ЛЕСЕНКА ДЛЯ БОЖЕНЬКИ

Они избегали фото и видеосъемки, считая, что с изображением заберут и их душу. Не умели плавать и, самостоятельно пользуясь обласком уже с трех лет, часто тонули, не дожив до взрослого возраста. У селькупов была семиричная система исчисления. А у кетов, как у индейцев- навахо, глагол «делать» мог состоять из длинного предложения с описанием целой истории. Малочисленные коренные народы Сибири, их язык, традиции — предмет многолетнего изучения специалистов из Томского педагогического университета.

Наталья Полякова, доцент кафедры перевода и переводоведения Томского педуниверситета, изучала селькупов и их язык. В конце прошлой недели в Томском краеведческом музее презентовали новую книгу о селькупском фольклоре. Книга вышла небольшим тиражом в 207 экземпляров.

Рассказывает Наталья Полякова:

– С 50-х годов прошлого века в Томском педагогическом университете велись исследования языков и культур коренных малочисленных народов Сибири. Основателем этого направления был профессор Андрей Дульзон, который разработал программу исследования аборигенов Сибири и их языков, пытаясь доказать их происхождение, общность или родство. Начиная с 50-ых годов. это были комплексные экспедиции, в которых собирались сведения о селькупах, кетах, хантах, нганасанах. За свой монументальный труд о кетском языке Андрей Дульзон был удостоен государственной премии СССР. Появились научные направления изучения хантыйского, нганасанского, кетского и чулымско-тюрского языков. В рамках изучения этих языков было защищено более 20 докторских и более 200 кандидатских диссертаций.

На фото: Наталья Полякова на теплоходе по пути в экспедицию

В настоящее время продолжается изучение селькупского и хантыйского языков, одно время было очень много исследователей чулымского языка со всего мира. Буквально вчера мы получили запрос из Амстердамского университета: девушка очень сильно интересуется числительными селькупского языка. В селькупском языке, так же как в некоторых других малых языках, например в кетском, сохранилась семеричная система исчисления. То есть идет исчисление от 1 до 7. А потом они считают так: 10 - 2 = 8; 10 - 1 = 9; 10+1=11.

На самом деле удивительно, как люди в разных странах в разных университетах, не связанных с изучением языков, начинают этим увлекаться. Тот же чулымский язык изучали два американца —  Андерсон и Харрисон, Ику Нагасаки из Японии четыре года подряд ездила с нами в экспедиции в Парабельский, Каргасокский районы. Ей даже пришлось для этого выучить русский язык. Сейчас в педагогическом институте учится американец Пол Мэтью Фелан, он занимается исследованием социолингвистической ситуации. С ним был курьезный случай: в прошлом году он с нашими малочисленными народами проводил социологическое исследование. Выяснял, кем себя человек считает по национальности. И хотя Пол достаточно хорошо уже знает русский язык, все наши информанты переполошились, давай нам звонить, говорят, тут какой-то американец ходит, все выспрашивает, нас переписывает, не к добру это. В людях срабатывает генетическая память, они боятся пришлых.

Также, кстати, они боятся видео и фотосъемки. Считается, что с любым твоим изображением уходит часть твоей души, и что через это изображение можно наносить тебе вред. Они без труда соглашаются, чтобы мы вели аудиозапись, но видео и фотосъемка для них — большая трагедия. Они начинают себя странно вести, надевать костюмы, позировать, создавать какой-то странный неестественный антураж.

Очень много языков вымирает, потому что уходят носители этих языков. Например, кетов около тысячи человек в России, в Томской области мы не нашли ни одного говорящего на кетском языке. Сейчас они, в основном, живут в Туруханском районе Красноярского края. Из Томской области их потеснили, так называемые, северные селькупы. Когда-то селькупы были единым народом, но после завоевания Сибири русскими, некоторые были вынуждены уходить в более северные районы. Кетам пришлось потеснится, они воевали с ненцами и эвенками. Это все описано в их сказках, кстати, достаточно кровожадных. Была у нас такая история: первые записи делались на бобинных магнитофонах, и лет десять назад их решили оцифровать, дали нам студию звукозаписи и мужчина целую ночь их переписывал. Ему было скучно, он решил послушать эти сказки. Утром, отдавая нам записи, сказал: «Никогда не давайте эти сказки слушать детям».

Пятая графа

Что касается южных селькупов, которые проживают на территории Томской области, очень немногие в советские времена отваживались писать в паспорте в графе национальность, что они селькупы. Кстати, тогда им, если и писали, то просто «остяк». Остяками записывали селькупов, хантов, кетов, ненцев. Но все предпочитали писать «русский» — так было удобнее. И только после распада Советского союза, когда появились льготы для малочисленных коренных народов по охоте и рыбалке, появились материальные стимулы, все бросились доказывать свою национальную принадлежность к селькупам, к хантам. По переписям видно, что их количество сразу кратно возросло.

А еще по национальному составу можно всю нашу историю проследить. В Парабельском и Каргасоксом районах, кроме местных народов: селькупов, хантов, было очень много ссыльных. Например, много ссыльных немцев. И появлялись смешанные селькупско-немецкие браки. Чаще всего папы были немцами, мамы селькупками, фамилии давались соответственно немецкие: Пауль, Фрайнт, но при этом все себя считали селькупами. В Парабеле живет Виктория Фрайнт, она сотрудник музыкальной школы, наполовину селькупка, наполовину немка, но она считает себя представителем селькупского этноса.

