{{ currentDate }}
Добрые новости
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Поиск по сайту
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
{{ selectorTitle }}
  • {{ item.title }}
Что ищем? {{ errors.searchText }}
Искать
Главная Истории Александр Цин-Дэ-Шань: Я никакой опасности для власти не представляю
Истории

Александр Цин-Дэ-Шань: Я никакой опасности для власти не представляю

Виктория Мучник
ТВ2 Виктория Мучник
23.06.2021

Депутаты Думы города Томска проверили, что происходит с территориями, которые были благоустроены по нацпроекту в прошлом году и ранее. Среди них был и Александр Цин-Дэ-Шань – депутат от партии «Новые люди». Учитывая, что Александр является безусловным лидером по организации посадок деревьев – более 40 тысяч кедров и елей – мы решили обсудить с ним в инстаграм-эфире ТВ2 проблемы озеленения Томска. Заодно узнали, почему Александр Цин-Дэ-Шань решил баллотироваться в Госдуму РФ.

Автор:  Дума города Томска
Александр Цин-Дэ-Шань

— Начнем с выездного заседания рабочей группы городской Думы по озеленению Томска. Вы выложили видео с этого заседания. Можно было увидеть, что происходит на территориях, которые были благоустроены в прошлом году и ранее. Для тех, кто не видел видео, расскажите, где вы были и какие недочеты отметили.

Да, у нас есть рабочая группа по озеленению в Думе, на которой мы уже обсудили ряд важных вопросов. Один из них – это переход на многолетние цветы. Мы сейчас будем работать в экспериментальном режиме. Постепенно объем многолетних цветов и кустарников будем наращивать, потому что на летние растения тратится гораздо больше ресурсов и они глаз жителей города Томска радуют всего лишь один сезон. Эту рекомендацию мы получили от экспертов, которые занимаются озеленением. Что касается городского озеленения, то мы были на проспекте Ленина – там есть проблемные места с кустарниками. Посмотрели, как новые деревья высадили на Усова, где батуты сделали. В сквере на Пушкина были – там все замечательно. Были на пересечении Комсомольского и Фрунзе – там самая неблагоприятная ситуация. Самая большая проблема – это состояние грунта и земли на пересечении Комсомольского-Фрунзе. Там вымыло грунт, плодородной почвы нет, и средства были потрачены на высаживание кустарников, которые там просто погибают. Газон также там не приживается. Было предложено директором Ботанического сада Михаилом Ямбуровым перераспределить бюджет, который тратится на побелку стволов деревьев, в пользу удобрения почвы и закупки минеральных удобрений. Тем более что муниципалитет обязан это делать по постановлению Минстроя от 1995 года, по-моему. Я обратился в одну из организаций, которая занимается у нас в Томске производством гумусовых удобрений, удобрений из торфа, и попросил безвозмездно сделать этот участок, чтобы показать, насколько эффективно работают эти гумусовые удобрения и смогут ли они с такой сложной задачей справиться. Потому что, если вы видели, там прям пустыня.

Автор:  Игорь Лютаев
Газон на проспекте Фрунзе

— Это где пустыня?

— Прямо напротив Фрунзенского рынка. Там есть аллейка, и вдоль этой аллейки высажены эти кустарники, которые просто сейчас погибают. Вчера мы были на месте, встретились с руководителем этого производства, он согласился на безвозмездной основе все это сделать. Сейчас мы силами волонтеров обработали достаточно большой участок полностью этими минеральными удобрениями. Я надеюсь, что мы получим хороший эффект, я очень на это надеюсь. Если получится, мы сможем эти удобрения использовать повсеместно, потому что стоят они просто копейки, а расход  - колпачок на какие-то десятки литров воды. После полива  образуется определенный слой из бактерий, они размножаются, насыщают почву азотом, позволяют растениям расти значительно лучше. Те истории, которые мне рассказывали руководители компании, они прям чудодейственные. Но нужно это увидеть своими глазами.

— Думаю, что это будет хорошая реклама. Я порадовалась, что вы выехали в сверы, потому что у нас каждый год по нацпроекту «Комфортная городская среда» выделяются миллионы бюджетных денег, эти деньги осваиваются, а дальше за растениями никто не ухаживает. Идешь, и просто жалко, деревья вкривь и вкось растут, клумбы не пропалывают.

