Фотограф — журналист жизни

Мы встретились с Олей в кафе. К ней не переставая подходили люди. Складывалось ощущение, что я встретилась не с фотографом Олей Назаркиной, а с известной моделью. С ней мы поговорили о свадебной фотографии, о том, как понимать красоту и жить осознанно.

Фотограф Оля Назаркина
Фотограф Оля Назаркина

— Бывают ли нефотогеничные люди?


— Нет, это миф. Надо понимать, что когда человек говорит, что он нефотогеничный, он подразумевает: я – некрасивый. А красота — это социальный конструкт. Красота в глазах смотрящего – это реально работает. Нет каких-то четких критериев красивого и некрасивого, зато есть мамы, папы, бабушки, партнеры, одноклассники, которые могут тебе вбить информацию в голову о том, что ты некрасивый. Человек сам себе не мог этого сказать.


— До подхода к зеркалу человек вообще не знает, как он выглядит...


— Более того, у нас для зеркала у каждого есть определенное выражение лица.


— Так же, как на фотографии?


— На фотографии это контролирую я. Задача хорошего фотографа – прочувствовать человека, не задавить его. Как только он придет в точку спокойствия, он даст то, что сам от себя не ожидает. И это дает возможность понять, что на самом деле он фотогеничный и красивый.


— Есть специальные приемы снятия блоков перед камерой?

 Можно представить, что ты в бассейне и не можешь дышать через нос. 

Но на самом деле это уникально для каждого человека. Я никогда не начинаю сразу снимать, всегда говорю с человеком минут пять-десять. Рассказываю, что нужно делать, как нужно двигаться. Основная часть моих клиентов считают себя нефотогеничными, но почему-то приходит момент, и они хотят сфотографироваться. Я сама, когда оказываюсь по ту сторону камеры, начинаю вести себя по-другому. Мне кажется, основная проблема людей вообще, что они считают свои переживания уникальными. А это не так. Нет ни одного переживания, которое было бы уникальным. Я сама из тех, кто думал, что вот так сильно, как я, сейчас никто не мучается. Да 12 000 людей прям в эту секунду это самое делают.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Ты мечтала стать фотографом?


— Нет. Мне было отвратительно все равно, кем стать. Когда я заканчивала школу, я пошла туда, куда проще. Поступила на филфак. Написала сочинение по книге, которую не читала, на 86 баллов. По моему Инстаграму, наверное, заметно, что я всегда немного болела графоманством. Всегда писала стихи, рассказы, сочинения. У одного соседа на экзамене спросила, как звали главных героев, у второго — в чем была развязка. Написала пять листов воды, но так как я всегда очень много читала, то мне было легко писать. У меня не было мечты стать космонавтом, фотографом, я просто думала: как пойдет... Не пошло. Я ушла после первой сессии. 

Поняла, что это совсем не мое, слишком большой стресс в жизни, а я в принципе всегда придерживалась мысли, что все, что ты делаешь, должно быть для тебя. Я была готова поступаться финансовыми вещами, комфортными для других, чтобы то, что я делаю, было комфортно для меня. 

Я ушла и два года работала дизайнером с нуля. Это был справочник. В итоге мы сделали справочника три или два, за это время я научилась работать в фотошопе. А параллельно я снимала для себя и друзей. Я фотала, потому что мне нравилось, и не брала с людей за это деньги. Очень долго до меня доходило, что то, что ты делаешь, должно быть монетизировано. В то время я, конечно, даже не думала о свадьбах. Я говорила, это вообще не моя тема, я не буду.

— Как началась любовь к фотографии?


— Очень сильно хотелось. Сначала не было фотоаппарата в семье, я снимала на обычную мыльницу пленочную. Мама возмущалась, что я снимаю всякую фигню. Вот нормальные люди снимают: я и мои друзья, я с кошкой, я с мамой, а ты снимаешь бабочек и цветочки.

Потом лет в 16-17 мне стало сильно интересно, я брала фотоаппараты у подруг и сама же их снимала. А когда у меня появилась собственная зеркалка, я прочитала мануал от корки до корки. Когда я начинала это делать, не было толком ютуба. То есть был, но не было такого массива данных. И все, что можно было сделать, это пойти лично к кому-то на обучение. Либо читать какие-то книги, а они очень классические, завязаны на правилах. А правила... Когда становишься опытным, понимаешь, что они созданы для того, чтобы их нарушать. Когда читаешь книжку, думаешь, если я не сделаю по правилам композиции, будет стремно. Однажды я нашла видео, как снимать цветы в солнечный день после дождя. Выписала все настройки камеры, прикрепила себе на стену листок и думала: вот, будет такой день, когда будут солнце и дождь, и это будет шедевр… Мне потребовалось полгода, чтобы снять листок со стены и понять, что идеальных условий не бывает.

