ШТАБ РЕВОЛЮЦИИ В ДЕРЕВНЕ ПЕТРОВО

Своему частному музею житель деревни Петрово Владимир Дементьев название пока еще не придумал. «Штаб революции», «Ревком», «Петросовет» (деревня-то Петрово)...но больше всего ему нравится название «Наш адрес — Советский Союз». В этом музее собраны экспонаты, относящиеся к началу становления Советской власти: революция, 1920-40 ые годы. Особая часть коллекции — агитфарфор. Больше семидесяти тарелок, посвященных Ленину, пятилеткам, индустриализации....Есть книга, изданная в год смерти Ленина, где собраны фотографии всех венков, присланных от безутешной страны на его похороны, есть магнитофон советского писателя Виталия Бианки, шинель времен Первой мировой войны...

«История одной вещи» - совместный проект с Томским краеведческим музеем.

Рассказывает Владимир Дементьев:

— У нас в Петрово есть заброшенное много лет здание, его в деревне называют мавзолей — бывший банно-прачечный комбинат. Я его в таком развалившемся состоянии когда-то приобрел и хотел к столетию революции там сделать музей. Коллекционирую уже лет двадцать. Все собираю, собираю, но вот время стало подходить и я понял, что ничего из мавзолея я не сделаю — слишком затраты большие. Конечно, хотелось бы сделать музей именно здесь в деревне Петрово. Никуда не хочу экспозицию вывозить, делать, как мне предлагают, авторские выставки. Я хочу здесь расшириться, но у нас в Петрово  дикие коммунальные услуги. Если я возьму, как хочу, под музей 125 квадратных метров — дальше иду по миру. Поддержки от властей нет, видимо не нужно им это.

На фото: "мавзолей" в д. Петрово

Агитфарфор выпускался небольшим тиражом. У меня есть достаточно редкие тарелки, а главное у меня нет копий, это все оригиналы. Середина 1920-30 х годов. Куплено почти все на интернет-аукционах. Одно плохо — пересылают по почте и очень часто фарфор приходит битый. Для меня это целая трагедия, когда коробку открываешь, а там... вот пришла царская императорская селедочница, кусок отколот, я ее сам клеил. У нас напишешь на посылке «стекло», так еще хуже сделаешь. У нас любят посылку, которая со стеклом, бросить посильнее.

У нас в Индии три человека почитаемы: Ленин, Неру и Махатма Ганди.

Владимир Дементьев не музейщик, бывший ветеринар, занимающийся малым бизнесом.  Музей у него фактически в подсобке. Вход через склад. За посещение денег не берет. Приходят сюда и ребятишки, и студенты, и иностранцы, интересующиеся советской историей. Сегодня к Владимиру из Томска выехал целый десант из областного краеведческого музея. А пока он листает книгу отзывов. Где на одной странице отметились и индиец и болгарин.

«Индиец меня поразил, — рассказывает Владимир Дементьев. — Я с ним разговариваю, а потом спрашиваю: а вы знаете кто такой Троцкий? Он мне: это соратник Ленина, который претворял планы Ленина,  который помогал организовать Октябрьскую революцию. И рассказал больше, чем я знаю. Для меня это был шок. А он мне говорит: у нас в Индии три человека особо почитаемы: Ленин, Неру и Махатма Ганди».

Из записи, сделанной индийцем Акилом, сентябрь 2014 года: «Сегодня для меня один из золотых дней моей жизни. Потому что сегодня я познакомился с настоящей историей Советского Союза. И смотрел своими глазами с помощью картинок, тарелок, книг — этапы Великой Ленинской революции России».

Из записи, сделанной болгарином Теодором, сентябрь 2014 г : «...Воистину революция предстоит, это зависит от нас, как будет будущее выглядеть. Объединяйтесь все социалисты и левые».

— Не боитесь по нынешним временам таких записей?

— А чего мне бояться? Дальше Сибири не сошлют. Призывы к революции? А вы за недоносительство пойдете. Вот так одним эшелоном и пойдем....

Смех – смехом. Хотя...Приезжают сотрудники Томского краеведческого музея и кто-то из них тоже предостерегает: лучше не нужно назвать музей «Штабом революции» — от греха подальше...

Разглядываем многочисленный агитфарфор уже все вместе. Тарелка с изображением Ленина
выпущенная сразу после смерти, 1924 год. «Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жив».

«С этих тарелок навряд ли ели, — делится своими соображениями Владимир Дементьев. — Ну представьте себе: хлебаешь, хлебаешь суп и тут вдруг на дне видишь лик Ильича. Нет этот фарфор — исключительно агитационной направленности. Ну вот «Пятилетка в четыре года». А это про смычку города с деревней. Вот коллективизация. Это индустриализация. А это общепитовские. Они хотя и выглядят одинаковыми, с разными призывами. На одной: «соблюдай чистоту и порядок в столовой», на другой — «даешь общественное питание в колхозы и совхозы».

Есть тарелки более поздние: курсовая работа студента, видимо какого-то советского художественного института: «Павел Корчагин», 1977 года, рисунок Елены Петровой, группа 13 ф.

Из последних приобретений Владимира — карта 1940 года с нанесенной накануне Курской битвы линией фронта. Синим карандашом — немцы, красным —наши. На карте знаменитая Прохоровка и то, как видимо, наши войска планировали наступать.

«Эту карту мне прислали из Украины, рассказывает Владимир Дементьев. — У меня оттуда наверно треть экспонатов. Вот у меня сейчас нет проекторов, они находятся в музее города Томска, так там один, самый старый с ручкой — прислан из города Рахова. Бандеровцы, так называемые, у меня с ними прекрасные отношения. Там такие же коллекционеры как я. Ну никто не сможет нас поругать с украинским народом. Мы – родственные народы. Хотя сейчас с Западной Украины и боятся пересылать нам посылки, и вот с Запада на Восток перетаскивают, а потом сюда. Дурдом».

Знал бы, что это не Пржевальский, а Фрунзе — продавал бы дороже.

Музей советской истории, как считает Владимир, у нас в области просто обязан быть. Это история, которую нужно знать.

«Вот приходят дети, спрашиваешь: кто это? Не знают. А это Ленин! Так же нельзя! Или нашел в антикварном магазине в Томске статуэтку Михаила Фрунзе — советского политического деятеля, всю закрашенную черной краской. Собираюсь купить, а мне: зачем тебе Пржевальский? —Да это не Пржевальский, а Фрунзе. — Знал бы что Фрунзе, продавал бы дороже».

Этому частному музею в деревне Петрово Томского района уже десять лет. По хорошему, нужно чтобы у музея был отдельный вход, чтобы все было атрибутировано и подписано. Ценнейший агитфарфор хранится на краю незакрытых полок. Некоторым старым вещам и книгам нужен определенный температурный режим, что-то нужно реставрировать. Но Владимир Дементьев, хотя и тяжело тянуть такое дело в одиночку, не хочет чтобы его коллекция покинула родную деревню. Так что пока он продолжает собирать и надеется, что музей в Петрово все-таки будет.

Для справки: Атрибуция музейного предмета — это установление автора, времени и места создания художественного произведения.

Метки: Томск, Томская область, "История одной вещи", Владимир Дементьев, частный музей, д. Петрово, агитфарфор

Поделитесь
Первая Частная Клиника
ПРОФЕССИОНАЛЬНО, ОПЕРАТИВНО, КОМФОРТНО
SELDON basis
ПРОВЕРЬ ПАРТНЕРА И КОНКУРЕНТА
Поделитесь