ВРЕМЯ ДЛЯ ЧЕРТЕЙ – БЛАГОПРИЯТНОЕ

Повесть из одних эпиграфов

Нет, это не викторина, хотя начать следует всё же с небольшой загадки. Вчитайтесь в текст, приведённый ниже, и попробуйте определить если не автора, то хотя бы эпоху, в которой написаны такие строки:

Таинственные тени гуськом шли одна за другой, застёгнутые, выстриженные, однообразным шагом, в однообразных одеждах, всё шли, всё шли… Все они были снабжены одинаковыми физиономиями, все одинаково молчали и все одинаково куда-то исчезали. Куда? Казалось, за этим сонно-фантастическим миром существовал ещё более фантастический провал, который разрешал все затруднения тем, что в нём всё пропадало, – всё без остатка.Что-то напоминает, но что? Сюрреализмом отдаёт… Ладно, облегчим задачу. Сужая круг поиска, сообщу: писатель – русский. Более того, он входит в обойму классиков нашей литературы. И вот ещё одна значимая цитата:  

…Такова была простота нравов того времени, что мы, свидетели эпохи позднейшей, с трудом можем перенестись даже воображением в те недавние времена, когда каждый эскадронный командир, не называя себя коммунистом, вменял себе, однако ж, за честь и обязанность быть оным, от верхнего конца до нижнего. Тут надо отметить, что слово «коммунист» в первом издании цитируемого сочинения писалось через одно м: комунист. Сообразно правилам и нормам своего времени. Редкое было понятие, экзотическое. В словаре В.И. Даля оно толкуется так:

«Комунизм – политическое учение о равенстве состояний, общности владений, и о правах каждого на чужое имущество».  

Не склонен демонстрировать так называемую эрудицию. На самом деле, я просто внимательный читатель. А ещё с памятью у меня неплохо, отчего порою придерживаюсь тех основополагающих концепций, которые мне ещё со студенчества внушили в родном университете.

Вот, например, существует в науках о Земле такой принцип актуализма. Он предполагает, что геологические процессы и явления, происходившие в давно минувшие эпохи, имеют много общего с современными. Отсюда – практический вывод: не спешите изобретать новаций в далёком прошлом, покуда не разобрались с сегодняшними аналогами.

Тут не столько философский подход, сколько сугубо практический. И, конечно же, не следует распространять методологию естественных наук на сферу социума. Однако же порою параллели бывают столь близки, что впору запутаться в них, и оторопь берёт от зловеще весёлых схождений.  


*     *     *
Коли время стоит для чертей благоприятное – значит, хоть верь, хоть не верь, а всё-таки говори: «Есть!».  А когда же оно у нас, позвольте спросить, неблагоприятно?

*     *     *
Для того чтобы воровать с успехом, нужно обладать только проворством и жадностью. Жадность в особенности необходима, потому что за малую кражу можно попасть под суд.

*     *     *

Наступила такая минута, когда начинает говорить брюхо, против которого всякие резоны и ухищрения оказываются бессильными.

Раскрываю, наконец, авторство. Хотя, скорее всего, вы уже догадались. Конечно же, Салтыков-Щедрин, Михаил Евграфович!

Тексты датируются семидесятыми – восьмидесятыми годами XIX века. Цитируются «История одного города», «Господа Головлёвы», «Пошехонские рассказы», а также сказки замечательного нашего сатирика.

Насчёт актуальности классики судите сами. А ведь полтора столетия минуло!..  
Выдержки приведены текстологически точно.  

*     *     *
…Именно нужен был «сумрак законов», то есть такие законы, которые, с пользою занимая досуги законодателей, никакого внутреннего касательства до посторонних лиц иметь не могут.  

*     *     *

Благородные люди не входили друг с другом в соглашение, и тем не менее гармония была полная. Не было ни съездов, ни обмена мыслей, ни возбуждения и разрешения вопросов, а всякий понимал своё дело столь отлично, как будто сейчас со съезда приехал. Каждый действовал за себя лично, но эти личные действия сливались в одном хоре, в котором ни единого диссонанса не было слышно. Удивительное это было время, волшебное, и называлось оно порядком вещей. Нечто вроде громадного сосуда, в котором безразлично были намешаны и лакомства, и свиное сало, и купоросное масло. Ничего разобрать было нельзя, но именно потому эта смесь и была так устойчива.

*     *     *
Предполагалось, что предводитель беспрерывно ест, так что и на портретах он писался с завязанною вокруг шеи салфеткою, а не с книжкой в руках... Что он упорен, глух к убеждениям и вместе простодушен. Что он не умеет отличить правую руку от левой, хотя крестное знамение творит правильно, правой рукой. Что он ругатель и на то, что из уст выходит, не обращает никакого внимания. Что он способен проесть бесчисленное количество наследств, а кроме того, жену и своячениц. Что вообще это явление апокалипсическое, от веков уготованное, неизбежное и неотвратимое. Вроде египетской тьмы.