Фотограф Оля Назаркина
Фотограф Оля Назаркина

— Как ты свернула на дорожку свадебного фотографа?


— Лет шесть назад я пошла на мастер-класс к Леше Усовичу. Он свадебщик. У меня было ощущение, что я могла бы пойти дальше. Сначала я снимала девочек — было классно, потом стало скучно. Потом парочек, потом семьи — очень классно, но чего-то стало снова не хватать. И я пришла к мысли, что свадьба – место, где можно все это совместить. Несмотря на то что свадебная фотография считается ремесленной абсолютно, в ней сочетаются очень много жанров. Мне было страшно, что меня это сломает в творческой составляющей, что я буду снимать и это будет поток, перестану делать классные вещи и буду делать только то, что люди захотят. Леша смог донести до меня мысль, что можно снимать только то, что хочется, и только тех, кого хочется, правильно выстроив свою работу, и я это сделала.


— Как? Расскажи свой секрет.


— Долгая и упорная работа с целевой аудиторией. Ко мне не приходят случайные люди: они знают, зачем они идут, к кому и почему это столько денег стоит (от 70 тысяч рублей – ред.).

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Почему люди готовы столько тратить на свадьбу?


— У меня есть не сильно популярное мнение по этому поводу. Свадебная индустрия раздута. То, что пара делает в свой свадебный день, необязательно. Специалисты в этой области год от года повышают эстетическую ценность своего продукта. Современная невеста не может просто пойти в ЗАГС и расписаться. Там же букет красивый, а если платье такое не куплю, сильно плохо будет? Платье, букетик, выездную регистрацию, чтобы у тебя был классный фотограф, видеограф да еще организатор свадьбы. Еще буквально четыре года назад такой ценности просто не было. А сейчас я сама при определенных условиях не соглашусь работать без организатора. Потому что это мое удобство, я знаю, что мне не придется делать то, что не входит в мои обязанности.  Я знаю, что буду покормлена вовремя, обнята, если нужно. На сложных свадьбах мы, конечно, друг друга поддерживаем. Раньше этого всего не было. Индустрия не была такой большой, и в ней не было столько денег.


— Что такое сложная свадьба?


— У меня сейчас такое редко бывает. 

Но иногда Акела может промахнуться. 

Сложная бывает из-за несовпадения с молодоженами. Ты проводишь с людьми около 10-12 часов, и представь, у нас не совпадает чувство юмора: верхушка айсберга, но нагрузка сразу возрастает.

Представь жениха, который не хочет сниматься. Мне нужно с ним разговаривать, а если мне не о чем с ним разговаривать? И здесь тяжесть процесса возрастает: ага, нужно подстраиваться. Обычно мне не приходится мимикрировать под общество, но иногда бывают промашки. Или пара чудесная, а гости нет.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Позвать-то всех надо.


— С этим стало получше. Если я первый профессионал, с которым встречается пара, то я говорю: подумайте, кого вы хотите позвать, потому что вы никому ничего не должны. Вообще, самое первое, что я говорю: забудьте, что видели. Забудьте свадьбу Саши, Маши, все свадьбы в интернете. Для меня свадьба – это не про фотки, это про комфорт. Я считаю, что люди должны круто прожить этот день, прочувствовать его, как любой другой день. Просто этот день еще меняет твою жизнь вроде.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Есть ли все-таки трудности, с которыми ты сталкиваешься во время работы?


— Это очень тяжело эмоционально и физически. Ничем не отличается от любой другой, это прям работа. Ее очень много, и она тебя убивает. Ты весь день на ногах. Нет времени на то, чтобы отследить свои физиологические ритмы: пописать, покушать, присесть. В обычной жизни я очень много на это обращаю внимания, потому что прямая связь в моей голове между тем, как чувствует себя мое тело и как я взаимодействую с миром. На свадьбе я в первый раз иду в туалет часов в семь вечера. Привет, почки и надпочечники.

Это большая нагрузка на поясницу, болит шея, болят руки, потому что тяжелая техника. Часто мне приходится стоять, как в йоге: встал на полуприседе и ждешь три минуты момента. Потому что если ты встанешь выше, то кадр сломается. Ниже — стол уже. Летом +35 – ты в рубашке, в брюках, в закрытой обуви, потому что есть дресс-код.


Ну и психологически сильно выматывает. Очень много эмоций проходит через тебя. Иногда пять дней подряд. Мой рекорд рабочий – десять или двенадцать дней подряд. И там было два перелета с поездкой за границу и четыре дня Томск-Новосибирск переезды. Я работала, спала в машине и снова работала.


— Больше ты так не делаешь?


