НАУЧИТЬ УЧЕНОГО, ИЛИ ЗАЧЕМ ТРЕНИРОВАТЬСЯ НА КОШКАХ

Девушка в черном платье на сцене закуривает сигарету и обращается к залу: «Каждые 30 секунд в мире от рака легких умирают 10 человек. От рака умер мой дед. Он слишком поздно обратился к врачу. На 3-ей и 4-ой стадиях рака люди умирают от метастазирования, это когда маленькие-маленькие опухоли распространяются по организму и уничтожают все, чего касаются...» В зрителей со сцены летят маленькие резиновые мячики.

Вообще-то Кристина Быкова не курит. Просто решила сделать научный доклад про удивительные свойства сорняка аконита немного поинтересней. Эпатаж — один из приемов, который вместе с метафорами, аллегориями и юмором используют участники Science Slam-ов. Их этому учат на специальных тренингах.

В Томске научных битв было пять. Недавно слэмеры разных сезонов решили, что их знания о том, как переводить с научного языка на понятный, могут пригодиться и другим - студентам, молодым ученым, школьникам. И открыли в Томске Школу нескучного доклада.

Тимофей Соловьев, слэмер 2013 года: Science Slam проходит один-два раза в год. Нас приглашают в качестве коучей. А все остальное время наш потенциал остается неиспользованным. Решили, что искусство публичного доклада должно принадлежать народу. Нас поддержала областная администрация, и 29 октября мы открыли Школу нескучного доклада. Первый тренинг проходил на базе политеха. И проходил с аншлагом — на 20 мест было подано 74 заявки! Четыре часа мы рассказывали о приемах и техниках, которые делают из унылого доклада маленькое научное шоу.

- А зачем эти знания студентам и ученым?

Юля Мишенина, слэмер 2015 года: Можно историю из жизни? Этим летом в одном томском институте проходила очень важная научная конференция. Приехали именитые ученые, читали свои доклады. И вдруг посреди одного выступления в зале раздается... храп! Спящего, конечно, растолкали, но конфуз был невероятный. Самую актуальную тематику можно сделать настолько скучной, что ее отказываются слушать даже коллеги. Не говоря уже о широкой публике.

- Какие самые большие ошибки у выступающих?

Ксения Вагайцева, слэмер 2016 года: Первая — это сложный язык. Студенты на конференциях обычно начинают с общих слов: «У меня такая глобальная тема...» И если смысл введения люди в зале еще способны уловить, то на переходе к графикам и таблицам с непонятными терминами, как правило, отключаются.- Любую серьезную научную тему можно перевести на понятный человеческий язык?

Ксения Вагайцева: Любую. Если ты сам понимаешь, то и другим сможешь объяснить. Главное, не бояться. Одна из проблем в том, что молодые ученые, студенты боятся показаться несерьезными. И сознательно не делают свои доклады доступными и яркими. Но ведь сделать понятным это не значит - сделать примитивным!

Тимофей Соловьев: На Science Slam дается 10 минут на то, чтобы презентовать свое исследование. Конечно, посвятить во все его тонкости публику без базовых знаний о предмете за это время невозможно. Но чтобы человек неподготовленный хотя бы «плюс-минус километр» понимал, о чем идет речь — абсолютно реально. Либо, если аудитория подготовленная, можно сделать так, чтобы вообще все всё поняли. В конце концов, есть формат «elevator pitch» - презентация в лифте: считается, что за 2 минуты, пока поднимается лифт, ученый должен уметь убедить случайно встреченного инвестора вложиться в его продукт.

Анна Ильина, слэмер: Вот пример — в 2014 году на слэм пришел Сергей Абдрашитов. С темой из теоретической физики. Когда куратор слэма Евгения Сайко, культуролог по образованию, его первый раз слушала, мы думали, она плакать начнет. Но после всего лишь недельной подготовки Сергей выиграл слэм! «Закрученный свет, или как русские ученые все открыли еще в 19 веке» - так назывался его доклад.

Тимофей Соловьев: Кстати, есть небольшой процент слэмеров, которые после Science Slam бросают заниматься своей научной темой. Каждый год примерно один из шести завязывает. Говорят, что посмотрели со стороны на свое исследование, поняли, что полная ерунда, или чего-то в нем не достает, или что не этим хотят в жизни заниматься.

- То есть, не все студенты занимаются в вузах настоящей научной работой?

Анна Ильина: Конечно. Особенно, если человек со 2 или 3 курса — они чаще занимаются excel-ем: учатся оформлять список литературы, соблюдать ГОСТы, по большей части, ни о каких инновациях в их работе речи не идет.Многое зависит от руководителя, от кафедры - наши ученые не всегда хотят смотреть, что в мире происходит — варятся в своей среде.Кристина Быкова, слэмер 2016 года: На самом деле, если хочется заняться чем-то действительно интересным и новым, то это может совершенно не пойти. У меня так было. Мы изучаем растение, у которого определили противораковые свойства, растение считается сорняком в России, оно растет повсеместно — в каких-то регионах входит в Красную книгу, в каких-то - не входит, потому что его там целые заросли. Это аконит. Когда мы начали получать его в лабораторных условиях, оказалось, что на некоторых средах аконит расти не хочет, и причина этого непонятна. То есть тема ранее никем не разработана, заниматься ей очень сложно. А результат нужен. Студенту надо защитить дипломную работу, что-то написать, что-то сделать. Ученому - за грант отчитаться. А тут получается, что ты работаешь, а результат, если и будет, то очень нескоро. Поэтому ты берешься за что-то уже известное, неинтересное, но с быстрым и предсказуемым результатом. Примерно так и появляются симуляции в науке.

