Я ВЫХОДИЛА ЗАМУЖ В ДЖИНСАХ И ЧАДРЕ...

Выйти замуж за иностранца. Другой менталитет, традиции, в том числе семейные. Нужно преодолевать стереотипы,  выбирать в какой стране жить, рвать привычные для себя связи. Учить новый язык, наконец. Не каждый сможет. Тем более, когда вы, ну, совершенно из двух разных миров. Томичка Арина Ахмади (в девичестве Пучкова) о муже-иранце, трёх свадьбах и принятии ислама.

Интервью записала Анна Булсоева.

«Джордж Кеннан» из Ирана

— С мужем мы познакомились в 2010 году. Тогда я только начала работать на ТВ2, а Маджид — учиться в аспирантуре на кафедре русского языка как иностранного. Сейчас он, к слову, уже кандидат филологических наук. Вообще, я — дипломированный фольклорист-этнограф, а не журналист по образованию. На тот момент арт-проект "Васильев вечер" запускал программу "Неволя" о сибирской каторге и ссылке. А поскольку это "моя" тема, мне захотелось снять сюжет. Это было своего рода театрализованное представление, где Маджид играл роль Джорджа Кеннана, американского путешественника, который в конце 19 века отправился вместе с ссыльными в Сибирь и записал свои воспоминания. Перс, участвующий в фольклорной постановке — вот такая журналистская находка! Я взяла интервью, мы разошлись и благополучно забыли друг о друге.

На фото: Арина в студии программы "Крупным планом"

Где-то через полгода состоялась наша вторая встреча. Я приехала в краеведческий музей снимать сюжет о праздновании дня Ивана Купалы. Маджид там тоже был: пилил дровишки, играл с детьми. Он снова дал мне небольшое интервью, мы списались в соцсетях и закрутилось! Тогда мне было 19, но встречаться мы начали только через год. На самом деле, что бы мы ни говорили про собственную толерантность и образованность, стереотипы срабатывают на ура. Но при этом очень незаурядно проявила себя моя мама, которая сказала: "Господи, тебе же не замуж за него выходить. Пообщайся с парнем!". Вот так и общаемся уже 6 лет.

А у него были стереотипы о русских девушках?

На тот момент, когда мы начали встречаться, он уже больше года жил в Томске.До этого приезжал на стажировку в Астрахань — то есть, в принципе, знал, чего ожидать. Сейчас, узнавая про традиции взаимоотношений между мужчиной и женщиной в Иране, я очень удивляюсь его открытости — то, как развивались наши отношения, совершенно нормально для нас, но неприемлемо для иранцев. Например, до нашей первой свадьбы мы жили вместе около четырех лет, в Иране же добрачные отношения, может, и встречаются изредка в больших городах вроде Тегерана, но, в целом, не приняты. Кроме того, он спокойно относился к тому, что я могла пойти погулять с друзьями, а в Иране это практически невозможно.

Такая его открытость — это черта характера, воспитание или что-то другое?

Я думаю, и то, и другое. На самом деле, меня поражает его умение не оценивать чужие традиции с точки зрения своих. Он умудряется принимать другие взгляды такими, какие они есть: это не его, чужое, но без оценок и разделения на хорошее и плохое.

«Ах эта свадьба, свадьба, свадьба...»

У нас было много бюрократических проблем и в России, и в Иране. Из-за того, что он служил в армии на родине, нам два года пришлось жить в разных странах: я здесь, он там. Мужчине и женщине, не состоящим в родстве, в Иране довольно трудно общаться. К примеру, их не заселят в один номер в гостинице, а брак с иностранцем там — это длительная эпопея.

Но, к счастью, у мусульман-шиитов есть такое явление, которое разрешено де-юре, но редко встречается в жизни и даже осуждается обществом, — это временный брак. Это не грех, с точки зрения религии, но порицается обществом. Временный брак не вписывается в паспорта, но выдается свидетельство, где прописываются условия, например, о детях, рожденных в этом браке, о сроке, на который он заключается. Родственники мужа были жутко недовольны этой формой брака, но по-другому было нельзя: легализация документов для постоянного брака — это очень долгая история. У них, к слову, нет понятия "светский брак", любой брак — религиозный.

А вероисповедание супруга-иностранца при этом не имеет значения?

Имеет. Иранские законы запрещают браки между представителями разных религий, поэтому я приняла ислам. Без этого нас бы попросту не женили! Мы с мужем не очень религиозны, поэтому для меня и моих родственников это не было чем-то страшным. Мы пришли в одно место, что-то вроде нашей епархии. На вид — обычный кабинет служащего средней руки. Единственное, нужно было разуться и быть в чадре. На мне были джинсы и светлая рубашка, а мама мужа и его сестра  преподнесли мне в подарок по такому поводу белую чадру.

