СВОИМИ СЛОВАМИ

Цензура языка в форме комедии - рекомендованная замена чуждого слова «гаджет» на исконно русское (вероятно, симметричный ответ - «прибамбас»?) или в виде трагикомедии - введение табу на публикации в СМИ мата  даже в документальных материалах (хотя известно, что люди на площадях - и Болотных, и Манежных - редко вслух скандируют Блока), - не просто попытка еще одного шага к несвободе вообще. Это довольно наивный самообман.

Вот уж над чем не властны олимпийские боги, так это наш великий и могучий, который сам разберется, кого и как воспеть, а кого куда послать. Можно изъять лицензию у Росбалта, но кто отберет право любого слова у более чем 140 миллионов россиян, и неведомого числа говорящих по-русски в ближнем и дальнем зарубежье? Именно они, то бишь, мы с вами и есть та стихия, что творит русский язык, иногда, конечно, не ведая, что творит.

И матом ругаемся, и слова разные нехорошие тем, что родом из-за бугра, в дом тащим. Относясь к тем, кто свой русский пополняет путем эмпирическим, не то, чтобы совсем «с вывесок», но по ходу жизни впитывая разными людьми произнесенное в разных обстоятельствах и временах, и, конечно, читая книги: от «Колобка» и брошюры «Сказано классиками марксизма» до ( вот теперь, в эти дни) сорокинской «Теллурии», должен сказать, ну и каша же у меня в словаре! Все там есть, но нет там лишнего.

Я даже, однажды служа в армии, умел материться на семи языках тогда еще «братских» народов, что вообще-то не имело отношения к лингвистике, а просто такая царила вокруг вавилония. Не все в моем взводе понимали русский мат, а дисциплину надо было как-то поддерживать.

Думаю, что в генетике языка каждого из нас это и главное - среда общения. Есть язык словарей и книг, иногда канала «Культура», а есть слова, которые обращают друг другу, а часто и друг против друга, мои соплеменники и люди многих иных народов, которым почему-то проще всего ругаться на языке мавра Пушкина, даже если они сами негры преклонных годов.

Только наложив одну речь на другую мы, может быть, поймем, каков русский язык на самом деле.А он иногда похож на русский бунт, бессмысленный в своей погоне за иностранными перлами, но к ним же и беспощадный, безбожно коверкающий первоначальный смысл на свой лад. «Не фулигань», - мне выговаривала бабушка. А всего-то пролил чай на скатерть. Случайно. Ну, какой я дебошир, если вспоминать истинный смысл английского слова «хулиган». Так, недоразумение. Другое дело, Сергей Есенин. Тот при случае мог не только чай расплескать, но и что покрепче выкинуть, однако именно это слово оплел такими березками, что стало оно у него чуть ли не синонимом «воли», «волюшки», вольницы русской.

«Дождик мокрыми метлами чистит
Ивняковый помет по лугам.
Плюйся, ветер, охапками листьев, -
Я такой же, как ты, хулиган».

То есть, не мы начали. Но мы тропою предков пошли дальше, смешивая в одной речи слова заимствованные, пусть из иностранных, но языков настоящих, с виртуальными химерами «албанского» языка.

Язык становится проще, лаконичнее, примитивнее, практичнее, злее. Но возможности его все также безграничны, если уметь ими пользоваться. «Хоп-хей-лала-лей!». Одной девушке я «перевел» эти междометия с «цыганского» ... на что не пойдешь, если девушка того стоит.

Конечно, мата стало больше, но любой запрет чего угодно, как известно, обычно дает обратный результат. Табуирование разговорного русского со многих точек зрения - архаика, не спасающая ни от чего; все равно на сарае написано то, что написано и не важно, что там лежат дрова.Мат стал публичным в художественных и не очень произведениях. Это не плохо и не хорошо само по себе. Важен контекст. У Буковски мат форма жизни автора и его героев. У многих других - суррогат эмоций. При этом чрезмерная вульгаризация языка вредит тому же мату, употребляемому ни к месту по скудности речи или ума, а часто и по детской гадливой привычке прыгнуть в лужу, чтобы всех г...ом окатило, что лишает его емкие образы необходимой иногда энергетики.

Хотя велико иссушение лаконичным «...ля» мазком нарисовать картину жизни, но если подумать, то можно подобрать слова и для более длинного, но не менее точного предложения. Проблема в том, что многим думать нечем. Нет его, словарного запаса. Возвращаемся к Колобку. То есть, к книгам. Читайте классиков. Да хоть что-нибудь читайте. Любая книга лучше ее отсутствия. И ругайтесь матом, если это последнее, что осталось, и не при детях. Психологи, кстати, рекомендуют стресс снимать словом, а не стаканом. И наркологи, в отличие от депутатов, с ними не спорят.

Поделитесь
Первая Частная Клиника
ПРОФЕССИОНАЛЬНО, ОПЕРАТИВНО, КОМФОРТНО
КАРЛ у КЛАРЫ
18, 25 мая - не пропусти!
Поделитесь