ВИРТУАЛЬНАЯ ЭКСКУРСИЯ В АСИНОВСКИЙ МУЗЕЙ. Часть2: ВОЙНА

Раз в три года сотрудницы краеведческого музея (а это как правило женщины) занимают очередь в РОВД из желающих получить разрешение на оружие. Музейным работницам после традиционного в таком случае медосмотра нужно получить аж три бумаги. Лицензию на хранение оружия, на коллекционирование и на его экспонирование. Оружие, даже охолощенное, у полиции на особом контроле. И не каждый музей имеет право его хранить.

"История одной вещи". Совместный проект с Томским краеведческим музеем.

Анна Ткачук - сотрудник Асиновского краеведческого музея такие разрешения в полиции тоже получала. У нее на подотчете чего только нет: от бомбомета до автомата ППШ и револьвера.

Бомбомет: вещь хорошая нужно брать...

Рассказывает Анна Ткачук — старший научный сотрудник Асиновского музея:

– Это по сути первые русские минометы. Изготавливались они в годы Первой мировой войны с 1913 по 1915 год. Всего было изготовлено 3400 штук по всей России. То есть сейчас это достаточно редкая вещь. Тем более этот бомбомет сохранился просто в идеальном состоянии. Станины, колеса, все металлические части — все родное, никакого новодела. В Томскую губернию он попал скорее всего в годы гражданской войны. А вообще на вооружении в Красной армии он стоял до 1930 года. Вес этого бомбомета 170 килограммов, а вес снаряда около 28 килограммов. Дальность стрельбы на 426 метров. Заряжался через ствол. Делали такие бомбометы три завода: Петроградский, Невский и Жорский завод.

Забрать бомбомет из Томского краеведческого музея получилось только со второго раза. Первый раз он просто не вошел в машину.

Из разговора водителя и Анны Ткачук:

– Анна Анцовна, в следующий раз поедем, я все сиденья в машине сниму, но бомбомет возьмем.

– А что ты так проникся?

– Вещь хорошая, нужно брать.

Рядом с бомбометом в экспозиции стоит самодельная пушка. Долгие годы она, как и бомбомет, хранилась в Томском краеведческом музее, но сейчас вернулась в Асино.

– Это партизанская пушка и она изготовлена в деревенской кузнице здесь в Асиновском районе, скорее всего в 1919 году, когда шли бои с белогвардейцами. Эта пушка была в отряде Гончарова. Мы точно не знаем в какой из деревень она изготовлена, но у нас один из посетителей рассказывал, что в селе Маложирово в то время жил один очень искусный кузнец. То что она самодельная хорошо видно по, так называемой, кузнечной сварке. Два листа толстого железа соединены швами. Чтобы пушку не разорвало, одевали вот такие хомуты. И все-таки заряд видимо не рассчитали, в нижней части ее разорвало, вот эта часть уже имитация.

Одна из уникальных вещей, которая хранится в Асиновском музее — знамя времен Второй Мировой войны, принадлежавшее разведроте, которую формировали в том числе из асиновцев. Передано оно в музей уже после развала Советского союза. До этого хранилось в Асиновском горкоме комсомола.

История этого знамени и трагична и героична. В июле 1942 года новосибирский обком партии обратился с просьбой к наркомату обороны и правительству о том чтобы была сформирована сибирская добровольческая дивизия и в июле 1942 года ее начали формировать. Там было несколько условий. Во-первых эта дивизия формировалась только из добровольцев. Во-вторых, должна была состоять наполовину из коммунистов и комсомольцев. И формировалась она из сибиряков. От Томской области там несколько соединений. На базе Томского артиллерийского училища был сформирован томский артполк. В Нарыме было училище, которое готовило снайперов из бывших промысловиков-охотников. И из нарымчан был сформирован снайперский полк. А из 118 солдат служивших в разведроте, 13 человек были уроженцами Асиновского района. Командовал разведротой бывший второй секретарь Асинового райкома партии Степанов, парторгом взвода служил Илья Афанасьевич Уланов — директор Асиновской средней школы, а старшиной разведроты был Ульянкин Яков Михайлович.

ФОТО: Ульянкин Яков Михайлович с женой

Из похоронки на мужа, адресованной Ульянкиной Елене Максимовне:

«В жестоком бою, пал смертью храбрых ваш муж Ульянкин Яков Михайлович. Он свято выполнил долг перед Родиной. <...> Примите от нас искренние пожелания и чувство скорби, желаем вам успеха в дальнейшем жизненном пути».

