Протоиерей Димитрий Климов: Я бы посоветовал своим прихожанам в пост отказаться от просмотра ТВ

Протоиерей Димитрий Климов буквально взорвал интернет, выступив на казачьем круге в городе Калач-на-Дону 21 февраля. Записанное на айфон и выложенное в сеть, видео его выступления неожиданно разлетелось по соцсетям и мгновенно стало невероятно популярным. Одних просмотров в «Ютьюбе» под 200 тысяч. Протоирей говорил простые и ясные вещи: о запредельном градусе агрессивности в нашем обществе, о роли телепропаганды в раздувании ненависти и ксенофобии, о реальной опасности гражданской войны и призывал к терпимости. Мы связались с отцом Дмитрием сразу же после того выступления и попросили об интервью Отец Дмитрий сказал, что ему надо немного времени, чтобы осмыслить неожиданный резонанс его выступления. И вот спустя время журналист ТВ-2 Юлии Мучник поговорила с отцом Дмитрием о том, почему слово священника о терпимости и молитве за мир вдруг стали в нынешней России сенсацией.

Ю.М.: Отец Димитрий, скажите насколько неожиданным для вас стал невероятный резонанс вашего выступления на казачьем круге, и как вы сами объясняете себе такую вот бурную реакцию на вашу речь в сетях?

Д.К.: Ну, конечно, неожиданно. Потому что и до этого я публиковал в сети видеоматериалы некоторых своих проповедей, бесед, встреч. И не только я – многие священники это делают. Но такой реакции, конечно, раньше не было. Думаю, эта реакция объясняется тем, что попали мои слова, оказались созвучными многим людям, которые в большинстве своем мои слова поддержали. Даже те, от которых можно было бы ждать какого-то негатива. Однако же его нет...

Ю.М.: На записи слышно, что сами казаки после ваших слов сказали спокойно "любо" и, вроде бы, перешли к обсуждению своих текущих вопросов. А была еще какая-то от них реакция? Может быть, они к вам подходили, о чем-то с вами говорили уже после?

Д.К.: Так это же те люди, с которыми я не первый год знаком! Это же казаки, земляки, многие [из которых] прихожане мои. Для тех, кто не знает «любо» – это значит нравится, «не любо» – не нравится. Казачий круг, вообще, весьма демократичная форма общения. Там каждый имеет право высказаться, тем более священник. А я еще и член казачьего общества. И казаки могут либо одобрить мое выступление, либо не одобрить. И здесь реакция была достаточно однозначная. Никто меня не побил, нагайкой не отстегал... Это я шучу, конечно. На самом деле, была весьма положительная реакция. Потому что это не только мое мнение. Многие, на самом деле, сейчас думают также, многие озабочены этим уровнем агрессии, ненависти, нетерпимости, которые настойчиво нагнетаются всеми телевизионными каналами. И если мы не будем никак реагировать на это, то эта ненависть будет нагнетаться еще больше, аккумулироваться в сердцах, умах людей и, в конце концов, искать выхода. И если кто-то думает, что эта ненависть контролируется, что ее можно будет по каким-то каналам потом направить, то это ошибка. Потому что ненависть и агрессия – это такая иррациональная стихия, которая как раз может направиться внутрь страны. Мы готовим всех к каким-то войнам, а в итоге окажется, что война-то гражданская. Я считаю, что, я как священник говоря об этом, не вторгаюсь в политическую сферу. Я никогда политикой не занимался и не собираюсь ею заниматься, потому что занятия политикой это участие в борьбе за власть. Мне это неинтересно, поддерживать какие-то политические партии я не собираюсь, но здесь тот случай, когда политика вторгается в те сферы, которыми священник ведает: в души прихожан, в души людей – и разжигает в них греховные настроения и страсти, с которыми любой священник бороться должен. Дело все в том, что если мы будем считать, что вообще ни на что влиять нельзя, как многие люди сейчас говорят: мол, а от нас ничего не зависит – то эта пассивность не просто странная, она... Я считаю, что она греховная, потому что от человека, на самом деле, много что зависит. По крайней мере, каждый человек – властелин своей жизни. Не забывая, что Бог над всеми над нами царь, каждый человек все-таки много чего может в своей жизни: влиять на свою семью, на свое окружение, создавать какое-то ментальное поле правильных мыслей, правильных идей, правильных смыслов – это каждый из нас может.