— Нет. Но это было два года назад.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— А нет такого, чтобы твою работу называли неженским делом?


— Раньше фотография была только мужской профессией. Но довольно быстро от этого отбилось, потому что целевая аудитория, в основном, женщины.


— А почему женщины?


— А потому что социальные гендерные роли. Так принято считать, что девушки любят фоткаться, а парни нет. На самом деле это неправда. Есть люди, которые любят фоткаться, а есть те, которые не любят. И среди них равное количество мужчин и женщин.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина
Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— У тебя в Инстаграме есть ролик, где женщины выбирают, зайти им в дверь с надписью «обычная» или «красивая». Ты бы в какую дверь вошла?


— Красивая. Но это было так не всегда.


— Расскажи про времена, когда это было не так. Что помогло тебе раскрыться?


— Знаешь, как на Оскаре.

 Спасибо маме, спасибо папе, спасибо психотерапевту. 

Мне сейчас часто задают этот вопрос, потому что те люди, которые меня знают давно, видят, что я изменилась. Спрашивают, что ты делаешь, чтобы выглядеть вот так. Я могу ответить – ничего. Я просто перестала делать что-либо для того, чтобы выглядеть как-то. Я поняла, что у меня много установок внутренних, сказанных разными голосами внутренними, что женщина должна выглядеть вот так. Я подумала: подождите, я отдельный человек, почему я должна подстраиваться, у меня есть свои представления об эстетике и красоте.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Как так происходит, что именно в голове у самой женщины идет эта война с собой?


— Нет виноватых. Женщины и мужчины построили такое общество. Есть какое-то количество мужчин, склонных к мизогинии, но не меньшее количество женщин, как ни странно. То есть патриархат есть, люди, выращенные в нем, есть. Мужчина – царь и бог, и молодец, и может выглядеть как угодно, а вот ты, пожалуйста, соответствуй. А вот список кстати. Ой, подожди, на один лист не уместилось...


Мы не всегда можем увидеть все подтексты. Я тоже была мизогинной: и себя, и остальных, и всех. Плюс в том, что сейчас много информации. Если заглядывать, то мир становится не очень радужным. Например, ездишь по городу и видишь кучу рекламы, не задумываешься. А потом вдруг понимаешь, что очень много сексистской рекламы. Я, например, подписана на телеграм-канал«“Дочь разбойника». Там она выкладывает методично статьи в женских журналах: «Семь способов не отпугнуть мужчину» и вот такие вещи. Еще четыре года назад мне было бы без разницы, а сейчас меня это волнует. И так в фитнес-залах, в косметологических центрах...

 У них основная целевая аудитория — женщины, а они свою аудиторию втаптывают в грязь, и женщины все равно идут. 

Явный пример мизогинии. Я в такую клинику не зайду и в фитнес-центр вообще не пойду. Это раздутая индустрия, которая говорит: если ты не соответствуешь параметрам, ты не клевый. Тут уже и мужчины попадают. Тот самый обратный сексизм. У меня есть подруга, она ненавидит, но все равно ходит в тренажерный зал. Три раза в неделю, и думает: Господи, я хочу сдохнуть. Я говорю: зачем? Она говорит: надо— это же здоровый образ жизни. Здоровый образ жизни — это когда заботишься о себе и о понимании того, что именно тебе нужно.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Вот мы и подошли к теме осознанности, ты часто об этом пишешь в своем Инстаграме. Что такое осознанность для тебя? Тебе удается жить осознанно?


— Да. Я понимаю, что стоит за каждым моментом, почему это так и почему этому нужно быть. Для меня важно, чтобы события и люди просто не проходили мимо. Это был постепенный процесс. На самом деле я и сейчас выпадаю из этого состояния. Это нормально. Я осознаю, что я выпадаю из состояния осознанности. Осознанность — это ставить себя на первое место. И это не про эгоизм. А про то, что все, что происходит с тобой, важно и нормально. Наше общество так устроено, что многие вещи стигматизированы, в том числе страдание, негативные реакции, плохих девочек никто не любит. А мне это можно. Злиться, бояться. И это нормально. Вот что такое осознанность.


— А есть ли осознанность в фотографии?


— Не поливать бездумно своим инструментом. Когда понимаешь, кого и зачем ты снимаешь. Фотограф — это журналист жизни. Нейтральный — просто освещаешь события. Негативный — например, твое издание придерживается какой-то позиции. Например, оппозиционеры плохие. И есть клюква — ты приходишь, и даже если все было не очень, ты должна рассказать, что все было очень классно. Так же работают фотографии. В течение дня происходят разные события, разные эмоции. Придя домой, я могу собрать две разные свадьбы. Одна будет очень грустная, а вторая про эмоции, улыбки, классная.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

Когда люди ко мне идут, они хотят определенного результата. Они не хотят видеть, как дядя Коля бухал весь вечер водку и не вставал потанцевать. Я сниму один раз за свадьбу дядю Колю. Когда он как раз потянется к своему стакану водки весь счастливый, и поставлю этот кадр туда, где не будет понятно, чему он радуется.