Дивизия получила название 150 Сибирская добровольческая дивизия имени Сталина. Когда она уходила на фронт из города Юрги, туда приехали делегаты от Томска, Асино, нарымчане и привезли памятные замена.

Знамя было в бою и прошло всю войну. После войны Илья Афанасьевич Уланов, который был парторгом взвода и остался жив, разыскал это знамя в одном из музеев Москвы. И по просьбам жителей Асиновского района знамя вернули в Асино в 1971 году.

А недавно в Асиновский архив пришла не совсем обычная посылка из Хабаровска. На ней был адрес получателя времен Великой отечественной войны: Новосибирская область, Асиновский район, село Асино. И посылка дошла. К посылке прилагалось сопроводительное письмо. Оказывается в Хабаровске жила пожилая женщина с мужем, детей у них не было. Когда они умерли, квартира перешла по наследству дальним родственникам. Разбирая старые вещи они нашли тетрадь, где были собраны все письма Иды Федоровны Кохановской, написанные своей сестре в Асино с фронта. Все письма с 41 по 43 год, последнее письмо отправлено за неделю до ее гибели.

– Мы музейщики и архивисты сталкиваемся сейчас с такой проблемой: к нам приходят пожилые люди приносят фронтовые письма, фотографии и говорят возьмите, пожалуйста, в музей. Когда мы им отвечаем, что это в принципе должно храниться в семейном архиве, передаваться по наследству, у них веский аргумент: а нашим наследникам это не надо.

А в данном случае люди далекие от этой семьи, внимательно прочитали фронтовые письма и нашли и время и желание, чтобы нам это переслать и таким образом сохранить.

Судьба Иды удивительна. 17 летняя девочка, закончила в Асине среднюю школу, уезжает в Томск, устраивается на работу, заканчивает курсы радистов и она отправляется на фронт. Ее сестра Клавдия, которая получала письма с фронта, все все бережно хранила и подшивала.

Читая письма Иды, мы никак не могли понять, кем же она служит. Она пишет: я работаю, мне очень нравится моя работа, у меня хорошо получается, мне выдали ватные штаны, телогрейку и я так смешно в них выгляжу, меня зовут партизаном. И только в письме ее командования с благодарностью, мы узнаем кем Ида была: она была корректировщиком огня артиллерийских батарей. То есть на нейтральной полосе, в тылу немцев должна была отслеживать, где стоят оружия, танки и корректировать огонь советских батарей.

Из письма Иды к сестре Клавдии:

«Клавдия, спешу тебе сообщить что жива-здорова чего и тебе желаю. Но хотя прорываются фашистские самолеты и немного тревожат нас, это ерунда, сегодня утром один летал, пугал нас. Но я уже привыкла ко всему и так тихо, спокойно слушать и смотреть. Пиши письма чаще, отвечай на все запросы обо мне. Клавдия обо мне не беспокойся, разобьем Гитлера, явимся домой в полном здоровье и вот тогда заживем, хорошо поживем, Клавдия. Такой план на будущее».

РS: И еще об оружии.

В Асиновском музее оружие хранится по специальному отдельному разрешению полиции. А вот из Колпашевского музея 21 единицу хранения пришлось забрать в Томск, потому что здание музея в Колпашеве — деревянное. А по закону хранить оружие, даже охолощенное, можно только в капитальном строении. Нельзя чтобы здание было деревянным или с деревянными перекрытиями.

«В отличии от всех других фондов, оружие холодное и огнестерельное должно храниться в отдельном помещение без окон, двойная металлическая дверь с решеткой, сигналиазция или сейф. Все очень сложно. Если экспонат на выставке и не в витрине, делаем так называемую оплетку. Но любое оружие, если это не муляж должно быть под сигнализацией» - объясняет главный хранитель Томского краеведческого музея Анна Куралесова.Раз в три месяца весь музейный «боекомплект» проверяют сотрудники полиции: все ли в наличии, исправны ли документы, как все охраняется.

– Я правильно понимаю, что все оружие что у вас находиться не применимо по первоначальному назначению? Не в рабочем состоянии?

– Конечно.

– А тогда зачем такой жесткий контроль, если это фактически металл?

– Умельцы то не стоят на месте. Если они даже газовые пистолеты сейчас переделывают. Ну и в частности, у нас есть оружие оно очень красивое, дорогое, инкрустированное. И его нужно охранять. То есть иной коллекционер, я не скажу что душу, но готов любые деньги за него отдать. И сложно объяснить, что музейные экспонаты принадлежат государству и в принципе не продаются.

 

 

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?