Ю.М.: Часто молчание рядовых священников в ответ на всяческие острые темы объясняют чуть не военной дисциплиной в Русской Православной церкви, страхом перед наказанием за неположенные речи. На ваши высказывания и такой в связи с ними резонанс была какая-то реакция вашего церковного начальства?

Д.К.: Пока не было, слава Богу. Но если будет.... Я считаю, что дисциплина быть должна и в церкви, и в жизни. И власть должна быть – намного хуже власти безвластие, намного хуже дисциплины ее отсутствие. Конечно, дисциплина и какой-то контроль над тем, что говорят священники, необходим. Но мне никто никаких дисциплинарных претензий не высказывал. А к чему их тут можно высказать? Хотя можно, конечно, если захотеть к чему придраться... А почему священники молчат? Они не молчат. Я не вижу молчащих священников. Это не то, что было в былые времена, когда церковь, и правда, принудительно молчала, потому что было просто опасно говорить на какие-то общественно-политические темы. А сейчас не то, чтобы священники молчали. Сейчас их не слушают. Многие батюшки очень активны – и в соцсетях в том числе. Но телевизионные каналы приглашают священника не для того, чтобы услышать его мнение, а чтобы он подтвердил мнение этого канала или этого телеведущего. А как только начинает священник высказывать что-то другое, дискуссия завершается всегда одинаково: выигрывает тот, кто переорет, у кого громче фальцет, кто слюной ядовитой перебрызгает. У нас ведь сейчас вообще нет культуры полемики и уважения к другому мнению.

Ю.М.: Вы считаете, многие священники в Русской Православной церкви сейчас думают также, как вы, и многие несогласны с этой телевизионной пропагандой ненависти? Много ли у вас сейчас единомышленников внутри церкви?

Д.К.: Я это просто знаю. Было много звонков от священников, которые единомысленны. И даже процентное соотношение в соцсетях [показательно]. Вот есть группы в интернете, которые изначально собраны по интересам каким-то. А есть «Ютьюб» – сеть универсальная. И там показательна реакция зрителей ролика с моим выступлением в казачьем кругу. Процентное соотношение такое: под «Понравилось» – две тысячи отметок, под «Не понравилось» – 100. То есть 95 % к 5 %.

Ю.М.: Эти данные расходятся с традиционными, про 84 %, которые, по идее, не должны были бы вас одобрить...

Д.К.: Ну эти 84 %, они, не все поддерживают, и не все одобряют. Они в комплексе одобряют, как бы «все включено». Они поддерживают политику власти, как таковую. А если говорить о нагнетаемой агрессии, я не думаю, что это поддерживают все 84 %. А власть.. Надо признать, что большинство народа ее поддерживают. И в этом тоже смысл демократии: меньшинство должно уважать выбор большинства – и я с уважением отношусь к этому выбору. Но дело в том, что и меньшинство имеет право высказывать свою точку зрения, а большинство с уважением каким-то должно к этой точке зрения относиться. Очень важно сейчас нам научиться этому. Мы подошли к черте опасной, за которой может быть очень много проблем. Представьте себе: в квартире забыли газ выключить и постепенно наполняется газом помещение: одна, другая комната. И уже такая взрывоопасная ситуация, что достаточно одной искры, и все взорвется. У меня такое чувство сейчас. Я как священник на каком-то духовном, ментальном уровне это чувствую. И как гражданин это чувствую тоже. У нас сейчас очень опасная ситуация: концентрация этой агрессии и ненависти очень опасная и – достаточно малого повода – и все взорвется. Поэтому сейчас мы все: верующие и неверующие, люди разных конфессий – должны мобилизовать свои самые мудрые стороны души, все силы, какие остались еще, должны мобилизовать, чтобы не допустить этого взрыва. Мы должны научиться слушать друг друга обязательно. А этому будет способствовать вот что: к своему оппоненту следует относиться не только, как к оппоненту, не отождествлять человека с его политической точкой зрения, а отождествлять его с его, может быть грубо скажу, функционалом. Вот ты кричишь на своего оппонента, готов его растоптать, а подумай – потом этот человек спасет твоего ребенка, потому что он врач скорой помощи. Или он учит твоих детей, потому что он учитель, или он сталевар и будет у мартена стоять, или полицейский и будет от бандита тебя защищать. Нам ценить надо друг друга.