А неосознанный фотограф снимает на всякий случай все и оставляет на всякий случай тоже все. Работа фотографа заключается в том, чтобы грамотно построить историю. Это отличает хорошего фотографа от плохого.

Фотограф — журналист жизни
Фото: Оля Назаркина

— Еще из твоего Инстаграма: пора открыть глаза, открыть сердце, открыть рот, чтобы говорить через него. Почему и о чем важно говорить?


— А как еще можно?


— Можно молчать.


— Человек – очень сложное, противоречивое существо. Каждый человек — это совокупность многих факторов, в том числе пара чемоданов его багажа. А его багаж — это определенные нейронные связи, которые говорят: если происходит так, то реакция вот такая. И другой нейронной связи просто нет. Поэтому бывает, что вскользь кто-то что-то говорит и другой человек, пользуясь своей готовой нейронной связью, понимает не так. А зачем это делать, если можно просто об этом поговорить? В тот момент, когда я поняла, что не нужно додумывать за других и не нужно давать другим додумать, если ты не уверен, что тебя истолковали верно, моя жизнь стала гораздо приятнее. Поэтому всем советую: используйте рот не только чтобы есть в него.


— А откуда приходит вдохновение?


— Вдохновение — это миф. Есть видение, и оно приходит с насмотренностью. С тем, как ты сам организуешь свое пространство вокруг, что ты можешь замечать. Один человек будет замечать, что под ногами лужа, а другой, что солнце прикольно бликует. Вдохновение в твоей открытости миру. Но вдохновением часто прикрывают лень. Если ты профессионал, тебе не нужно вдохновение. Ты идешь и классно делаешь свою работу.


— А лень – это не миф?


— Раньше я бы сказала, что это не миф. Но сейчас я думаю, что это опять про осознанность. Если тебе лень что-то делать, то нужно понять, почему. Тебе не нравится то, что тебе нужно сделать? Или ты хотел бы сделать что-то другое? А что ты хотел бы сделать сейчас? Как ты можешь порадовать себя? Нужно всегда найти баланс в своем состоянии. Иногда надо полежать. Это тоже можно.




Пишем о том, что важно. ПОДДЕРЖАТЬ ТВ2

Поделитесь

Читайте также

Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2

До свидания, город. Последний эфир ТВ2. Ведущая Мелани Бачина.
До свидания, город. Последний эфир ТВ2. Ведущая Мелани Бачина.
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2
До свидания, город. Последний эфир ТВ2. Виктор Мучник, Андрей Мурашов и Ольга Дубровская
До свидания, город. Последний эфир ТВ2. Виктор Мучник, Андрей Мурашов и Ольга Дубровская

Что это было?


Пять лет назад в ночь с 8 на 9 февраля 2015 года телекомпанию ТВ2, к тому моменту четверть века работавшую в Томске, окончательно лишили эфира. Уничтожение телекомпании было результатом спецоперации, тянувшейся около полугода. В апреле 2014 г. под предлогом поломки фидера телекомпания лишилась эфира в первый раз. Так называемый ремонт фидера связистами (томским филиалом РТРС – директор Владимир Юршин), который параллельно сопровождался угрозами Роскомнадзора лишить ТВ2 лицензии на вещание за отсутствие ее в эфире, затянулся на полтора месяца. После того, как начались акции в поддержку ТВ2, сопровождаемые кампанией во многих СМИ, фидер вдруг скоропостижно заработал. Но ненадолго. В конце года РТРС (генеральный директор – Андрей Романченко) расторг с ТВ2 договор на вещание. «Руководство ЗАО «Телерадиокомпания ТВ-2» вышло за границы допустимого между деловыми партнерами», – так объяснили связисты свои действия. Роскомнадзор (руководитель – Александр Жаров) заявил, что выданная ТВ2 накануне лицензия на вещание была технической ошибкой. А антимонопольное ведомство (глава Томской УФАС Владимир Шевченко) уклонилось от решения вопроса о нарушении связистами антимонопольного законодательства. Дело ушло в суды. ТВ2, между тем, отключили от эфира. Десятки сотрудников телекомпании потеряли работу и были сокращены.

Кто это устроил?


В настоящий момент известно, что решение об уничтожении телекомпании принималось на уровне администрации президента РФ. Далее вопросом занимались силовые структуры, а Роскомнадзор и РТРС затем исполнили, что было приказано.

Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2

Как это восприняли в Томске?


Жители города зимой 2014-15 гг. организовали три массовых митинга в защиту телекомпании. На каждом из них присутствовали по 3-4 тысячи человек. Было направлено также письмо с протестом против отключения телекомпании в администрацию президента РФ (около 20 тыс. подписей). Со времен пикета против монетизации Томск не знал таких массовых протестных акций. Однако мнение протестующих не было принято во внимание.

Митинг за ТВ2 14 декабря 2014 года
Митинг за ТВ2 14 декабря 2014 года
Митинг за ТВ2 21 декабря 2014 года
Митинг за ТВ2 21 декабря 2014 года
Митинг за ТВ2 1 февраля 2015 года
Митинг за ТВ2 1 февраля 2015 года

Какова была позиция местных властей?


И региональная, и городская власть послушно повторяли спущенную сверху версию о «конфликте хозяйствующих субъектов», прекрасно зная, что в реальности ТВ2 лишают эфира за неподконтрольную властям редакционную политику.


«Я против любых попыток перевода коммерческих споров в политическое русло. Хочу подчеркнуть, что ТВ-2 имеет юридические и финансовые отношения с Томским ОРТПЦ – филиалом федерального учреждения. Именно поэтому ТВ-2 логично решать возникшие проблемы со своими контрагентами, причём юридическими, а не пиаровскими инструментами», - губернатор Томской области Сергей Жвачкин.


«Действительно, на ТВ-2 очень профессиональный коллектив журналистов. Но власть свою позицию обозначила еще тогда, летом. И сказала: «Коллеги, давайте работать в правовом поле». Нельзя эту историю выносить в плоскость исключительно политическую. Это неправильно… Я думаю, что проблема кроется именно в умении договориться со всеми ключевыми игроками на этом рынке. Сейчас существует спор хозяйствующих субъектов. Да, один из них монополист. Как власть может вмешаться? Сказать: «Вы этот бизнес не трогайте»? И что? Я серьезно говорю, ситуация непростая. Но мы же все время говорим, что не нужно, чтобы власть откровенно вмешивалась», - спикер областной Думы Оксана Козловская.


«ТВ2 и ОРТПЦ надо договариваться, но действовать при этом опираясь на закон, в рамках деловых отношений, не выходящих за границы приличия»,– Иван Кляйн, мэр Томска.

Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2

Какова была позиция медиа?


Десятки федеральных, провинциальных и зарубежных медиа сообщали о том, что российские власти уничтожают телекомпанию с четвертьвековой историей, пытались поддержать ТВ2. Однако эта поддержка не предотвратила уничтожения телекомпании после того, как наверху было принято соответствующее политическое решение. В Томске были коллеги, которые профессионально рассказывали о происходящем с ТВ2 от начала до конца и поддерживали ее. Были те, кто отрабатывал заказ и писал о «конфликте хозяйствующих субъектов», о том, что ТВ2 просто пиарится, а также о мифических деньгах Госдепа, на которые телекомпания существует. Были и такие томские медиа, которые просто не заметили уничтожения телекомпании и митингов горожан в ее поддержку.

Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2

Что было потом?


В течение следующего года Роскомнадзор стал отказывать в продлении лицензий радиостанциям, входящим в Томскую медиагруппу (медиахолдинг, созданный на основе ТВ2). Предлогом для отзыва лицензий стало «второе гражданство» учредителя радиостанций Виктора Мучника (главного редактора ТВ2). Контролирующие инстанции требовали от него доказать отсутствие второго гражданства. Поскольку процедура такого доказательства в законах не установлена, а гражданином какого именно государства является главный редактор ТВ2, Роскомнадзор не уточнил, лицензии отбирать оказалось несложно. Томская медиагруппа была уничтожена.

А что суды?


Суды решали, как было приказано. А если по недосмотру решали в пользу ТВ2… потом все равно решали, как приказано.

Что сейчас?


В течение пяти лет ТВ2 (сейчас это полтора десятка сотрудников) работает только в Сети. Лицензия СМИ Роскомнадзором у ТВ2 также отозвана (все то же мифическое второе гражданство главного редактора). Журналистов ТВ2 под этим предлогом периодически пытаются не допустить на какие-то мероприятия с участием властей либо отказывают им в комментариях. Рекламодателям иной раз намекают на нежелательность сотрудничества с ТВ2 (впрочем, очень многие вполне благополучно продолжают работать с нами, и правильно, и спасибо им за это). А к нам по-прежнему обращаются горожане, когда им надо рассказать о какой-то своей проблеме в надежде на ее решение. Мы рассказываем. И нередко эти рассказы помогают. «ТВ2 всегда с вами!» по-прежнему. Как и три десятка лет назад.