— В рамках участия в рабочей группе по озеленению я внимательно изучил всю сметно-бюджетную документацию на расходы по озеленению города Томска. Там заложено на сегодняшний день более 200 миллионов рублей в год и также по каждой позиции, по каждой площадке заложен дальнейший уход. Вопрос в том, что этих средств недостаточно. Например, если взять сквер на Пушкина, то там заложена стрижка газона шесть раз за сезон – это очень мало!

— А какая-нибудь прополка, например, вообще нигде не заложена.

— Да. Все это упирается в то, что мы, к сожалению, на дефицитном бюджете, на «подсосе», другим словом даже нельзя назвать. Вы, наверное, знаете, что нам еще буквально меньше трех процентов не хватает, чтобы наша область была объявлена банкротом. Пока мы на федеральном уровне не перераспределим бюджет, то наши граждане Томской области не заживут нормально, как должны жить.

— Я знаю, что и вы сами высаживали деревья. Могли бы рассказать о своем опыте: сколько вы всего посадили деревьев, где это было сделано и кто потом ухаживает за тысячами высаженных саженцев?

— Если я не ошибаюсь, то плюс-минус 1000 мы высадили более 45 тысяч деревьев за четыре года – это кедры, сосны и ели. Это то, что мы высадили нашей командой.

Автор:  Из личного архива
Акция по посадке деревьев

— Сколько человек в вашей команде?

— Начиналось все с одного маленького класса экологического, по-моему, это был шестой класс школы Асиновского района в маленькой деревне Лязгино. Я был в экспертной комиссии на конкурсе социальных проектов. И на экологической площадке меня воодушевили ребята, с горящими глазами рассказывающие о проекте, что они хотят посадить 100 кедров. Я принял решение их поддержать, в том числе и финансово. Закупили 1000 кедров. И впервые посадили 1000 кедров – тогда команда была небольшая, т.е. это были этот класс школьный, их преподаватель – Любовь, и наша команда сколько-то человек приехали. Да, и мой сын Богдан еще был. Мы посадили кедры, это всем очень понравилось, и мы в следующем году решили посадить чуть больше – 2600 деревьев. Нас было около 60 человек. В прошлом году мы посадили 12 600. Я могу путаться в цифрах, но примерно такие порядки. Нас уже было порядка 200 человек волонтеров. А в этом году мы за два дня посадили 25 500 деревьев.

— 25 000 – серьезные цифры. А деньги? Сколько вы на это потратили?

— Если честно, я до конца не верил, что мы справимся с этим, правда. Потому что я помню, как мы сажали 12 600 – это достаточно сложный процесс, нужно все организовать – доставку волонтеров, питание, безопасность (обработку от клеща), весь необходимый инструмент, посадочный материал, инструктаж. 25 000 мы разбили на два дня: один день мы высаживали рядом с Корнилово, второй день – на 86 квартале. С утра до вечера, из последних сил, но у нас это получилось! По бюджетированию – первые две посадки мы делали с помощью фандрайзинга и за счет собственных средств, у меня достаточно раскаченная страничка в Инстаграме. Я на разные проекты фандрайзингом предлагаю собирать денежные средства, и первые две акции были таким образом проведены. А вторую и третью посадки – нас уже заметило большое федеральное движение ЭКО, и мы совместно с ними осуществляем посадки. В прошлом году посадку финансировала авиакомпания S7, а в этом – S7 и партия «Новые люди».

— Вас поддерживают, пишут: «Молодцы! А то больно смотреть, как вырубается наша сибирская тайга». Вы как раз на местах вырубки высаживали деревья или где?

Да. Мы согласовываем все посадки. Первые два года мы согласовывали с администрацией Асиновского района, с главой. А в этом году уже с департаментом лесного хозяйства Томской области. Наши посадки с высоким уровнем приживаемости, более 90%. Т.е. мы работаем, как по СНИПам – не более 10% брака, скажем так. Потом лесники, департамент лесного хозяйства производят уход, прополку.

— Т.е. это уже не волонтеры делают, а специалисты? Насколько я знаю, главная проблема не посадить, а ухаживать за саженцами, чтобы их не забила трава.

