Про «Красную звезду». История в двух частях

Часть 1. Бабушка и конфеты

В нашем роду любовь к сладкому передается по женской линии. И к кондитерской фабрике «Красная звезда» у меня особое отношение. Ей я обязана своему появлению на свет. Звучит странно, но семейная история – штука непредсказуемая и неконтролируемая.

На фабрике работала моя бабушка, с папиной стороны. Она пришла туда в войну - завод функционировал всю Великую Отечественную, производство не останавливалось ни на день. Бабушка готовила начинку для конфет «Мишка на Севере». Размешивала в большой таре и перетирала вручную. Позже стала мастером конфетного цеха. Так вот, в расцвет ее работы на фабрике мой папа познакомился с моей мамой. В процессе ухаживания пригласил невесту в гости, где гордо поднял сидушку кресла и нарочито небрежно бросил: «Выбирай, что хочешь». А там… вы, наверное, догадались. Конфеты всех мастей и цветов. Что по тем временам, естественно, было большой роскошью. Моя мама, большая сластена, до сих пор вспоминает о том великолепии. И признается, что именно тогда впервые в мыслях молвила «Вот Он!»

Бабушка Минина Мария Максимовна (крайняя справа) на встрече ветеранов фабрики «Красная звезда»

Моя бабушка проработала на кондитерской фабрике почти 40 лет. Мой папа уже очень давно не ест сладкое. А для меня «Красная звезда» – стала частью семейной истории. И было очень обидно узнать, что ее продали. Точнее, КАК продали. Официальную версию от Дениса Штенгелова все мы слышали. Новая бизнес-модель, апгрейд железа, поиск более квалифицированного персонала, переход от глазури к шоколаду… Послушать Дениса Николаевича, так он купил фабрику из жалости. А продукцию, которую КДВ-групп продолжит выпускать, выбирал, исходя из собственных гастрономических пристрастий. Впрочем, не об этом. Так или иначе, версию от нового владельца «Красной звезды» мы слышали. Мне захотелось узнать, как покупка фабрики выглядела в глазах людей, которые там работали.

Часть 2. Валентина Ивановна и шестеренки

Валентина Куроедова долго не могла выкроить время для встречи со мной. Она сейчас очень занята. Ищет работу. Она – одна из 200 уволенных с фабрики работников. Когда, наконец, прихожу в гости – встречает меня словами: «Вот уж не думала, что на старости лет буду молодиться и по собеседованиям ходить». Валентине Ивановне осталось два года до пенсии. Старшая дочь предлагает сидеть дома и спокойно ждать, но моя собеседница так не может. Во-первых, на руках 10-летний сын Ваня –ребенок погибшего брата Валентины Ивановны. Его нужно поднимать. Во-вторых, непривычно ей как-то – без работы.

Валентина Куроедова хранит все, что связано с «Красной звездой»: фотографии, грамоты и даже корпоративные газеты

Валентина Куроедова достает пухлый альбом. Специализированный, «фабричный». В нем – десятки фотографий с «Красной звезды». Белые халаты, цистерны с шоколадом, улыбчивые девушки-кондитеры. Вот сама Валентина Ивановна – тогда еще 16 летняя студентка Валя, она только пришла работать на кондитерскую фабрику. Молодых специалистов, как обычно, послали в «эпицентр» событий:  «контарить», то есть заворачивать конфеты в обертку, ссыпать в деревянные ящики, и – самое сложное – заколачивать их. Впрочем, студенткам эта работа казалась самой легкой на земле. «Руки все исколотые были, исцарапанные», - вспоминает женщина. – А мы довольные, хохочем. Раньше вообще все вручную делали. Сироп на стол выливали, в котле смешивали, это сейчас уже все за нас машины делают. «Конфетка» за последние годы расцвела, поднялась».

Валентина Куроедова. В первые годы работы на фабрике «Красная звезда

Для работников фабрики ее продажа стала такой же неожиданностью, как и для остальных томичей. Перед Новым годом только начались разговоры, а сразу после – закрыли производство пряников и ирисок. Ответов на свои вопросы коллектив не получал. «Это прежние начальники нас собирали в «красном уголке», интересовались, что нужно исправить и улучшить, а с тех пор, как директором стал Гришаев, наше мнение перестало кого-то интересовать. Потом пришел Денис Штенгелов, поздоровался. Мы спросили, что же с нами будет. Он сказал: «Вы работаете? Вот и работайте». И все. Больше мы его не видели», - рассказывает Валентина Ивановна. Цех, в котором она работала, расформировали полностью. – Убрали нас, и еще почему-то Штенгелов сразу устранил всех начальников. У нас там одной женщине даже скорую вызывали, она аж не думала никогда… Технологов, лаборантов – тоже уволили». Людям сказали, что сокращать будут по всем правилам. Однако, в договоре, который дали на подпись, почему-то стояло стыдливое «о соглашении двух сторон». На все вопросы, по словам Валентины Ивановны, новые начальники лишь пожимали плечами и отвечали: «Ну вот так…».

- На наших глазах линии раскручивали, - вспоминает Валентина Куроедова, - так обидно было. Все сделали как-то не по-человечески. Все понятно, бизнес, новые технологии. Но…Как-то вот продали производство, и людей как-то тоже продали. Будто мы не люди, а такие же автоматы, трубы или шестеренки».

Вместо вывода

Когда я спросила Валентину Куроедову, есть ли будущее у «Красной звезды», она пылко ответила: «Нет! Если нет карамельного цеха, это уже многое значит». Должна признаться, в этом вопросе я со своей собеседницей не согласна. На мой взгляд, будущее у фабрики есть.Ее перенесут-таки в другое место, модернизируют, будут увеличивать обороты и – в итоге - получать прибыль. «Конфетку» купили как одну большую полку в ритейле страны. А вековая история и люди, которые душой «болеют» за «Красную звезду», особо никому не интересны. Это такая «звездная пыль» в масштабах галактики.

Я не собираюсь оплакивать фабрику, ее уволенных сотрудников и вздыхать над коробками с «Томской птичкой». Я все понимаю. Просто такие времена, как любят говорить на одном небезызвестном канале. Хорошее оправдание всего на свете.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?