Добрые новости
Поиск по сайту
Что ищем?
Искать
Поиск по сайту
Что ищем?
Искать
  1. Главная
  2. Истории
  3. Григорий Явлинский: Если Навальный захочет объединиться, дайте мне телеграмму
Истории

Григорий Явлинский: Если Навальный захочет объединиться, дайте мне телеграмму

ТВ2 ТВ2

Сегодня, 16 ноября, лидер партии «Яблоко» Григорий Явлинский приехал в Томск, чтобы представить свою президентскую инициативу «Новая бюджетная политика», которая затем станет частью его президентской кампании.

Автор:  Александр Сакалов
Григорий Явлинский

— На прошлых президентских выборах у вас забраковали четверть подписей. Вы пытались оспорить это решение. Не преуспели. Откуда следует, что сейчас вас зарегистрируют?


— Никаких гарантий нет. Единственное отличие в том, что нужно собрать не два миллиона, а 100 тысяч подписей. Для чего придуманы подписи? Чтобы не пускать на выборы того, кого не надо пускать. Так же, как и муниципальный фильтр.

— А вы готовы вывести людей на улицы?


— Вопрос в другом, готовы ли люди выйти на улицы? Я-то готов. Тут же все устроено так, как должно быть устроено — зимой, во время отпуска в январе. И мало того, все знают результат, все знают про 146%, но ничего не делают.


— Тогда зачем вы идете, если все на выборах предопределено?

— Во-первых, мне не хочется этого говорить, но придется: впереди плохие времена. С экономикой будет все плохо. Пройдет Чемпионат мира по футболу в 2018 году, там нужно будет изображать лицо, а потом уже ничего изображать не придется. Будет как в 2014 году, когда Олимпиада в Сочи закончилась, а потом началась Украина.


Экономический рост остановился давно, страна находится в стагнации.  Мир развивается быстро, а мы медленно. Мы даже не развиваемся, стоим на месте. Почему это происходит? Цены на нефть не будут высокими. В лучшем случае останутся такими, как сейчас. Экономический механизм очень слабый, он себя исчерпал еще к 2013 году, уже тогда экономического роста не было, хотя нефть была по 150 рублей за баррель. И к этому добавились санкции. А это вещь очень серьезная. Только недалекие и безразличные люди могут веселиться по этому поводу. Это очень долгоиграющая, серьезная вещь, так как никогда экономика не станет конкурентоспособной, если у нее нет доступа к мировым финансовым рынкам, мировым технологиям. А кольцо санкций сжимается все больше и больше. Сейчас вступают силу последние американские указы, согласно которым под санкции попадают и те компании, которые будут сотрудничать с нами.


Что нужно сделать для того чтобы смягчить эти последствия или выйти из них? Нужно изменить политику. Как? Есть два способа — либо заменить президента, либо оказать достаточное давление, чтобы начала меняться политика. Все считают, что заменить президента не получится(надо набрать 60 млн голосов), но если программа смены политики получит хотя бы 5 млн голосов, то политика начнет меняться.

— То есть главное, чтобы голоса были не за Путина и их должно быть достаточно много?


— Не просто не за Путина. Голоса, отданные "против всех" или "за" какую-то красивую девушку устроят администрацию президента. А голоса за определенную программу, за определенный план могут изменить многое. Например, за то, чтобы остановить войну с Украиной, решить проблему Крыма, Донбасса, вывести войска из Сирии, чтобы не заниматься гражданской войной, решить те вопросы, которые прописаны в Конституции.


— Сколько голосов должны набрать вы, Ксения Собчак, Алексей Навальный, чтобы получилось поменять политику?


— Секундочку. Давайте поговорим по существу. Если названные вами граждане будут поддерживать эту программу, то это один вопрос. А если они будут, кто в лес, кто по дрова, то другой. Я думаю, что если будет больше 5 млн голосов, то уже будет влияние.


— И все-таки Ксения Собчак в этой избирательной кампании... Она реальный кандидат? Кандидат, согласованный с Путиным?


— Я не знаю. Она подписи соберет, тогда и поговорим. Но проблемы со сбором подписей будут для всех.