— Да, согласен. Сбор волонтеров сейчас автоматически происходит. За время работы у нас сформировался чат во ВКонтакте. Уважаемые томичи, если вы хотите присоединиться к нам в следующих посадках, то вы можете присоединиться к нам в чате. У нас триста человек сейчас там, мы говорим, что у нас следующая посадка тогда-то и там-то, и люди собираются. Если хватит сил, мы этой осенью еще 25 тысяч посадим, и будет уже 70 тысяч. А в следующем году, пока загадывать не будем… но вообще, когда мы первую тысячу посадили, у меня сразу такая идея зародилась – миллион деревьев посадить. Каждый год постепенно: 50, 100, 150…

— Хорошо бы еще, чтобы вы вели такую страничку – те деревья, которые вы посадили четыре года назад, какие они сейчас.

— В этом году мы ездили, смотрели. Я все в Инстаграме освещал. Правда, в сторис я это делал, но можно в актуальное выложить, там не пропадет.

— Партия «Новые люди» уже активно включилась в предвыборную кампанию. В Томске побывала экс-мэра Якутска и кандидат в депутаты в Госдуму Сардана Авксентьева. Она предложила передать Дом приемов губернатора под комплекс для особенных детей. На содержание дома приемов, и правда, ежегодно тратятся бюджетные миллионы рублей, а он практически не используется. Реально отобрать Дом приемов у губернатора?

— Отдаст не отдаст – это нужно у Сергея Анатольевича Жвачкина спросить. Но я считаю, что Дом приемов нерационально используется.

— Он практически вообще не используется, я бы сказала.

— Исходя из той информации, которая у меня есть, он неэффективно используется. Сейчас мы живем в современном мире, и для того, чтобы провести какие-то переговоры, достаточно просто сесть в каком-то кафе за чашкой кофе, чая, что-то обсудить. У нас, если это какие-то конфиденциальные переговоры, можно это сделать в администрации Томской области, да где угодно.

—  У губернатора еще Дом приемов есть на Синем Утесе.

— Мне кажется, что предложение Сарданы очень хорошее. Мы работаем очень много лет с ребятишками. Один из наших проектов, который мы реализовали – мы отремонтировали Дом добрых дел для детей с ДЦП, аутизмом и ребятишкам, которые уже доживают последние дни, месяцы. Например, у них онкология, и хочется, чтобы они не в больничных стенах находились. Там потрясающая площадка, потрясающе сделан сам дом. Его семейная пара выкупила – Марина Мырина и ее супруг. Взяли дом в ипотеку. Марина сама больничный клоун, уже на протяжении 11 лет работает, герой России. А на ремонт денег не было – вот мы с предпринимателями собрались, тоже с помощью фандрайзинга, своими ресурсами полностью отремонтировали этот дом. Он находится в Корнилово. Он открыт для всех мам и семей с детьми. Туда можно приехать безвозмездно, бесплатно остаться. Дом этот в ипотеке находится, они там работают не покладая рук, чтобы оплачивать ее. И они делают это, на безвозмездной основе. Я думаю, что у нас, у нашей администрации, у государства, точно есть ресурсы для того, чтобы как минимум повторять такие подвиги. Я думаю, это должно быть в практике.

Автор:  Из личного архива
Александр Цин-Дэ-Шань с Сарданой Авксентьевой

— Сардана еще один объект посетила – левобережную дорогу. Мне интересно ваше мнение, как вы считаете, нужно ли ее достраивать либо пока не горит?

— Я думаю, что, несмотря на явно нерациональное использование средств, мягко говоря, по данному объекту, конечно, необходимо дорогу доделывать.

— 2 миллиарда бюджетных денег закопаны там.

— Да, там сделана уже и подушка, дорога практически готова. Вопрос с дорогой нужно решать и в рамках адекватного бюджета закончить ее строительство.

— Третья волна коронавируса вот-вот накроет, видимо, и Томск уже. Поэтому, я думаю, самое время напомнить о вашем антиковидном телеграм-канале. Расскажите, что это за канал, кто туда может обращаться, сколько уже обращений было, как он работает?