Для принятия ислама мне нужно было произнести на арабском: "Я признаю Аллаха как единого Бога, а Мухаммеда как Пророка его". И обязательно на арабском! Что для меня очень странно. По логике, нужно бы произносить на родном языке, чтобы это шло от сердца. Мы немного порепетировали: муж говорил, я повторяла. Спустя несколько попыток мама мужа бросилась меня целовать — я поняла, что произнесла правильно. Я была даже, честно говоря, немного раздосадована — вроде как жизнь меняешь, а всё прошло так обыденно и не торжественно.

После я уехала домой в Россию, с мужем в следующий раз мы увиделись только через 9 месяцев. А поскольку здесь тоже сразу нужно было решать миграционные вопросы, мы буквально в понедельник пошли подавать документы, а в пятницу нас уже зарегистрировали. Свадьбы, как таковой, не было — посидели с друзьями, выпили вина.

А третий брак, уже постоянный по иранским законам, мы заключили в посольстве в Москве. В силу того, что брак регистрируется на территории России, легализация документов не нужна, но при этом он признается в Иране. Всё тоже прошло довольно обыденно, в перерыве между самолетами. Теперь у меня два паспорта, два гражданства. Фамилию, кстати, я решила взять мужа, хотя для Ирана это довольно редкое явление.

У моей мамы с Маджидом очень хорошие отношения, иногда мне кажется, что они даже дружат против меня. Он вообще очень обаятельный, поэтому, в целом, со всеми родственниками всё хорошо.

А у Вас с его родственниками?

Они, конечно, отнеслись к моему появлению без особого восторга. Но не лично из-за меня, а, скорее,  потому что я — иностранка. Дело, наверное, в том, что это своего рода неравный брак: молодые могут сойтись, но семьям жениха и невесты сложно общаться. А ведь в Иране очень сильны родственно-клановые связи. Хотя семья очень дружелюбная и радушная.

На фото: Арина с Маджидом и его мамой.

Персидский я пока не знаю, но когда-нибудь хочу выучить, потому как, если братья и сестра Маджида как-то еще говорят по-английски, то родители совсем английского не понимают. Хотя на языке жестов нам с его мамой удается очень даже сносно поболтать. У него же с моими родственниками языкового барьера не было, поскольку он говорит по-русски практически без акцента и даже переводил Шукшина на персидский, а советские фильмы знает даже лучше, чем я, потому что учил по ним русский язык.

Что касается иранской культуры, мы празднуем некоторые национальные праздники. Навруз, например, праздник весны, который в России почему-то многие ошибочно считают мусульманским. Хотя это древнейший персидский праздник, который появился гораздо раньше ислама. Или Ялду — самую длинную ночь года, которая празднуется 21 декабря.

40 миллионов в подарок

На личном опыте и исходя из того, что я читала, иранские мужчины очень семейно-ориентированные. Приготовить ужин, помыть посуду, прибраться — это в порядке вещей и не вызывает снобизма, мол, не мужское это дело. Девочкам достается всё самое лучшее, женщины могут так же работать, получать образование — в этом плане Иран выгодно отличается от многих других мусульманских стран. Кстати, деньги, которые зарабатывает женщина, она может полностью тратить на себя, поскольку расходы на быт, детей и базовые потребности жены должен покрывать мужчина. Если он этого не делает, женщина может подать на развод и потребовать свой свадебный подарок ("мехрие", или "магрие").

Для вас тоже предусмотрено мехрие?

Во время свадьбы мехрие не дарится, а только прописывается в свидетельстве о браке и предоставляется женщине по её требованию или в случае развода. Мехрие исчисляется в золотых монетах, одна такая монета стоит около 20 тысяч рублей. У нас оно тоже прописано, но мы заранее не обсуждали этот вопрос. Поскольку наша годовщина 20 января, я предложила, пусть будет 2001 монета. Маджид ойкнул, а мулла удивился. Поинтересовалась у сестры мужа — говорит, у неё семьдесят. "Нет, что-то мало. Пусть будет 2001!", в итоге, по нашим подсчетам, это что-то около 40 миллионов рублей получилось. Правда, этот закон действует только на территории Ирана.

Переезжать в Иран мы не планируем. С материальной точки зрения, нам было бы выгоднее жить в Иране, потому что профессия преподавателя университета оплачивается там в разы больше, чем в России. Но по совокупности причин, мы хотим остаться здесь.

Метки: Томск, Томская область, замуж за иностранца, принятие ислама, замуж за иранца

 

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?