журналистам. Памятуя это, люди пишут мне: будь аккуратнее. Но я, в конце концов, в своей стране и я не совершал преступлений. А если они какие-то мои действия объявят правонарушениями, то я точно с этим ничего поделать не смогу. Мне проще, я не привязан к лицензии, я не привязан к фидеру. Нам, блогерам, чуток проще.

Вы еще не иностранный агент?

Нет. А за что?

Поддержи ТВ2!