Добрые новости
Поиск по сайту
Что ищем?
Искать
Поиск по сайту
Что ищем?
Искать
  1. Главная
  2. Истории
  3. Чья собака? Почему псу, потерявшему ухо, ищут новых хозяев
Истории

Чья собака? Почему псу, потерявшему ухо, ищут новых хозяев

ТВ2 ТВ2

25 марта в поселке Рассвет мужчина отрезал ухо хаски. По словам очевидцев, якобы пес повел себя агрессивно по отношению к одной из девочек на детской площадке — дочери мужчины. В клинику раненую собаку доставили зоозащитники, так как никто из очевидцев не знал, кому принадлежит пес. До этого Пьера (так его окрестили волонтеры) жители поселка видели бегающим без хозяев около месяца. На подозреваемого в жестоком обращении с животным возбудили уголовное дело. Почему сейчас зоозащитники отказываются вернуть собаку людям, которые представляются хозяевами пса? Как он оказался на улице? 

Пьер или Казбек?

Ольга Коробкина представляется хозяйкой трехлетней хаски по кличке Казбек. В подтверждение слов у нее есть паспорт собаки с пометками о прививках с 2016 года, фотографии и видео с собакой в разном возрасте. Пес не был чипирован, поэтому однозначно доказать принадлежность сложно.


«Казбек у нас появился в 2016 году весной. Почти год не было собаки, прошлая умерла от старости. Долго не могли оправиться, я вообще никакую собаку не хотела, но все-таки внучка переломила и уговорила. Мы приобрели собачку и назвали ее в честь прошлой Казбеком», — рассказывает Ольга.


В феврале этого года пес убежал со двора частного дома хозяев и потерялся. Это случилось не впервые.

Фото: 
Автор: 
Внучка Ольги Коробкиной Настя с Казбеком -
Внучка Ольги Коробкиной Настя с Казбеком -
 -
 -
 -
Автор:  предоставлено Ольгой Коробкиной

Когда стал подрастать, в прошлом году впервые по весне он у нас убежал. Было много снега, с кровли он сошел в большом количестве. С этого сугроба Казбек прыгнул на крышу беседки и ушел. Но тогда мы его быстро нашли. С тех пор он почувствовал волю и еще несколько раз совершал побеги, пришлось только из-за него поменять контур нашей ограды. Последний штрих — сделали перегородку с соседями из металлических прутьев. Но и это оказалось для него не преградой. Сейчас он стал здоровый, сильный пес. И 27 февраля он отогнул прутья, сделал себе отверстие и через соседский двор ушел, — объясняет хозяйка.  

Семья пыталась найти собаку. 28 февраля разместила в томских пабликах объявления о поисках хаски.


«Потом посыпались оповещения, что видели там, видели сям. Когда прибегаешь на место, естественно, там уже никого нет. Горевали-горевали, через неделю сообщения совсем прекратились. Стали думать, что, наверное, его кто-то взял домой, но не теряли надежды», — вспоминает Ольга Коробкина.


25 марта, когда появилось сообщение о том, что похожей собаке отрезали ухо, хозяйка сразу поехала в клинику, куда отвезли пса. По словам Ольги, она находилась в состоянии шока. 

На столе лежала собака, ко мне той половиной морды, где рана. Вокруг раны все было выбрито. Он уже был под наркозом. Доктора стали спрашивать, наша ли это собака. Я однозначно тогда не смогла ответить, — рассказывает женщина. — Когда вышла, зоозащитницы стали расспрашивать. Я также ответила, что не могу ничего сказать, потому что невменяемый там пес и с раной на половину морды, определить сложно. Стали расспрашивать, сколько лет нашей собаке, когда убежала. Фотографию спросили, а у меня в телефоне была та, на которой он еще щенок. Стали рассматривать и говорить «Нет, это не такое», показывать фотографию его уже взрослого, такого, как видели его в Рассвете. Когда наш пес рос, он менялся. Действительно, разница была.

Ольга Коробкина договорилась с зоозащитницами группы «Алекс», что на следующее утро в клинику придет внучка. Когда пес отойдет от наркоза, все вместе определят, узнает ли собака хозяйку. Также Ольга предложила свою материальную помощь в лечении собаки. Они ответили, что к тому времени собралось достаточное количество денег, которых хватит на операцию. Собаке требовались еще одна-две операции и длительная реабилитация.