Отключение: к пятилетию убийства телекомпании ТВ2

Подробнее обо всем – здесь: Как закрывали ТВ2 и в фильме Мелани Бачиной Аномалия

​Пишем о том, что важно. ПОДДЕРЖАТЬ ТВ2

Поделитесь

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Фото: Вячеслав Балашев

Сергей Гавриловский, нынешний негласный староста Чановки, этой весной с женой Евгенией возвращается в США к детям и внукам. Он обратился к единоверцам с просьбой приехать и поселиться в Чановке и тем самым спасти эту уникальную деревню.


«Дорогие староверы, нашего часовенного согласия, приглашаю вас приехать посмотреть. Как говорил наш духовный отец Мин Иванович, Чановка — райский уголок. Посмотрите зимой, посмотрите летом. Может, кому-то понравится. Здесь жило много людей. Мы прожили здесь шесть лет с божьей помощью. Было бы интересно увидеть новых людей нашего согласия. А то Чановка пустеет, а так здесь все возможно — птицу держать, скот держать. Все дома под шиферной крышей, мало которые развалились до основания, можно подремонтировать, печи во всех целые. Приезжайте, позвоните, телефон будет на этом сообщении. +7-913-825-6186. Милости просим».

В октябре 2019 года съемочная группа ТВ2 побыла в Чановке. По итогам экспедиции был снят фильм «Затерянные в Парабели. Год 7528». Сейчас этот фильм на YouTube посмотрели больше 400 тысяч человек. В Чановку дозвонились несколько староверов из других регионов. Но никто туда так и не приехал.


В январе в Чановку съездил наш корреспондент Вячеслав Балашев. И узнал о том, как сейчас живут ее жители.

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Фото: Вячеслав Балашев

Зимой в Чановку ведет зимник. Его вполне сносно чистят. Часть домов заброшена, часть заколочена на зиму. Летом людей в Чановке чуть больше. Зимой всего пять человек.


«В этом доме жила моя мама», — Сергей Гавриловский показывает на пустующий дом.


«В 1937 году этот дом перевезли из деревни Долговская, этой деревни уже нет на картах».


Из США Гавриловские вернулись в Россию из-за тещи и свекрови. Обе бабушки жили в Чановке, были очень старенькими и нуждались в уходе. Сейчас они уже умерли и Гавриловских в Чановке ничто не держит. А в Америке дети и внуки. Самого маленького внука Сергей и Евгения еще даже не видели.


«За три года до отъезда из США у меня началась тоска по Чановке, так что мы передали имущество детям, оформили на них все документы и поехали. Так что вернулись еще и из-за ностальгии».


По пути Сергей рассказывает про быт без электричества и благ цивилизации.

Единственная жилая улица Чановки.
Единственная жилая улица Чановки.
Фото: Вячеслав Балашев

Семенович возит воду в погреба — ледники, чтобы летом был лед, электричества-то нет, это такой холодильник. Мы закладываем в погреб сырой снег до самого потолка, который не тает до конца августа. В подполье свежее молоко прокиснет, а в погребе температура +3, и молоко стоит дольше.

У покосившегося дома остатки антенны, таксофон давно демонтировали, Сергей и остальные жители смысла в нем не видят. Звонить по таксофону очень дорого. Теперь у каждого жителя есть сотовый телефон с антенной на крыше, выглядит он как стационарный телефон.


На улицу выглядывает Гликерия Соломенникова, она в Чановке коренной житель.


«Сейчас вам покажу интересную вещь — я недавно «кросны» поставила».

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания

«Кросны» — это старое название ткацкого станка. Гликерия с помощью соседей восстановила станок, на котором раньше ткала. Научила ткацкому делу ее свекровь, ткали в Чановке половики, предметы одежды и все остальное для хозяйственных нужд.


«Вот это челнок, это мотовило», — рассказывает Гликерия, вставляя деревянные клинья в станок, которые сама недавно выстругала. Это был последний элемент конструкции, станок готов к использованию. Сергей Петрович поздравляет ее с торжественным запуском станка.

Раньше все ткани сами ткали и лен садили, а сейчас уже старые мы стали.

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Фото: Вячеслав Балашев

Дома у Гликерии Федосеевны много тканей ручной работы. Полотенца—рушники, настольники—скатерти, все с разными узорами.


«У меня и прялка есть, и кудель (очищенное волокно, приготовленное для прядения), вечерами можно и посидеть с ней, а потом что-нибудь соткать».

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Фото: Вячеслав Балашев

Перед выходом Гликерия Федосеевна угощает хлебом, который печет сама, в русской печи. Покупает только муку, дрожжи при изготовлении такого хлеба не использует, вместо них закваска. Хлеб такой хранится дольше, чем дрожжевой.