Мы перестали считать, когда было 8000 обращений в начале этого года. У нас есть очень близкий друг и активист – Юлия Мустафина, она пришла ко мне с этой идеей. И наша команда создала телеграм-канал, в рамках которого врачи города Томска, но сейчас уже не только Томска, сейчас по всей России, безвозмездно абсолютно оказывали консультации в самый сложный период. Вы помните, было время, когда «скорую» было невозможно дождаться.

— Даже в поликлинику дозвониться было невозможно.

— По три-пять дней невозможно было никуда дозвониться. Людей, чувствующих определенные симптомы, просто охватывали паника и страх, потому что они не знали, что делать. Они оставались один на один со своей ситуацией. И наш чат давал возможность получить полную инструкцию для того, чтобы понять дорожную карту – что нужно делать, когда и как. Врачи консультировали по тому, что необходимо: какие препараты сейчас начать принимать или что, наоборот, ни в коем случае нельзя делать. И я очень благодарен заместителю губернатора по социальной политике Дееву Ивану Анатольевичу, который сейчас у нас уже не занимает этот пост, но он, как и многие другие представители администрации, городской и областной, тоже находился в этом чате. И когда люди писали, кричали о помощи «помогите мне, умирает мой близкий человек и я не могу вызвать скорую» - они в ручном порядке уже подключались. Я несколько случаев знаю, когда Иван Анатольевич лично в это включался – просто спасал людей. Чат наш сейчас вырос на 24 региона, стал федеральным. В республике Дагестан была ситуация гораздо хуже, чем у нас в Томске. Мы сейчас объединили все чаты в один чат – «Ковид Россия» его назвали, где томичи консультируют всех россиян, но Дагестанский чат мы оставили отдельно, потому что там огромное количество участников, вы не представляете, как люди там благодарят нас.

— На каких условиях у вас работают врачи? Вы им платите?

Безвозмездно. Это просто все неравнодушные люди. Мы безмерно им благодарны, безмерно. И более того, на протяжении стольких месяцев они продолжают это делать и по сей день. Более того, у нас возникла инициатива – мы расширили спектр консультаций. Сейчас у нас есть четыре направления – это общая медицинская консультация, это женская анонимная консультация, это консультация психологов для родителей и детей. Т.е. четыре направления, тоже специалисты подключились и абсолютно бесплатно, безвозмездно это делают.

— Тут вас спрашивают зрители: «Александр, расскажите, ваш коллега Денис Вишняк победил Моргенштерна?»

— Я поддерживал его в этом. Все в процессе.

— А процесс в чем заключается?

— Сейчас прокуратура, следственный комитет приняли во внимание заявление Дениса. Нашли там состав преступления, и в данный момент проводится проверка.

— Давайте вернемся к вашему антиковидному чату. Как понять, кто эти люди, которые дают медицинские рекомендации в вашем чате? Я его сегодня почитала, там просто указано: Татьяна Юрьевна админ, Алена Лизько админ. Кто эти люди? У них есть медицинское образование? И не кажется ли вам, что это рискованно – давать дистанционно медицинские рекомендации?

— Все врачи, находящиеся в нашем чате, проходят аккредитацию, т.е. они присылают свой диплом о медицинском образовании, где они сейчас практикуют, все сертификаты.

— Т.е. всех, кто дает консультации, вы знаете, видели, что у них есть дипломы.

— Конечно, все это подтверждается, все это в чате есть. Там есть графа «кто вас консультирует», чтобы доверие у граждан было. И совместно с СибГМУ администрация Томской области предоставила возможность всем врачам пройти дополнительные курсы по онлайн-консультированию, дистанционные консультации. В СибГМУ проходили врачи, даже действующие специалисты прошли эти курсы, и получили сертификаты. Поэтому здесь в компетенции врачей я полностью уверен.

— На вашей странице во ВКонтакте я увидела ролик с таким лозунгом: «Выборы проходят, репутация остается навсегда!» Как раз про то, что был случай, что за фальсификацию люди получали либо реальный срок, либо какие-то наказания. У нас впереди выборы – будут ли у вас наблюдатели на участках, как много их, все ли вы участки закроете? Ведете ли вы работу в этом направлении?

— В прошлом году мы закрыли все участки. Наши наблюдатели работали на всех участках. В этом году мы стремимся сделать то же самое.