Фото: 
Автор: 
 -
 -

«Утром внучка пришла, там были кураторы группы «Алекс». Говорит, что собака ее признала, они очень хорошо встретились. Но женщины-кураторы сказали, что собака ко всем так идет, поэтому по этой встрече невозможно однозначно сказать, наш это пес или нет. В общем, стали ее убеждать, что это не наша собака. Она домой пришла расстроенная, что ей не поверили. Пришли вечером втроем уже: я, внучка и ее подружка. На видео можно видеть, как девочки встретились с собакой, Казбек поскуливал, хозяйке своей руки лизал», — говорит Ольга.  

В клинике женщина узнала у медперсонала стоимость лечения собаки. Сотрудница рассказала, что первая операция и процедуры обошлись в 10 тысяч рублей. Ольга вспоминает, что до этого зоозащитники называли ей сумму в 90 тысяч рублей на полное лечение.


«На следующий день мы готовились к тому, что нам отдадут собаку. Стали искать во дворе часть забора, через которую он ушел, расчищали снег, поэтому к Казбеку не ходил никто. 28 марта внучка пошла с одноклассником, ей вывели пса, показали, но долго пообщаться не дали. 29 марта она пошла туда одна, но доктор Курьяков сказал ей, что собака не твоя, у тебя нет доказательств, нет документов. Она возразила, что у нас есть медицинский паспорт с пометками о прививках. Но доктор сказал, что этого для признания, что собака наша, недостаточно. Сказал, что к собаке приходит большое количество посетителей и это мешает лечению», — говорит бабушка Насти.  

Автор:  предоставлено Ольгой Коробкиной
Фото: 
Автор: 
Предоставлено Ольгой Коробкиной -
Предоставлено Ольгой Коробкиной -
Предоставлено Ольгой Коробкиной -

Дома семья приняла решение, что если не получается наладить хороший контакт с зоозащитниками, стоит написать заявление в полицию. Женщина предлагала волонтерам провести «очную ставку» с собакой, как только пес придет в себя. Но кураторы не отреагировали на это предложение. 

Я предлагала, давайте договариваться, лечить собаку совместно. Когда Казбек восстановится, мы выведем его на улицу, где он обычно прогуливался, пес у нас дрессированный, дадим ему команду «домой». Если собака приведет нас к дому, то это лишнее доказательство — собака наша. Если не приведет, мы отступаемся. Значит, собака не знает дома и нас, — говорит Ольга.

Обратились и к юристу. Он предложил написать официальное требование в клинику. В нем указали, что просят без ведома хозяев не производить никаких оперативных вмешательств, на тот момент основная операция была сделана. В этом же письме хозяева с юристом назначили дату передачи собаки — 31 марта, 12 часов. В случае отказа хозяева оставили за собой право обратиться в суд.

Это требование мы отнесли в поликлинику 30 марта. У нас его принял доктор Павел Курьяков и подписал. Было указано, что мы приедем в клинику за собакой в воскресенье, 31 марта, в 12 часов. Но решили прийти в клинику пораньше 12-ти. На подходе к клинике увидели, что выезжает машина и на заднем сиденье сидит наш пес. Во дворе стоял доктор, мы подошли к нему. Спросили, где наша собака, ответили, что собаки в клинике нет. Мол, собаку передали участковому по акту приемки. Я удивилась, как так, когда я только что своими глазами видела его. Подходили мы: я, юрист, племянник. Сказали, что мы же вам писали бумагу, чтобы не предпринимались никакие решения без нашего участия. Доктор сказал, что ответит нам в письменном виде заказным письмом, — говорит Ольга.

По словам Ольги, чуть позже в соцсетях появились комментарии от Павла Курьякова, который писал, что хозяева собаки угрожали ему физической расправой и повреждением имущества.

Автор:  скриншот комментария

«Мы не угрожали, в нашем заявлении тоже никаких угроз нет. Почему у него возникло такое мнение, мне совершенно не понятно», — удивляется Ольга.


Сам доктор Курьяков отказался прокомментировать журналисту ТВ2 ситуацию с угрозами, сославшись на то, что находится в отпуске до 8 мая.


В это же время в томских СМИ со слов зоозащитников появилась информация о том, что собаку увезли в Новосибирск из-за нападок людей, которые называют себя хозяевами. По словам кураторов, в клинику приходила 15-летняя девочка со взрослыми, которые требовали отдать им собаку и прекратить ее лечение, в противном случае они обещали штраф клинике и угрожали врачам.


Ранее в интервью ТВ2 куратор Пьера Ольга Рылик, которой по расписке полиция передала собаку до конца разбирательств, говорила, что будет после лечения искать собаке новую семью.