— А вы обращались в администрацию президента, согласовывали свою кандидатуру для выдвижения на выборы?


— А зачем? Им ничего не надо. У них же 146%. Им это нужно было раньше, когда они стремились произвести впечатление на запад. Сейчас такой необходимости нет.


— Но многие вас обвиняют в том, что вы участвуете в выборах и это может придать им легитимность.


— Скажите этим многим, что нужно учить матчасть. Много читать и лучше думать.

— А с чего вдруг люди проголосуют за какие-то изменения, если сейчас 85% поддерживают политику Владимира Путина?


— Это значит лишь то, что люди не видят другой альтернативы. А те, кто альтернативу предоставляют, превращаются из телевидения, например, в интернет-агентство(намекает на историю ТВ2 - прим.ред).


— На последних парламентских выборах «Яблоко» собрало меньше 2 процентов голосов. Как вы думаете, почему так мало? Что вы сделали не так?


— На выборы в Госдуму все было сделано хорошо. Мы собрали достойную команду, которая отлично себя проявила. Но в сегодняшней думе нет ни одного депутата, который следовал бы точке зрения, отличной от ЕР. Так что вопрос, почему мы набрали меньше 2%, нужно адресовать Элле Памфиловой (председателю ЦИК).


Сейчас мы живем в жесткой авторитарной системе. Я бы назвал ее предтечей тоталитарной системы в условиях постмодерна. У нас гибридный тоталитарный режим.  Вы хотите, чтобы Путин себе сам создавал оппозицию? Этого не может быть. Смотрите, для существования оппозиции в стране нужны три условия —  должны быть независимые, политически значимые СМИ, должно быть независимое правосудие, то есть у всякой политической конкуренции должен быть арбитр. И третье — должны быть независимые финансы. Если ничего из этих трех вещей нет, то никакой оппозиции быть не может. Партизаны, бунтари могут быть, но не оппозиция. Это все равно, что прыгать в бассейн без воды. Человек может ходить в ластах и трубке, но в чем смысл, если воды в бассейне нет.


Мы построили партию парламентского типа в стране, в которой ничего парламентского нет. У которой Совет Федерации — орган для пенсионеров, а Госдума состоит из одних и тех же людей, а голосования проходят по одному типу. Это такая система и ей управляет один человек, даже не два.


Я исхожу из того, что остались последние инструменты и пытаюсь ими воспользоваться. Это моя обязанность, это мой долг и я буду делать до конца. Потому что знаю, какие впереди опасности.


Вот я к вам приехал, я же приехал не с программой. Я приехал с изменением бюджетной политики. Мы великая газовая страна, но газ имеют всего 8%. И добывается газ в Томской области, и труба «Силы Сибири» проходит здесь. Моя обязанность и ответственность — предложить, попросить, постараться. Вы что не хотите, чтобы здесь был газ? А для этого нужно по-другому распределять деньги из бюджета. Потому что эти граждане будут строить «Силу Сибири». Куда они ее будут строить? В Китай, который только что заключил на 45 млрд долларов сделку с Аляской на поставку сжиженного газа. Значит «Сила Сибири» им не нужна, а ветка будет строиться в никуда.


А сделать так, чтобы Томск — коренной сибирский город жил по-человечески? Нет. Чтобы хотя бы отремонтировать бывший ТВМИ? Нет. Это же копейки. Вот разогнать телевидение(ТВ2 прим.ред) —  да. А сделать что-нибудь —  нет.

— А как вы считаете, Алексея Навального должны допустить к выборам?


— Я не знаю. Он восемь лет был в «Яблоке». Но я не знаю, что он делал в Кирове и зачем туда полез. Слушайте, у него сейчас такое положение, что я не хочу ему добавлять проблем.


— То есть вас нельзя увидеть в одной коалиции?


— Я уже со всеми объединился. А когда он объединится со мной, то вы мне дайте телеграмму.

— Давайте поговорим про межбюджетные отношения. Зачем нужно перераспределение налоговых доходов между центром и регионами? Можно ли этого добиться в нынешних условиях и что это радикально изменит?