Ю.М.: Но ведь, отец Димитрий, мы можем сколько угодно уговаривать друг друга и говорить эти правильные слова. И вы их говорите своим прихожанам, и они вас слушают и внимают вам. Но из телевизоров, тем временем, продолжает литься то, что льется...

Д.К.: Из телевизоров будет литься до той поры, пока все это будет слушаться. Есть какая-то линейная связь: мы показываем то, что смотрят, а, с другой стороны, запрос формируется под влиянием того, что человек видит. Я не изучал этот вопрос глубоко, но, мне кажется, пока люди это смотрят и с удовольствием думают, что кто-то виноват во всех наших проблемах, что кто-то там из-за океана несет нам главное зло... Но это, знаете ли, уровень первобытной религиозности, с которой мне часто приходится сталкиваться как священнику и которая с христианством не имеет ничего общего. Очень много людей приходят в церковь считая, что они страдают, болеют, потому что кто-то порчу на них навел, кто-то их сглазил, и много сил и времени требуется, чтобы человека переубедить, объяснить, что корень его проблем в его собственных грехах, в его отношениях с Богом, в его отношении к людям. Мне кажется, что сейчас что-то надо делать такое же со всем нашим народом, как-то его переубеждать и перенаправлять его внимание на внутренние наши проблемы. И если мы это поле ментальное будем формировать, меньше будет этой агрессии.

Ю.М.: Вы говорите, что у вас много единомышленников в церкви. Но вот такие слова, которые произносите вы, многие в разные моменты ожидали услышать из уст высших чинов Русской Православной церкви. Во время разных резонансных историй последнего времени. И мы таких слов из уст высших чинов церкви никогда не слышали. Почему? Если я, конечно, не подвожу вас таким вопросом...

Д.К.: Ну я комментировать это подробно не готов. Я не могу отвечать за других, почему кто-то что-то говорит, а кто-то нет. Но я вот обычный, можно сказать, сельский священник, который не связан как-то политически своим статусом, который не имеет ни перед кем каких-то высоких политических обязательств. Поэтому мне что-то говорить проще. А высокие церковные начальники связаны разным... Мы можем только гадать, что там наверху происходит, как и что они мыслят, видят. Но пока мы сами там, наверху, не окажемся – а я надеюсь, что не окажемся никогда – мы не сможем до конца понять, почему они ведут себя так или эдак. При этом я считаю, Патриарх очень много говорит на самом деле того, что можно и нужно было бы услышать, но кто бы нас слушал, кто бы нас слышал... Слышат только то, что хотят услышать. А другого просто не слышат.

Ю.М.: Мы говорим с вами о том, как опасна атмосфера ненависти, но она ведь все чаще сейчас разжигается и по поводу так называемого «оскорбления чувств верующих». Причем, за оскорбление уже принимают все что угодно: картинки, фильмы, оперу (как сейчас в Новосибирске, где дело уже дошло до суда в отношении режиссера оперы «Тангейзер»). Как вам кажется, действительно так оскорбляют чувства верующих «не те» картинки или «не те» фильмы? Почему все больше сейчас этих историй с «оскорблением чувств верующих»? Они ведь тоже разжигают взаимную нетерпимость и непонимание.

Д.К.: Ну, если кто-то нарочно оскорбляет чувства верующих, то он сам и разжигает эту нетерпимость. Зачем провоцировать людей? Если ты знаешь, что для них что-то свято. Если нарочно это делается, то как-то законно, может, и имеет смысл это запретить. Но имеет, наверное, смысл сейчас говорить о другом. Когда человек не хочет оскорблять чувства верующих, а ему инкриминируется это оскорбление. Здесь смешно просто это. Потому что, мы исходим в таком случае из априорных смешных представлений. Почему говорят об оскорблении чувств верующих, а об оскорблении чувств неверующих не говорят? Этим подтверждают, что верующего человека легче оскорбить, чем неверующего. А мне это просто смешно, потому что на самом-то деле все наоборот. Неверующий человек живет только в этом мире, его внутренняя гармония строится только на впечатлениях этого внутреннего мира, и ее поэтому очень легко нарушить любой несправедливостью, дисгармонией, уродством этого мира. И неверующий человек травмируется куда больше этими отрицательными впечатлениями. Верующий человек, живя в этом мире, имеет вектор более далекий, который направлен в мир вечный. То есть, любая несправедливость этого мира у него освещена светом вечной и божественной справедливости, в которую каждый христианин верит. Любое уродство этого мира он преодолевает, зная что в своей сердцевине мир создан Богом гармоничным. Сколько бы ни было тут несправедливости, ненависти, вражды, убийств, страданий, жестокости – в сердцевине этого мира Любовь.