— Определились ли вы, кто от «Новых людей» пойдет в облдуму или в Госдуму от Томской области?

Я, наверное, могу только сказать про себя, чтобы это было корректно. Я даже не знаю, если честно, могу ли я это сказать или нет, но вам скажу. Первым, кстати. Я иду в Государственную Думу Российской Федерации по 181 округу.

— Хорошо. Мы хотя бы уже знаем одного человека, кто идет от «Новых людей». Очень многих людей, в которых власть чувствует реальную опасность, стараются не допустить до выборов. «Новые люди» вроде участвуют без проблем.

Я никакой опасности для власти не представляю. Посмотрите на меня – какую я могу представлять опасность?

— Вдруг перейдете дорогу кому-нибудь из «Единой России», существуют, наверное, какие-то договоренности…

Пожалуйста, пусть! У нас же все идут, и «Единая Россия» пусть идет, и все пусть идут.

— Как сами оцениваете свои шансы?

Знаете, у меня есть некоторые данные, социология и т.д., и я на очень, очень, очень высоком месте. В одном из районов – на первом месте, в других – не на первом – на следующем.

— Могли бы вообще рассказать – вы успешный бизнесмен, предприниматель, зачем вы пошли в политику?

Расскажу эту историю. Я всегда думал и продолжаю думать, что каждый человек должен брать ответственность за себя, в первую очередь. Если у него хватает сил, хватает ресурсов, он может взять ответственность за своих близких, за семью, за родителей, за детей, за супругу, супруга, родственников. Если у него еще больше сил, если он растет, развивается, то он может взять за какое-то общество небольшое, например, за свой рабочий коллектив ответственность или за какое-то сообщество, организацию, соседей. А может взять за район, за область, за город и за страну. Я столкнулся в жизни с двумя ситуациями, которые мне категорически не понравились. Первая ситуация – это пенсионная реформа. Я абсолютно не понял и не понимаю ее значения. Возможно, есть какие-то действительно аргументы, возможно, по-другому было бы еще хуже сейчас у нас, у простых жителей, у граждан. И люди с высокими компетенциями, которые знают больше, чем мы, приняли это решение на благо нации. Но данных пока у меня таких нет, и, как со стороны обывателя, я смотрю на то, что будет происходить с людьми предпенсионного возраста, когда они будут выходить на пенсию – это очень плохо! Это первый был для меня серьезный звонок.

А вторая – у меня дедушка заболел раком два года назад, и я с ним до его смерти всю эту историю вместе ежедневно проходил. Достаточно долго, в течение 10 месяцев, мы боролись за его жизнь. Я побывал с ним во всех больницах нашего города. И когда я приехал в одну из больниц, куда мы его положили, я зашел в туалет… Это было зимой, очень было холодно. И в туалете на третьем этаже не было остекления, чтобы вы понимали, пустая фрамуга, рама и унитаз абсолютно черный – просто черный! Как будто его сажей измазали…

— Вы не скажете, что за больница?

Наверное, нет. Я немного по-другому вопросы решаю… И снег лежит прям на этом унитазе и на полу, и холодно невероятно! Я не смог туда сходить. Я думал: «Наверное, это какой-то не тот туалет, я попал не туда». Захожу обратно в палату и говорю: «Скажите, пожалуйста, это какое-то не то помещение?» Мне говорят: «Нет, это единственный туалет на все отделение, на весь этот этаж». Немощные люди, которые там умирают, ходят в баночки, бутылочки, унижаются перед тем, как уже покинуть это тело… Кто-то, кто еще самый здоровый, он идет и эти бутылочки в этот холодный туалет выливает! Я пришел в холл, где сидит старшая сестра, и говорю: «Вы знаете, у вас там стекла нет в окне». Она говорит: «А вам какое дело?» В смысле какое дело? Прямое! Люди же там! Она говорит: «Не ваше дело! У нас нет денег». Я говорю: «Если у вас нет средств денежных, давайте я приеду и завтра все сделаю?» Уже была ночь. Она на меня смотрит и говорит: «Вам зачем это надо?» Говорю: «По-другому невозможно!» Она говорит: «Ладно, мы сами это сделаем!» Я на следующий день приехал, они заделали это окно просто ДСП.