Вчера Пьера отвезли в новосибирскую клинику «Бест». Там его взяли на стационарное лечение и в очередной раз прооперировали, — рассказала зоозащитница. — Сначала врачи решили, что пластику псу можно будет сделать только после заживления раны. Но в ходе операции хирург изменил решение и все-таки сделал Пьеру пластическую операцию. У пса огромная рана, эту рану закрыли, и самое главное сейчас — чтобы все нормально прижилось. Несколько человек уже представлялись хозяевами Пьера, но информация не подтвердилась. 15-летняя девочка приходила в ветклинику каждый день и устраивала истерики. Ребенок, понятное дело, хочет, чтобы Пьер оказался ее потерянным псом. Но мне непонятно, чего добивались в этой ситуации взрослые. Были даже угрозы врачам, и после этого мы решили привлечь полицию. Полицейские официально передали собаку мне. Пока Пьер не выздоровеет, я буду о нем заботиться, а потом мы пристроим его в хорошую семью. 

Во время подготовки этого материала Ольга Рылик отказалась прокомментировать, почему зоозащитники группы «Алекс» выступают против возвращения хаски в прежнюю семью, и ситуацию конфликта с Ольгой Коробкиной. Поэтому мы не можем располагать полной картиной происходящего.  

Автор:  предоставлено Ольгой Коробкиной. Внучка Ольги Коробкиной с хаски

Открытые вопросы

Ольга Коробкина рассказывает, что долго анализировала, чем мотивировано поведение зоозащитниц в этой ситуации. Когда Пьера впервые доставили в клинику после происшествия, волонтеры объявили сбор средств на его лечение. Отчеты о поступлениях средств на карту публиковались скриншотами в официальной группе организации «ВКонтакте». Ольга собрала данные со всех скриншотов о зачислениях в единую таблицу Exсel и посчитала сумму. Ее насторожил факт несостыковки суммы реальных поступления и тех цифр, которые в аналогичный период времени озвучивали в прессе представители «Алекса».  

В своей группе они отчитываются о поступлениях. Они молодцы, знают свое дело. Но на 26 марта, 12 часов, у них на карте было 99 тысяч. В прессе они указали, что собрано 66 тысяч 800 рублей. Я считаю, что здесь они просто слукавили или намеренно так сделали, ведь они не могли не знать, сколько пришло денег. По состоянию на 27 марта, 00.00, у них на счете было уже 146 тысяч рублей. А по итогу на лечение этого пса собралось 164 тысячи рублей. В прессе озвучивали сумму в 90 тысяч. Это я собирала из их скриншотов, которые они выставили, не придумывала. Расценивать я это не хочу и характеризовать людей не буду, пусть этим займутся люди, которые знают законы, — говорит Ольга.

Ольга считает, что траты зоозащитников могли быть необоснованными. При этом семья очень тронута и благодарна людям, которые пожертвовали деньги на лечение пса.


«Нужна экспертиза, оправданы ли эти затраты на собаку. В Новосибирске счет выставлен на 60 тысяч. У нас здесь в кардиоцентре делают операции на сердце людям за эти деньги, а это ушко собачки сформировать, косметическая операция, которая состоит из того, что из кожи сформируют ушко, чтобы закрыть слуховое отверстие. Неужели это все стоит таких денег? Это народные деньги, я считаю, что они расточительно поступили», — добавила Ольга.


Нам также не удалось получить комментарий зоозащиты по этому поводу. На днях группа «Алекс» сообщила, что Пьера доставили в Томск, пока он будет жить на передержке, параллельно волонтеры займутся поисками нового дома для него.


Ольга Коробкина обратилась к юристу, с которым они намерены добиваться возвращения собаки хозяевам. Если это потребуется, через суд. Для этого они намерены провести экспертизу шерсти, которая сохранилась на расческе у хозяев, и образца, который можно взять у собаки.

У нас участковый изъял расческу с собачьей шерстью. Исследование до сих пор не назначено. Мы очень сильно ждем работу участкового. Он пояснил, что собака в Томске. Раз она здесь, ничего не мешает нам изъять образцы для исследования. Мы образцы собаки, которая принадлежала бабушке, предоставили. Поэтому вопросов нет никаких сложных: что нам покажет исследование, так тому и быть. Участковый не совсем, так скажем, торопится, нам бы хотелось побыстрее. Если экспертиза даст положительный результат, тогда дело будет возбуждено, Ольга Коробкина будет признана потерпевшей. Соответственно, дело тогда и до суда дойдет», — прокомментировала юрист Татьяна Мосина. 

Поддержи ТВ2!