Ю.М.: Вы в этом своем выступлении на казачьем кругу говорите еще о том, как исказились сегодня в России представления о патриотизме, цитируете Салтыкова-Щедрина, ну это знаменитое «Когда в России начинают говорить о патриотизме, знай: где-то что-то украли». А что тогда значит быть в России сегодня патриотом в истинном смысле этого слова?

Д.К.: Патриотизм в истинном смысле – это любовь к Отечеству. Кому-то нужен сейчас патриотизм, основанный на неприязни, на ненависти к другим народам и странам. Такой патриотизм культивировать легко, и можно быстро достичь результата. Наверное, такой патриотизм иной раз также необходим – когда на твою страну нападают, как было с нами во время Великой Отечественной. Но мы сейчас не в такой ситуации. Это иллюзия, что все страны только спят и видят, как бы на нас напасть, как бы нам навредить... Ну, может быть люди, которые это говорят и так думают, они просто в других странах не бывали, мало представляют себе тамошнюю жизнь, как там живут люди.

Ю.М.: Уверяю вас, люди, которые все вот это говорят с телеэкранов, они в тех странах бывали и много-много раз и все прекрасно представляют.

Д.К.: Ну да, они бывали. Но я считаю, что истинный, настоящий патриотизм основан на любви к своей Родине, к своей культуре, на знании – очень это важно – своей истории, на любви к речи свое родной, на любви к своим традициям. Настоящий патриот это не тот, который кричит, что он ненавидит Америку и Европу, а тот, кто хоть когда-то в руки брал классиков наших, писателей, хоть каким-то образом опылен этой книжной пылью наших гениальных писателей, учителей нравственности. Настоящий патриот тот, кто может за столом спеть русскую народную или казачью песню. У нас только «Шумел камыш» ведь и могут спеть, а свои, народные, песни-то и не знают люди. Настоящий патриот – это тот, кто может на чистом русском языке говорить, не оскверняя его этим поганым матом. Настоящий патриот – тот, кто не разваливает свою семью, кто не пьет, аборты не делает, кто не ворует, а честно исполняет свои профессиональные обязанности на своем рабочем месте. Вот какой патриотизм нужно бы воспитывать. Но почему-то его нет сейчас.

Ю.М.: Вы говорите о контрпродуктивности ненависти, которую насаждает сейчас государственная пропаганда. Вот цитата «ненависть, если и объединяет народ, то на очень короткое время, но потом она народ разобщает еще больше». Почему все-таки оказалось так легко в обществе эту ненависть разжечь?

Д.К.: В этом как раз нет совсем ничего удивительного. Разжечь какие-то греховные страсти намного проще всегда, чем добродетель привить. Ведь здоровьем заразить невозможно, а вот болезнью можно. Здоровьем попробуй зарази. Можно только долго и упорно укреплять человека, закаливать, а заразить нельзя. А вот болезнью заразить очень легко. Эти низменные свойства души человеческой поднимаются очень быстро, очень легко, и определенные механизмы существуют, которые на раз их запускают.

Ю.М.: Вы еще на этой встрече с казаками говорите такие вещи, которые мало кто сейчас смеет говорить. Цитата: «майдановцы, пятая колонна и так далее – это люди, которые просто показывают на недостатки нашего общества», а вовсе не желают нашему обществу плохого. И казаки, которые, как многим кажется, как раз готовы хоть завтра громить условных «майдановцев» спокойно и доброжелательно вас слушают.