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Фото: Вячеслав Балашев

На обратном пути Сергей показывает на дома, визуально в неплохом состоянии, у этих домов известны хозяева, в случае чего с ними можно договориться о покупке.

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания

Заходим к Гавриловским домой. Евгения Семеновна — жена Сергея, накрывает на стол и рассказывает про детей и внуков, показывает фотографии. Угощает чаем и пельменями с козлятиной. Готовит все на печи. Без света здесь жить привыкли, дизель-генератор запускается ненадолго утром и вечером, топливо администрация района выделяет строго определенное небольшое количество.


Чановка находится недалеко от дороги и от линии электропередачи. До ближайшей ЛЭП несколько километров. Одна из жительниц Чановки, Софья Владимировна Барбаш, зимой из-за отсутствия света уезжает жить в Каргасок. Она обращалась к депутатам и в администрацию сельского поселения, но ей ответили, что денег на строительство дороги и линии электропередачи нет.

Сергей Гавриловский и Гликерия Соломенникова
Сергей Гавриловский и Гликерия Соломенникова
Фото: Вячеслав Балашев

Сейчас за дорогой следит Гавриловский. Недавно копали водоотводную траншею: договариваться с экскаватором, руководить работами и искать денег на топливо пришлось самому, так как неформально Сергей - староста деревни. Вот и болит у него сердце, что когда он уедет, поддерживать жизнь в деревне будет уже некому.

Староверы Чановки просят единоверцев спасти деревню от вымирания
Фото: Вячеслав Балашев

Поддержите ЭКСПЕДИЦИЮ ТВ2!

Поделитесь

Томский УФАС возбудил дело на «Спецавтохозяйство» за нарушение принципов конкуренции

Томские антимонопольщики возбудили дело на регоператора «Спецавтохозяйство» о нарушении принципа конкуренции при организации торгов на вывоз мусора из Томска и Томского района. Если после разбирательств ФАС докажет, что торги прошли не по правилам, их результаты могут отменить.


Жалобу на «Спецавтохозяйство» в прокуратуру и УФАС подали представители двух частных компаний — «Сорнет» и «Сервис-Плюс». Они указали, что торги на определение компании, которая будет транспортировать твердые коммунальные отходы из Томска и Томского района, прошли с нарушениями — не соблюдались принципы конкуренции, так как заявленные на торги лоты (территории, откуда мусор нужно вывозить) укрупнили и сформировали таким образом, что компании просто не смогли участвовать в аукционах.


«Заявители в жалобах сообщают, что заказчик ограничил конкуренцию, искусственно и необоснованно укрупнил лоты закупок, а также не выставил на аукцион Октябрьский и Советский районы Томска», — говорится в документе УФАС (есть в распоряжении редакции).

Томский УФАС возбудил дело на «Спецавтохозяйство» за нарушение принципов конкуренции

«Заявление в ФАС мы подали 25 ноября, это был последний день подачи заявок на участие в торгах. Ее (закупку — прим. ред.) разместили 15 числа. <...> Заявляться на таких условиях не хочется. Мне непонятно, почему таким образом сформировали лоты. Они выстроены по принципу смешения разных территорий. И на торги выставляются территории Томска и Томского района, которые объединили. А сам Томск выставили на торги не полностью», — рассказала ТВ2 директор «Сервис-плюс» Евгения Пасечник.


Директор компании «Сорнет» Иван Булатов считает, что при формировании лотов на 2020 год «САХ» нарушил ряд требований действующего законодательства, в том числе и федерального. А лоты составили таким образом, что поучаствовать в конкурсе смогли не все участники рынка.


«Моя компания на том этапе не могла подать заявку, потому что лоты были укрупнены по географическому принципу, я не мог воспользоваться своим правом на участие, потому что если бы я победил, то сам бы нарушил законодательство. Аукционная документация не содержит тех требований, которые трактует ей федеральное законодательство. Мое личное мнение — единственная организация, которая могла стать участником и победителем конкурса — та организация, которая и стала победителем (речь идет об АБФ-Логистик — прим. ред.). Все остальные участники рынка просто не могли бы выполнить этот объем работ», — отметил директор «Сорнет».


Кроме того, по словам Евгении Пасечник, «САХ», сформировав лоты так, оставил за собой самые выгодные части Томска. Например, обслуживать Октябрьский район выгоднее всего, потому что он находится ближе остальных к полигону. «Отдаленные территории Томского района «САХ» возить не стал, а отдал их в нагрузку операторам. Вообще же по закону седьмая зона подлежала выставлению на торги полностью, при этом весь Томск должен быть разделен не менее чем на три лота без присоединения территории другого муниципального образования. Я думаю, такие законодательные требования установлены не просто так, а для того, чтобы сохранить конкуренцию на этом рынке», — отметила Евгения.