— Сегодня 67% поступлений от налогов вы отправляете в Москву, с которых вернутся копейки. Но для того, чтобы решить проблемы города или области, я считаю, что вы должны отправлять 33%.


Вот вы говорите, что обожаете своего президента, но при этом говорите, что не нравится, как устроена жизнь. Жалуетесь на сокращение школ, низкие зарплаты учителей, очереди в поликлиники. 85% многое хотят изменить, только они не видят возможности. Они не верят, что можно изменить политику, не прибегая к бунтам, революции. Я стараюсь пробиться к ним, но вещь это крайне непростая.


Ведь сейчас осталась последняя возможность. Больше ее не будет. Когда шли в думу, я говорил: «Голосуйте, я не уверен, что через пять лет будет возможность проголосовать за Дмитрия Гудкова, Льва Шлосберга». А потом вдруг случайно, на участке в Москве, где голосует Владимир Путин мы выигрываем 12 мандатов из 12. Значит бывают неожиданности.


— Что случилось на том участке?


— Стечение обстоятельств. Эффективно работали кандидаты в депутаты, там устроили день города. Электорат мэра Москвы Сергея Собянина пошел гулять и праздновать, а наш электорат пошел на выборы.


— А на федеральных каналах вас можно увидеть? Ведь бабушки в деревнях проголосуют за того, кого увидят в телевизоре. А вас там нет.


— Я не помню. Вот подсказывают, что шесть лет назад. Но вы видели, что там творится? Поэтому туда и не стремлюсь. Я дам рецепт, что нужно сделать: пожалуйста, приведите каждый двадцать человек на выборы. А каждый из тех  двадцати, пусть приведет хотя бы пять, а те пять хотя бы трех. Если каждый мой избиратель приведет 20 человек, то история будет другой. Но после такого номера выборы могут отменить вовсе.


— Нужно ли, на ваш взгляд, в рамках дебольшивизации переименовать по всей стране улицы Ленина, Дзержинского, Кирова и т.д?


— Постепенно, да. Ведь трудно жить на улице Войковской. Конечно, если не уметь читать, то человека может все и устроить. Устроили такой, как сейчас модно говорить, хайп из «Матильды», а то, что в Москве метро Войковское, в честь человека, который расстрелял семью Романовых, всем кажется нормальным. Но это же шизофрения!


— В Томске сказали, что согласились, что нужно переименовать, но потом оказалось, что на это нет денег. Среди неэффективных расходов федерального центра у вас фигурируют война в Сирии, мост в Крыму, новый стадион Арена и фонтан в Грозном за 60 млрд рублей. Кстати, это больше годового бюджета всей Томской области. Все можно как-то объяснить, кроме фонтана. Как вы считаете в чем был смысл данного бюджетного объекта?


— Да никакая. Просто выделили деньги Грозному, а они потратили на фонтан. Это же вопрос поддержания отношений с регионом.

— А Крым наш?


— На этот вопрос давать ответ должен весь мир. Сейчас весь мир считает, что Крым - это Украина. Как мне кажется, России нужно стать инициатором международной конференции, в которой примут участие все заинтересованные страны. Они должны сесть за стол и выработать дорожную карту и договориться, что такому решению все будут следовать. Это ведь проблема международного масштаба и она связана с тем, как мыслят люди, которые там живут.


— Вопрос от читателя, каким будут первыми указы, если вы станете президентом. И дополнительный вопрос от нас: отмените ли вы репрессивные указы, которые приняла нынешняя власть. Например, указ об иностранных агентах?


— Было на самом деле принято очень много репрессивных законов. Это и закон Димы Яковлева, и закон об НКО, и просто какие-то дополнения в другие законы, некоторые из которых нарушают Конституцию. Поэтому нужно делать инвентаризацию.


Моими первыми шагами будет внесение инициатив, связанных с прекращением пропаганды войны на Украины. Разработан целый план по Донбассу. Я буду вносить предложения по созданию независимой судебной власти. Но параллельно нужно создать систему пересмотра неправосудных приговоров. Вы ведь знаете, какое огромное количество оборотней в погонах.