*     *     *
Хочется, по-старинному, прямиком пройти, ан прямик буреломом завалило, промоинами исковеркало – ну, и ступай за семь вёрст киселя есть. Всякий партикулярный человек нынче эту тягость уж сознаёт, а какое для начальства от того отягощение – этого ни в сказке сказать, ни пером описать.

*     *     *
Сколько сутолоки из-за одних железных дорог на Руси развелось!..  Спешат, бегут, давят друг друга, кричат караул, изрыгают ругательства... поехали! И вдруг... паровоз на дыбы! Навстречу другой... прямо в лоб! Батюшки! да, никак, смерть! А между тем какой запас распорядительности, ума и мышечной силы нужно иметь, чтоб всё это направить, за всем усмотреть? И всё-таки ничего не направить и ни за чем не усмотреть... Сколько му?ки нужно принять, чтоб только по вагонам-то всех рассадить, а потом кого следует, за невежество, из вагонов высадить, да в участок, да к мировому?

*     *     *
Прохвост проснулся, но взор его уже не произвёл прежнего впечатления. Он раздражал, но не пугал. Убеждение, что это не злодей, а простой идиот, который шагает всё прямо и ничего не видит, что делается по сторонам, с каждым днём приобретало всё больший и больший авторитет. Но это раздражало ещё сильнее.

*     *     *
Общество отрезвилось. Это зрелище поголовного освобождения от лишних мыслей, лишних чувств и лишней совести до такой степени умилительно, что даже клеветники и человеконенавистники на время умолкают.

*     *     *
Скажите, почему ещё так недавно обыватель самого несомненно-заскорузлого пошиба, развивая тезис о пользе ежовых рукавиц, всегда оговаривался: «Знаю, мол, я, что ежовые рукавицы не составляют последнего слова науки, но что же делать, если без них нельзя обойтись? Погодите! потерпите! Придёт время, когда нецелесообразность этого средства обнаружится сама собою; но при настоящих условиях оно представляет очень существеннее подспорье. Временное, коли хотите, и даже... не вполне нравственное, но тем не менее несомненное и необходимое!».

Вот сколько было нужно оговорок, чтоб объяснить – не защитить, а только объяснить –  ежовые рукавицы! Почему, спрашиваю я вас, этот заскорузлый человек не отстаивал ежовых рукавиц по существу, а только объяснял их, как явление временное, допускаемое, так сказать, с стеснённым сердцем? И почему он ныне объявляет прямо: «Ежовые рукавицы – и средство и цель! кроме ежовых рукавиц, ничего нет и не будет!» Почему-с? А потому, государи мои, что когда-то у этого обывателя Стыд в глазах был, а теперь – и следа его нет! Вот.

*     *     *
Вообще же, мне кажется, следует принять за правило: описывать только то, что хорошо и благородно. Этого же правила нелишне держаться и в живописи: с персон, обладающих физиономиями чистыми и приятными, –  писать портреты, а персон, обладающих физиономиями нелицеприятными, обезображенными золотухой, оспой, накожными сыпями и проч., –  оставлять без портретов.

*     *     *
Это еще ничего, что в Европе за наш рубль дают один полтинник, –  будет хуже, если за наш рубль станут давать в морду.

Вот, кажется, до такого состояния мы сейчас и докатились. Тут, пожалуй, уместна цитата из другого классика, Сергея Владимировича Михалкова. Помните: «Мы ехали, мы пели, и с песенкой смешной все вместе, как сумели, доехали…»  – куда?!

И вообще… Quo, извините, vadis?

Но вернёмся к жёлчному нашему пророку. Судя по всему, Михаил Евграфович был великим диагностом. Во всяком случае, социальную психологию российской государственности он чувствовал и понимал как никто другой.  

И национальный наш характер – тоже.

Многие склонны путать два понятия: «Отечество» и «Ваше превосходительство».

*     *     *
Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления.

*     *     *

Если на Святой Руси человек начнет удивляться, то он остолбенеет в удивлении и так до смерти столбом и простоит.

*     *     *

Если я усну и проснусь через сто лет, и меня спросят, что сейчас происходит в России, я отвечу: пьют и воруют.

На этой расхристанной ноте позвольте и завершить сочинение, в котором я попытался выступить как невольный соавтор пророка.
Прошу извинить.

Поделитесь
Первая Частная Клиника
МАРАФОН КРАСОТЫ И ЗДОРОВЬЯ
Дом детской моды Lapin House
Аттракцион неслыханной щедрости в LAPIN HOUSE
Поделитесь