Спасибо, что…

Теперь, когда отшумел юбилей и показан по Первому каналу так цело мудрёно рекламируемый фильм, можно наконец поговорить и о Высоцком. О том, что собственно от него точно осталось – о его текстах-песнях, которые, невозможно изменить с помощью динамического грима, и даже если дать их прочитать вслух Безрукову – они от этого мало что потеряют. 

Песни Высоцкого невозможно испохабить даже полнометражной красочной картиной о наркотической коме певца, который сегодня для молодых россиян значит примерно столько же, сколько вокально-инструментальный ансамбль «Иванушки, прости господи, интернешенл». И даже сын народного певца исчезнувшей страны, который так коммерчески удачно спит с памятью отца, в песнях Высоцкого ничего не может изменить. И на том спасибо. 

А тексты многим молодым уже приходится объяснять – потому что исчезло то, над чем мы, семидесятники,  хохотали и плакали. Но, в конце концов, мы давно уже не пьем и не знаем, что такое «вина кометы брызнул ток», а значение «Евгения Онегина» от этого не уменьшается.

Давайте честно скажем, что выдающимся мелодистом Владимир Семенович не был. И, только не бейте меня камнями, и особо выдающимся поэтом тоже. Его главная заслуга в том, что в высокую поэзию вошел обиходный язык улицы. Пушкин сделал это 200 лет назад, Высоцкий – в семидесятые годы прошлого века. Мысль, кстати, не моя, а принадлежит многоуважаемой Ольге Борисовне Лебедевой. Не верите мне, но уж ее авторитету ученого-филолога можно поверить.

Так что тексты Высоцкого, благодаря своей народности, проросли в нашей жизни и где-то дали чудесные плоды, а где-то – уродов, а некоторые так и остались нежными ростками.

Не Владимир Семенович тому виной. Это мы так круто поменяли свою жизнь в 90-ые, что Высоцкому и не снилось. Как объяснить современному человеку, что перед выездом за границу (в СССР писали, кстати, иногда слитно - «заграница»), нужно «лекцию послушать, что там можно, что нельзя». И почему «будут с водкою дебаты отвечай, нет, ребята-демократы, только чай»? Это нам-то, русским, с которыми люди боятся селиться в один турецкий отель? Это нам, которым некоторые хотят запретить пить в самолетах? У нас сегодня другие песни:

"Завтра в семь двадцать две, я буду в Борисполе
Сидеть в самолёте и думать о пилоте, чтобы
Он хорошо взлетел и крайне удачно сел
Где-нибудь в Париже, а там ещё немного и Прованс".

А куда делось наше чудесное имперское сознание, когда весь народ был уверен, что нам все по плечу? И даже в вытрезвителе (а теперь и их нет!) последняя пьянь была уверена: «У нас любой второй в Туркмении Аятолла и даже Хомейни», а «Руслан Халилов, мой сосед по камере, там Мао, делать нечего вообще». Мы в своей простоте были подобны богам: «Жаль на меня не вовремя накинули аркан, я б засосал стакан – и в Ватикан!» Учитывая добровольную отставку нынешнего папы – очень актуально! Таких песен сегодня нет, потому что нет того, что сегодня принято называть национальной идеей. Сегодня мы гордо поем вместе в Лепсом и Тимати: «Я уеду жить в Лондон!» Я всегда, когда слышу, говорю: - Скорей бы уж!

А вот как интересно преломился жанр письма. Все же помнят песню, в которой сумасшедшие пишут письмо в редакцию научно-популярной программы «Очевидное-невероятное»? Там каждая фраза для советского человека полна глубокого смысла, даже если он, этот советский человек, еще не знает, что диссиденты в СССР через психушки проходили как мы сейчас через супермаркеты.

А вон дантист-надомник, Рудик,у него приемник "Грюндиг"
Он его ночами крутит, ловит, контра, ФРГ
Он там был купцом по шмуткам и подвинулся рассудком,
А к нам попал в волненьи жутком и с номерочком на ноге.

В СССР можно было подвинуться рассудком от того, что ты, контра, видел зарубежные шмотки! А вот нынешние письма. Мы уже всё видели, всё поняли, смеха уже нет, есть горькая ирония. Вася Обломов:

"Это письмо счастья. Прямо из санчасти.
Это Вася Обломов с друзьями. Всем здрасте.
Пишем премьер-министру и вместе с тем
Отвисаем по полной и не ждем перемен».
Премьером тогда был Путин, точности для".