Потом мы перевелись в другую больницу. Когда поднялись с дедушкой в отделение на третий этаж, там я увидел санитарку, которая бегала по отделению и с нее градом просто пот капал на пол. Когда она в очередной раз, наверное, третий, мимо меня пробегала, я остановил ее и говорю: «Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, что такое, почему вы такая мокрая?» Мы познакомились, она говорит: «Я одна на 70 человек и еще одна коллега моя еще на 70 человек!» Вот у них 140 лежит пациентов. Я говорю: «Почему? А еще где люди?» Она говорит: «У нас сократили везде федеральным законом ставки санитарок». И теперь все вот эти люди, немощные, они лежат там, кто-то без сознания, кого-то из реанимации вывозят. Они писают, какают, их рвет, у них пролежни, их надо всех обрабатывать. Те, кто более-менее ходят, они тоже испражняются там же в палатах, смрад стоит, это летом было уже, невероятный просто. И говорит: «А как нам? У нас оставили одну ставку уборщиц». Ставка – это они работают сутки через двое, на тот момент была какая-то копеечная, около 14-16 тысяч рублей. Они говорят, что в других больницах перестали за такие деньги работать. Говорят, если родственники есть – пусть приходят. А время прихода родственников строго ограничено, плюс сейчас еще карантинные меры. А если родственника нет сейчас, а мне нужно сейчас справить нужду или что-то случилось со мной, то что? Мы, говорит санитарка, приняли решение – как работали, так и будем работать, потому что мы этих людей не бросим. И просит: «Пойдем, поможешь мне, дедушку только что из реанимации вытащили, нужно простынь ему поменять». Мы берем еще одного посетителя-мужчину, заходим в палату – лежит дедушка, весь в системах, обкаканый, обписаный, весь в рвоте. Невероятный смрад стоит, другие люди лежат рядом с ним. И они говорят: «Вы должны его поднять, мы поменяем простынь, вытащим. Сами мы это сделать не сможем». Я стою сзади, второй посетитель за ноги берет. А я за спину – у меня руки проскальзывают и остается его кожа на руках! Потому что она отслоилась просто из-за пролежней. Это был ужас! И они сделать ничего не могут, эти две женщины. Такой приняли закон и такое решение. Когда дедушке моему сделали операцию, у него рак кишечника был, он потом на аппарате искусственного дыхания находился. Хороший стоял аппарат. Но потом, когда ему еще сделали операцию, его подключили к советскому ИВЛ. Я не знаю, 1939 года или какого года был этот аппарат… и после этого подключения дедушка уже не проснулся. Понятно, что не докажешь, что это произошло из-за необеспеченности больницы сотрудниками, ставками, нормальным уровнем заработных плат, нормальным оснащением медицинским, количеством коек, лекарств. Но это произвело на меня впечатление… Я понял, что не всегда человек может нести сам за себя ответственность, не всегда. И нужно, если ты можешь, брать ответственность и служить.

— А как вы встретились с «Новыми людьми»? Почему именно эта партия?

Я начал изучать разные политические движения и партии. Больше всего мне понравились устав и программа партии «Единая Россия» - то, что мне больше всего подходит по моему мировоззрению и мироощущению. Но проблема в том, что устав и программа и реальные действия, мягко говоря, не всегда совпадают с результатами деятельности этой партии. Я еще был тогда под впечатлением от пенсионной реформы. Много тогда я прочитал уставов: КПРФ, ЛДПР, другие небольшие партии. Думал о том, чтобы предложить себя в качестве кандидата КПРФ. Но по некоторым пунктам, базисным для меня, мы очень сильно расходимся во взглядах.

— Частная собственность?

Да, в том числе. Я понял, что не смогу никого обманывать, и себя в первую очередь: как я могу играть за «красных» и не разделять полностью их ценности. Подумал, что нужно самому тогда создавать партию. Но потом, изучив материал и осознав, что у меня ни компетенции, ни ресурсов для создания такой структуры нет – я просто помолился: Господи, если угодно, чтобы вот это было, пусть тогда что-то произойдет. И через две недели мне звонит мой друг из Москвы и говорит: «Есть очень сильные, очень классные люди со светлыми намерениями. Тебе понравятся и они, и их направление. Сейчас будет создаваться новая партия, и у нас предложение продвигаться и продвигать эту партию в городе Томске». Я говорю: «Давайте». Посмотрел, познакомился, съездил, встретился лично, почувствовал для себя определенные вещи и понял, что да – это моя команда. Сейчас не жалею. Были сомнения, безусловно, были разные моменты, разные вещи в интернете писали. У меня ум очень критический, я всегда допускаю разные возможности и варианты. Но сейчас я нисколько не сомневаюсь, я уверен в этих людях и в моей команде и рад, что тогда сделал этот выбор.