Анна Ильина: Кстати, после слэма Кристина решила не защищать диплом (хотя ей оставалась пара месяцев до защиты), забрала документы и поменяла вуз. Поступила на сходное направление - «биотехнологии» - но с совершенно другим образовательным и научным наполнением.

- Каждого ли можно научить чувствовать себя свободно перед публикой? И с чего надо начинать?

Юля Мишенина: Научить можно каждого. Для начала нужно ответить себе на вопрос - чем ты занимаешься. И попытаться объяснить это своей маме, или бабушке, или даже коту. Если тебя поняли, то все — начало положено.

Тимофей Соловьев: Надо осознать, что ты варишься в своей сфере. И другие тебя, скорее всего, не понимают. Поэтому первое наше задание — это рассказать партнеру за 2 минуты о теме своего исследования. Потом партнер должен пересказать, что он понял.

И слэмер со стороны слышит свой рассказ - грубо говоря, ушами другого человека: насколько доступно он объясняет. Обычно такие пересказы далеки от того, что человек хотел донести, и он начинает понимать, что надо что-то менять в объяснениях. Мы раскладываем все по полочкам на примерах. Фишка нашей школы в том, что она сугубо практическая. Есть формат кукбук — поваренная книга, где пошагово даны рецепты того или иного блюда. Мы знакомим с ингредиентами и даем пошаговую инструкцию, как приготовить вкусную презентацию.

Анна Ильина: Все, вроде, знают, что есть такие приемы как аналогия, метафора, визуализация, но мало кто представляет, как с этим работать. Недавно по интернету гуляло видео, как один американский профессор проводил лекцию по химии — пришел на занятие в мантии мага, в шляпе со звездочками, залез на стол, что-то поджег, пламя до потолка — эффект «вау!». Студенты этого точно не забудут.

- У нас такое, пожалуй, только на слэме представить можно...

Дарья Переводчикова, слэмер: Я пришла на слэм даже не с исследованием, а с ощущением, что должны произойти какие-то перемены в образовании. Я вижу эти проблемы — что на лекциях все скучают, ты просто просиживаешь несколько часов в университете, потом отчитываешься на экзамене и все забываешь. Так не должно быть. Мы покрутили эту тему, и я поняла - это же реальное исследование! Сейчас пишу диссертацию: «Использование интерактивных практик в образовании — как оно влияет на трансформацию общества». Потому что то, как мы даем людям информацию, каким образом мы позволяем людям мыслить и действовать, это потом влияет на реальную жизнь общества.

- А как может интерактив в образовании трансформировать общество?

Дарья Переводчикова: Когда идут потоковые лекции - сидят десятки человек, лектор транслирует им информацию. Люди должны воспринимать, что это — непреложная истина, все только так, как они записали. А потом оценка того, насколько ты освоил предмет — это оценка того, насколько полно ты воспроизвел то, что тебе говорили. То есть эти аксиомы. А потом у нас удивляются, почему люди не ходят на голосование? Почему у нас нет гражданской активности? Почему люди не обустраивают что-то вокруг себя самостоятельно? А потому что пока они живут по указке: «Пойди туда, сделай то!» — инициативы не будет. А если мы позволяем людям знания получить самостоятельно, тот же самый объем лекций, с той же самой информацией — только не говоря, что она единственно верная, мы даем им шанс усомниться, поискать самим, подумать по-другому, просто подумать! И, когда мы даем людям такой шанс, они потом в жизни себя немножко поактивнее ведут. И больше готовы к переменам - обустроить жизнь по-другому, для себя и для других лучше сделать.

- Куда обращаться тем, кому интересно стать слушателем Школы нескучного доклада?

Анна Ильина: Идти к нам! Пока что главный критерий отбора — мотивационное письмо. Написать можно в группы Вконтакте или в Фейсбуке. Там же можно посмотреть, когда будут ближайшие занятия и подать заявку. Занятия пока бесплатные!

Евгения Сайко, куратор и тренер Science Slam Томск: Такого комплексного многодневного семинара, как мы проводим для подготовки слэмеров Томска, больше не устраивает никто в России (а слэмы проходят уже почти в 30 городах), так что лекторам «Школы нескучного доклада» действительно есть, чем поделиться. Да и сам новый формат тренингов от слэмеров уникален и для нашей страны, и для родины слэма Германии.

 

Метки: Science Slam, Школа нескучного доклада, слэмеры, научный слэм, Томск, интерактивное образование

Фото предоставлены участниками групп Science Slam Томск, Школа нескучного доклада

 

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?