Д.К.: Наши казаки – это родовые, настоящие, казаки. У многих раскулачены и расстреляны предки. Мы живем в крае, где много веков казаки жили. Это не политическая партия, это разные люди, которые по-разному мыслят, по-разному настроены. Я говорил эти слова как раз для некоторых из них, чтобы немножко их успокоить и перенастроить. Сейчас ведь в «Пятую колонну» записывают любого оппонента, который вдруг становится какими-то предателем, отступником. Но я все-таки историк по образованию, и много я знаю из истории нашей страны тех людей, с которыми мне бы хотелось остаться в момент противостояния вместе. И я лучше буду с Александром Исаевичем Солженициным в «Пятой колонне», буду в ней с Бродским-«тунеядцем», например, или с Пастернаком, который тоже «клеветал на советский строй» – я буду лучше с ними, нежели с большинством из того времени. И сейчас тоже самое происходит: всех, кто несогласен, записывать в «Пятую колонну» бессмысленно. Надо к людям относиться, как к людям. Надо учитывать мнения людей, выслушивать их, и более уважительно и трепетно к разным мнениям относиться. А если уж говорить с точки зрения христианина, то не надо забывать, что ни страна, ни государство, ни народ, ни партия не тождественны Богу и не похожи на Бога. В мире есть только одно существо, которое тожественно Богу – человек. Только человек создан по образу и подобию Божию. Поэтому христианство это как раз та вера, та религия, которая устанавливает отношения между Богом и человеком. Не между Богом и народом, партией, государством – между Богом и человеком. И вот те представления и ценности, которые у нас теперь критикуются как европейские, либеральные, представления о ценности свободы личности – мне просто удивительно, как это с ног на голову все переворачивается – вдруг эти ценности оказываются враждебными христианским. А это как раз именно христианство и привнесло в мир эти ценности. В каждом человеке надобно видеть образ Божий. Даже если он замутнен, загрязнен. К любому человеку мы должны относиться как к иконе Бога. Может, она закопченная, исцарапанная, но это все-таки – икона. Какого-то благоговейного отношения каждый человек достоин. А у нас этого нет.

Ю.М.: Отец Димитрий, я, честно говоря, просто рада за ваших прихожан, что у них вот есть такой батюшка, что они могут к вам прийти и поговорить с вами. И последний вопрос: вот вы говорите, что мы на пороге войны, катастрофы. Скажите, что делать тем, кто сейчас также понимает это, просто кожей это чувствуют, в ужасе от этого, но просто не знает, как этому противостоять, что делать. В общем, под конец традиционный русский вопрос «что делать»?

Д.К.: (Вздыхает). Понимаете, ответ на этот вопрос может прийти человеку только из тишины его сердечной, внутренней тишины. Вот когда мы эту тишину внутреннюю в себе почувствуем, сами в себе эту внутреннюю агрессию остановим, попытаемся как бы форточку открыть, проветрить, тогда очевидно станет что делать. Каждому свое. Кто может говорить – говорить спокойно о том, что он думает. Кто не говорит, тому, может, следует просто самому настроиться на мир и доброжелательное отношение к окружающим людям. А самый простой совет я даю прихожанам вот какой. Сейчас Великий Пост. Меру поста определяет церковь. Но каждый сам со своим духовником может посоветоваться, от чего следует отказываться, а от чего нет в зависимости от личных обстоятельств. Так вот от чего, мне кажется, следует сейчас точно отказаться, так это от просмотра телевидения. Причем многие этот совет священников склонны воспринимать как их консерватизм. Вот, мол, когда пароход изобрели, они тоже говорили, что это все от сатаны, потому что без паруса плавает. И телевизор, мол, тоже от лукавого, потому что непонятно, как такая большая фрекен Бок может туда поместиться – в такую маленькую коробочку. Нет, дело, конечно, не в этом. А в том, что по телевизионным каналам сейчас транслируется ненависть. И я бы посоветовал, если не бойкот объявить такому телевидению, то просто воздержаться от его просмотра.

 

Поделитесь
Первая Частная Клиника
МАРАФОН КРАСОТЫ И ЗДОРОВЬЯ
Дом детской моды Lapin House
Аттракцион неслыханной щедрости в LAPIN HOUSE
Поделитесь