Спасение или катастрофа? 15 лет ГКЧП

Завтра исполнится 15 лет после одного из самых спорных дней российской истории. 19 августа 1991 года случился путч. Ровно в 6 утра по московскому времени страна узнала о серьезной, хотя и не названной, болезни Президента СССР Михаила Горбачева, препятствующей исполнению им своих обязанностей. Группа высших руководителей Союза во главе с вице-президентом Геннадием Янаевым взяла власть в свои руки. И объявила о создании Государственного комитета по чрезвычайному положению. Против ГКЧП выступил президент России Борис Ельцин. Гкчеписты ввели в Москву танки и бронетранспортеры. Но на защиту Белого Дома, где размещалось оппозиционное российское правительство и Верховный Совет РСФСР, вышло несколько десятков тысяч россиян. Ни один танк так и не выстелил. Члены ГКЧП в итоге были арестованы, КПСС запрещена, а через несколько месяцев распался Советский Союз. Споры вокруг случившегося идут до сих пор. Что это было - спасение или катастрофа? Кем считать Ельцина - изменником или героем? И наконец - жить от этого стало хуже или лучше? Об этом известные политики и журналисты.

Вячеслав Новицкий, в 1991г: профессор, демократ: «У меня эти два дня были самыми страшными в моей жизни».

Лев Пичурин, профессор, коммунист: «Было ясно, СССР катился к краху. Что-то должно произойти».

20 августа, на следующий день после начала путча, в Томске вышло две газеты «Красное знамя» и «народная трибуна». Про то, что накануне случилось в стране, промолчали. Оба издания отделались официальными документами. Сказать толком, что происходит, не мог никто. Первые оценки появились в молодежной «ТМ-экспресс», и то только через три дня.

Сергей Захарков, в 1991г: секретарь обкома ВЛКСМ, редактор газеты «ТМ-экспресс»: «За эти три дня мы сделали три газеты. Сначала один вариант. Потом, когда появились какие-то факты, что-то начало проясняться, мы сделали второй, а вышел в итоге третий. В трех днях была спрессована целая жизнь».

Виктор Кресс, в 1991г: председатель Облсовета ТО: «Страшно даже вспоминать. Когда один начальник шлет телеграмму, чтобы я выполнял его решения, а другой – руководитель ГКЧП – шлет телеграмму с со своими требованиями и обещает кару еще более суровую, вплоть до расстрела».

Август 1991 года. Исполкомы и советы полным составом слушали вражеские голоса и читали «Интерфакс». К обеду решили поддержать Бориса Ельцина. Местные власти провели собрание и признали действия ГКЧП незаконными.

Анатолий Черкасский, в 1991г: председатель Горсовета Томска: «Тогда была выставлена охрана везде. МВД взяло под контроль все государственные учреждения, телекомпании, вышку. Дурное дело – нехитрое: все могло быть. Была даже мысль перекрывать мосты».

Виктор Кресс, в 1991г: председатель Облсовета: «Посмотрел пресс-конференцию ГКЧП и увидел трясущиеся руки лидеров ГКЧП и понял, что мы сделали выбор правильный. И спокойно уехал домой спать».

В Москве в это время работала съемочная группа ТВ-2 и передавала в эфир то, что происходит.

Григорий Мошкин, в 1991г: телеоператор ТРК "ТВ-2": «Никто ничего не знал. Все ловили любой слух. Были только слухи: того арестовали - все туда – политики, журналисты - галопом бегут. Выясняется, что никого е арестовали. За углом водку раздают - все бегут туда. А толпа стоит. Какие-то пайки раздают. Вокруг костры, растерянные солдаты. Им в дуло цветы засовывают, а они сами ничего не понимают».

Лев Пичурин, профессор, коммунист: «Я считаю, что есть объективные данные, для того, чтобы отдать Ельцина под суд. В действующей тогда конституции, его можно отдать под суд. Он изменник Родины».

Вячеслав Новицкий, в 1991г: профессор, демократ: «По-разному можно относиться к Ельцину. Маразматик, пьяница и все, что угодно, но для меня он именно человек с того бронетранспортера. Он выполнил колоссальную миссию».

Григорий Мошкин: «Было ощущение, что мы что-то там отстояли. Сейчас уже не очень понятно, что, но что-то отстояли. Было ощущение победы, сопричастности. Оно и сейчас осталось».

Лев Пичурин: «Я отношусь к этому как к страшной катастрофе. Для большинства народа развитие страны за последние 15 лет катится – есть более или менее равномерное движение в никуда».

Вячеслав Новицкий: «Я в ужасе. Если бы тогда все осталось, как есть. Какая-то горстка людей спасла демократию и свободу».

Анатолий Черкасский: «Сегодня я испытываю чувство омерзения, такое же, как и в 91 году. Сейчас у власти фактически те же люди, что и в ГКЧП, - по складу. Только более знающие, где кусок хлеба на свой кусок масла намазать. Но в любом случае это не пройдет. Это будет лет 10-15».

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?