— Давайте поговорим о вашем бизнесе. Расскажите, как вы пережили пандемию? Т.е. почти год были спортивные клубы закрыты. Что делали в это время тренеры?

Тяжело пережили. В прошлом месяце я только последние долги отдал.

— Т.е. вы жили в долг?

— Да, и продал долю в одном из филиалов. Очень серьезно сказалось. Если бы еще месяц было продление, то результат был бы гораздо плачевнее, т.е. все из последних сил, уже на ладан дышали.

Автор:  Из личного архива

— А как выживали ваши тренеры? Чем они занимались, когда клубы были закрыты?

Мы, во-первых, выплатили всем заработную плату. Тем сотрудникам, которые у нас были на окладе в команде, мы какие-то деньги тоже платили минимальные для того, чтобы они могли существовать. И все тренеры в летний период тренировали на открытых площадках и все деньги забирали себе.

— Как много коллег по такому бизнесу, как ваш, не пережили пандемию? Многие ли закрылись?

Я знаю семь таких клубов.

— Я упустила еще вопрос про ваш проект «Помощь». Давайте коротенько про него расскажите. Вы помогаете еще бабушкам и дедушкам. Как выбираете, кому помогать, кому не помогать? Как это происходит?

У нас есть несколько проектов. Первый проект моего друга Романа Шарыпова «Вера», в рамках него мы помогаем людям без какой-либо категорийности, в рамках тяжелой жизненной ситуации – продуктовыми наборами. Примерно раз месяц, когда набираются наборы, я в этой команде как волонтер, мы развозим продукты. Второй проект – «Помощь». Это федеральный проект Никиты Кукушкина, мы его здесь в Томске реализовали – это мобильное приложение, в рамках которого каждый желающий может помочь… Вот, например, вы хотите помочь – у вас есть 200 рублей, которые вы готовы сегодня или в месяц пожертвовать, но вы не знаете, кому. И с помощью мобильного приложения, оно так и называется «Помощь», вы можете его установить, вы выбираете бабушку или дедушку, которым поможете.

— Как бабушек выбираете? Как вы их находите, кому помогать?

Постоянно же обращаются. Например, я и до депутатского мандата занимался этими проектами (и благотворительностью, и социальными проектами). Только после, с 13 сентября, зарегистрированных обращений у нас 294! Результативность работы моей команды – 89%. Т.е. 89 % обращений мы решили. 11% - либо нерешаемые задачи, потому что обращения разные бывают, либо еще в процессе. Знаю, что мы можем помочь, или мы сами видим при обращении, что человеку нужна помощь – мы предлагаем.

— В завершение разговора у меня вопрос такой, в городе у нас есть инстаграм-канал «Город не бесит», и я бы хотела спросить: скажите, лично вас в нашем городе что бесит больше всего?

— Я очень много лет и сил посвятил тому, чтобы меня ничего не бесило, чтобы не испытывать негативных эмоций в виде гнева, зависти, обиды и т.д. Не всегда получается, но так или иначе я стараюсь все принимать. Это есть сейчас так. Какой смысл по этому поводу гневаться, злиться или беситься. Кроме деструктивных каких-то моментов для себя и разрушения своего эмоционального состояния, энергии и тела, от этого ничего я не получу. Если я вижу, что это несовершенно, я принимаю это – то, как оно есть – но могу, по своему желанию, по своей воле, привнести туда что-то новое, как я это вижу. Если это влияет на жизнь других людей, то с их согласия, если нет, то я могу сам взять и начать это исправлять. И это очень классный лайфхак, это классный подход, когда ты можешь любую задачу конструктивно решать. И она решается.

Поддержи ТВ2!