Гениальная «Баллада о детстве» Высоцкого. Вся выстроена на блатных аккордах. Но это, как сейчас бы сказали, городской шансон невиданной силы. Визуализация бешенная:

И било солнце в три ручья, сквозь дыры крыш просеяно
На Евдоким Кириллыча и Кисю Моисеевну.
Она ему: Как сыновья? - Да без вести пропавшие!
Эх, Киська, мы одна семья, вы тоже пострадавшие.
Вы тоже пострадавшие, а значит обрусевшие.-
Мои - без вести павшие, твои - безвинно севшие.

И там все про коридорчики, которые кончаются стенкой, про ножички с легкой трехцветной рукояткой, про 38 комнаток и одну уборную. Без слез нельзя слушать… А знаете, во что это выродилось?

«Владимирский централ, ветер северный!
Этапом из Твери – зла не меряно…»

Это еще не самый худший пример, сами знаете, ездили же в такси?
А вот как «Баллада о детстве» проросла в городском романсе. Никакой политики.  Это уже чистая лирика, из примет современного быта, только дворник. Трофим:

Всю ночь на улице мело,
И за окном белым-бело,
И толще справочника
Свежий календарь.
И дворник, маленький таджик,
С лопатой по двору кружит
На языке Хайяма
Матеря январь.

Если кто помнит, эту коричневую магнитную пленку с больших бобин по 525 метров, заправляли в чудовищный лентопротяг какого-нибудь «маяка» или «кометы» и оттуда вдруг чудовищно хриплым, будто пропитым голосом, неслось:

«А где твои 17 лет?
На Большом Каретном!»

Ощущение было, как будто открывалась бездна, звезд полна. Неужели и так можно?! После всех этих мальчиков в галстуках и костюмах, после всех этих «в вологде-где»… Во что это выродилось сегодня? Пожалуйста, Серега!

Кружим, кружим, по району.
Мы, yo, кружим по району.
Кружим и глядим по сторонам,
А тюнер шарит по волнам.

Первый текст Высоцкого, который я увидел на бумаге, был в журнале «Крестьянка». Представьте, например,  в журнале «Химия и жизнь» Ольгу Бузову. Так, в качестве диссонанса. Но тогда это было счастье, не услышать, а увидеть текст: «Друг, оставь покурить,-  а в ответ тишина. Он вчера не вернулся из боя».
Сегодня о войне ничего хорошего не пишут. Срамные саунд-треки к гламурным фильмам о войне. Единственный человек, Игорь Растеряев, но он уже о современных войнах, о георгиевских ленточках, о Чечне.

Юрка – мой ровесник, мы из тех мальчишек,
Что в садиках советских, после запеканки,
Подтянувши шорты, начитавшись книжек,
Шариковой ручкой рисовали танки.

Было всё прекрасно: все о мире пели,
Олимпийский мишка полетел куда-то,
И никто не ведал, что на самом деле
В этот год рождались новые солдаты.

Совсем беда с любовной лирикой. Она продается, как всегда. Просто вместо «Баллады о доблестном рыцаре Айвенго»:

«Когда волна всемирного потопа,
 скатилась вниз в границы берегов
из пены уходящего потока на сушу тихо выбралась любовь
 и растворилась в воздухе до срока,
 а срока было сорок сороков….
Я поля влюбленным постелю…»

Вместо этого Стас Михайлов. По пьяни каждый второй может сочинить такое:

Все для тебя
Рассветы и туманы
Для тебя - моря и океаны
Для тебя - цветочные поляны
Лишь для тебя – горят на небе звезды
Для тебя – безумный мир наш создан
Для тебя – живу и я под солнцем.

Уверяют, что фронтовики верили – Высоцкий воевал. Уголовники – что сидел. Альпинисты – что ходил в горы. Шоферы за песню «Рассказ дальнобойщика» чтили Семеныча, как своего. Простите, а кто нынче, за исключением совсем воздухопроницаемых,  отважится сказать, что Басков – он наш? Опять же, Растеряев поет вроде про комбайнеров, но это песня не про профессию, а про социальную пропасть, которая пролегла в обществе.

Далеко от больших городов,
Там где нет дорогих бутиков,
Там другие люди живут,
О которых совсем не поют.
Не снимают про них сериалов,
Ведь они не в формате каналов,
И не пишет про них интернет,
Их совсем вроде как бы и нет.
Они молоды, но не студенты,
Ни «IKEA» не знают, ни «Ленты»,
В суши-барах они не бывают,
И в соляриях не загорают.
У них нет дорогой гарнитуры,
Наплевать им на эмо-культуру,
Не сидят «В Контактах», в онлайнах,
Они вкалывают на комбайнах.


Сказать ли спасибо, что ты еще живой? Не знаю. С ужасом жду фильма «Спасибо, что не Цой».

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?