Томский УФАС возбудил дело на «Спецавтохозяйство» за нарушение принципов конкуренции

По закону контрактная система в закупках направлена на создание равных условий для всех участников, поэтому любое заинтересованное лицо или компания могут участвовать в конкурсе.


Как отмечает в материалах дела УФАС, «САХ» должен было провести аукцион на обслуживание «Городского округа Томск», разбив его не менее чем на три лота. Но регоператор сформировал лоты с нарушением правил — «не вся территория «Городской округ Томск» была разделена на 3 лота, торги не проводились в отношении Октябрьского и Советского районов Томска». Также антимонопольщики считают, что регоператор не должен был в одном лоте объединять территорию Томска и Томского района, так как такое формирование лотов не позволяет потенциальным участникам торгов просчитать транспортную логистику и собственные затраты на сбор и вывоз отходов. А для участия в таком аукционе участникам требовались значительные суммы, чтобы подтвердить обеспечение заявки и исполнение договора (при участии в аукционе определенная сумма денег вносится на специальные счета в банках — прим. ред.).

УМП «САХ» искусственно укрупнило лоты к рассматриваемым закупкам, объединив части территорий Томского района с территориями Ленинского и Кировского районов. Об этом свидетельствует и то, что на рассматриваемые аукционы было подано лишь по одной заявке, договоры были заключены по максимально возможным ценам в отсутствие снижения цены от начальной цены контракта, — говорится в материалах дела УФАС. 

«Логика, почему не включили в торги Советский и Октябрьский районы, мне непонятна. Но юридически трактуется так, что региональный оператор на территории субъекта РФ, в той зоне, где образуется более 30 % отходов от всего региона, обязан выставить на торги не менее 50% территорий. А как они определяют 50 % тех, что остается им лично, либо определяют то, что идет на торги, это их личное дело», — говорит директор «Сорнет» Иван Булатов.

Томский УФАС возбудил дело на «Спецавтохозяйство» за нарушение принципов конкуренции

Аукцион проводился на сайте zakupki.gov.ru. Начальная цена контракта в одном из лотов —155 054 143, во втором — 69 023 011. По протоколу от 25 ноября 2019 года оба этих аукциона признали несостоявшимися, так как заявки на участие в каждом подали по одной компании. Специалисты говорят, что федеральный закон о закупках позволяет заключить договор даже с единственным участником аукциона, если так решит конкурсная комиссия.


По результатам ноябрьского аукциона первый контракт заключили с ООО «ЕА Систем» по максимально возможной цене. По второму лоту выиграл также единственный участник торгов «АБФ-Логистик» с максимальной суммой контракта. По данным системы Rusprofile, владельцем ООО «АБФ-Логистик» и «ЕА Систем» является один человек — Константин Чаринцев (Николай Чаринцев — бывший директор САХа — прим. ред.). Он также числится руководителем ООО «Актиния», которое специализируется на обработке и утилизации отходов.


Дело рассматривалось в региональном УФАС 3 февраля, в рассмотрении участвовали все стороны. Следующее заседание назначили на 10 марта. К нему привлекут представителей департамента природных ресурсов, которые участвовали в подготовке конкурсной документации.


Отметим, до реализации мусорной реформы и появления регионального оператора сфера вывоза ТКО не подлежала государственному регулированию, определялся лишь максимальный тариф.


«Раньше такие торги не проводились, частные компании напрямую с заказчиками заключали договоры. Заказчики — это все хозяйствующие субъекты. Например, ТСЖ, граждане, юридические лица, предприятия, у которых образуется мусор», — объясняет директор «Сервис-плюс» Евгения Пасечник. Представители частных компаний считают, что тогда были возможности для естественной конкуренции на рыке. Теперь регион находится в сфере влияния регионального оператора и он объявляет торги на обслуживание территорий, который сам же формирует в лоты.


В «Спецавтохозяйстве» не считают, что при проведении торгов нарушили правила конкуренции и неправильно сформировали лоты.

Мы можем долго на эту тему общаться, просто надо законодательство прочитать. Все конкурсы, которые проводились, были вдоль и поперек всеми проверены и изучены, там только ленивый не смотрел. Поэтому комментировать сейчас не вижу смысла. Пусть проверяют, смотрят. <...> Люди обратились в ФАС, имеют право. ФАС тоже сделал свои действия, тоже имеет право. Все идет своим чередом. Когда будет итог, можно будет говорить, сейчас процесс идет, — ответил ТВ2 директор «Спецавтохозяйства» Михаил Курилов.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?