Например, полковник Дмитрий Захарченко собрал столько денег, что сейчас специальная комиссия выясняет их происхождение, связывается с американскими банками. А ведь он вел следствие, сажал людей, и их жертвы сидят в тюрьмах. Понятно, что это будет длительная судебная работа. Но нам нужно создать независимое милосердное правосудие.


Также целый пакет законов экономических. Из них первый — абсолютная защита частной собственности. Чтобы собственность не отбирали ни под каким предлогом. Вы знаете, что в 2005 году государства в экономике было 30%, а сейчас официально 70%, но я думаю, что больше 80%. Почему? Да просто у частника нет никаких гарантий. А эти государственные компании не платят в бюджет никакие дивиденды.


Еще целый блок «дома-земля-дороги», нацеленный на создание внутреннего спроса. Любой гражданин России, если захочет, должен получить землю, которая должна быть обеспечена всей необходимой инфраструктурой.


Потом я хочу внести закон по базовым доходам. Хочу, чтобы каждый человек имел деньги от продаваемых полезных ископаемых и от акционирования крупнейших предприятий.

— А вы сами сталкивались с несправедливостью судебной системы?


— Я два раза проигрывал суды. Первый - это был иск ко мне Рахимова. Я сказал, что он в Башкирии устроил воровскую малину. Теперь так считают все, но в то время, когда я сказал это он подал иск и с большим трудом, но выиграл. Второй иск — я подавал в суд на Андрея Караулова. Он рассказывал про меня всякий бред, что я продал Сахалин американцем. Это касалось соглашения о разделе продукции. Я подал на него в суд. Но не выиграл.


— Наши читатели прислали нам несколько вопросов для вас. Уважаемый Григорий Алексеевич, добрый день. Приятно видеть Вас в Томске. Борьба за президентское кресло требует больших физических и нервных сил, требуется умение выбрать правильную тактику, чтобы победить. Какие основные, на ваш взгляд, у вас есть преимущества перед другими кандидатами и как себя Вы чувствуете физически, занимаетесь ли до сих пор боксом?


— Мое преимущество в том, что есть продуманное, жизненно важное для страны направление в изменении политики. Если люди присоединятся к этому направлению, то мы сможем что-то изменить Я буду благодарен. У меня нет конкуренции с ними, мне нужно, чтобы миллионы проголосовали. Я программу разрабатывал десятилетиями. Не один, а с десятками людей. Вообще, президентская кампания — это направление работы. За конкретику потом будут отвечать министерства.

— Бокс? Здоровье?


— Здоровье отличное. Но к сожалению, тем боксом, которым я занимаюсь раньше, я не занимаюсь. Хотя очень хочется и есть кандидаты. Но пока я сдерживаюсь. А физическая нагрузка нужна всегда. Без нее очень плохо.


— Звонки с информацией о заложенных бомбах, не кажется ли Вам, что они связаны с действиями силовых структур России? Спасибо.


— В условиях, когда все врут, когда министерство обороны публикуют кусочки игр, как я могу в чем-то уверен? Когда президенту для интервью с Оливером Стоуном дают американский вертолет и переговоры украинцев и выдают этот видеоматериал за уничтожение ИГИЛ (запрещенная в России организация) российской армией.


— Считаете ли вы, что представляете интересы и своей программой адресуете проблемы поколения, рожденного в Новой России? Поколения, которое в данный момент заканчивает университеты, заводит семьи и выходит на рынок труда?


— Все, что я говорю, все делается для молодежи. Сейчас вводятся такие санкции, за которые расплачиваться будут внуки сегодняшней молодежи. Эти санкции приведут к тому, что страна отстанет на десятилетия, а мы будем сидеть, как Северная Корея с ядерным оружием, правда, нас трогать никто не будет. Ведь санкции — это проблема, когда мертвый хватает живого.


— А когда вы в последний раз встречались с Владимиром Путиным?


— Я не помню.


— Если определить вашу президентскую кампанию тремя главными словами – какие это будут слова?


— Поверь в будущее, поверь в себя.

Поддержи ТВ2!