Водка, олени, болото...

Во время экспедиций много было собрано селькупских топонимов — названий деревень, озер. Собиралась информация об их образе жизни. Селькупы, кеты, ханты — народы, которые вели полукочевой образ жизни. В зависимости от того, где в какой момент на какой реке или озере хорошо клевало, они собирали свои чумы и переезжали с одного места на другое. Когда-то было развито и оленеводство, у северных селькупов оно было сохранено вплоть до периода Никиты Хрущева, который запретил домашних оленей из-за того, что местное северное население якобы плохо охотится. Запрет домашнего оленеводства многие селькупы считают самой большой трагедией в своей жизни.

Кетов, северных селькупов в экспедициях, сначала сложно разговорить на родном языке, так как все они сейчас говорят на русском. Но когда их просишь что-то вспомнить, они моментально переходят на свой родной язык и даже этого не замечают, говорят, «я на русском вам все рассказывал». Но это касается только старшего поколения, дети, в основном, владеют только русским языком, потому что им родители говорили, тебя все на русском поймут, зачем тебе селькупский. В школах селькупский язык тоже уже не преподают. Одно время был кружок для детей, вела его в Парабели Ирина Коробейникова, но сейчас кружок закрыли.

На фото: поселок Фарково Туруханского района Красноярского края, в котором Наталья Полякова изучала северных селькупов

Мы работали с тремя группами селькупов. Это те, кто хорошо владеют языком. Те, кто понимают язык, но сами им активно не владеют и молодежь, которая вроде бы ничего уже не знает. Даются определенные слова-стимулы. Например, слово «водка». Для большинства селькупов сначала все позитивно, они дают такие ассоциации: радость, счастье, друг, застолье. А потом кто-то говорит: несчастье — это, видимо, те, кто столкнулся с проблемой. А вот русские называют в основном названия: «Столичная», «Московская», «Белуга», либо объем: поллитра, чекушка. Потом мы брали слово «болото». У русских ассоциации: трясина, опасность, неприятность, в общем — все негативное. Селькупы — кормилица, ягода, клюква, мох, солнце, радость, хорошее настроение. Причем это муж с женой, пятьдесят лет живут вместе, вместе ходят на это болото, собирают эту клюкву, но вот для него, русского, все это не очень позитивно, а у нее все хорошо.

На фото: Галина Кусамина  представитель северных селькупов. Проживает в п.Фарково

Солнце у всех селькупов — луч жизни. У русских такая ассоциация — редкость. Оказывается, по поверьям селькупов, только когда на женщину падает луч солнца, ей с верхнего мира дается право зачать новую жизнь. Современные молодые селькупы об этом знать не могут, но какая-то память, может через сказки переданная, есть, и у многих, даже не знающих уже языка, именно такая ассоциация. Или мы просим их дать ассоциации к словам «берег, река». Русские чаще всего говорят — комары. А у селькупов такие ассоциации, что картины можно писать: лодка, костер, уха, разговор, чай.

В прошлом году удалось нам получить грант и издать книгу.  Называется она «Сохранение и популяризация фольклора коренных малочисленных этносов Нарымского края, как стратегическое направление развития этно-культурного потенциала Парабельского района Томской области». Очень долго мы нашим селькупам это название растолковывали. Но нам, выиграв этот грант, удалось осуществить давнюю мечту Веры Тузаковой и Ирины Коробейниковой — издать хотя бы часть их фольклора. Эти песни частично старинные, частично вновь созданные. К книге прилагается диск и их можно послушать. Хотя тираж, конечно, маленький, всего 207 экземпляров.

Селькупы с трех лет пользовались обласком, но не умели плавать.

Раз в год на Оськином озере рядом с Парабелью проходит фестиваль народов Севера, его называют «Легенды Севера» или «Этюды Севера». Раньше это был небольшой фестиваль, назывался «Все юрты в гости к нам». Это была попытка воссоздать давнюю традицию, когда несколько раз в год люди из разных стойбищ встречались. Была либо пушная ярмарка, либо обмен оленями и большой праздник. Сейчас на этот праздник приезжают и с Урала, и с Хакасии.

Восстановили они и соревнования местные — гонки на обласках. Кстати, еще один из парадоксов наших малочисленных народов. Оказывается, очень многие не доживали до зрелого возраста, потому что тонули.

Кеты, ханты, селькупы, с двух-трех лет умели обращаться с обласком, то есть могли самостоятельно передвигаться по рекам, но при этом не умели плавать. Наши исследователи еще в 70-80-ые годы могли описывать, например, такую картину: на Оби были Юрты Ласкины, это остров, соответственно, кругом вода. Подплывает теплоход, собирается деревня, всем же интересно, кто приехал. И вот наши видят такую картину: все побежали на берег, оказывается обласок перевернулся и там кто-то тонет. Но селькупы все стоят. И только одна женщина в сапогах, видно, что русская, ныряет и спасает тонущего мужика. Оказывается, у селькупов, хантов и кетов есть поверье, что вода является связующим звеном с миром мертвых, что под водой находятся злые духи, которые если считают нужным тебя забрать, значит заберут. В любом случае они всю жизнь проводили на реке, но если начинали тонуть, шансов выжить у них почти не было, потому что они не могли доплыть до берега. И только русские жены постепенно начали обучать детей плавать. То есть можно сказать, что русские женщины частично спасли этот этнос от вымирания.

Южные и северные селькупы: два языка, две письменности.

Что касается письменности, селькупы, ханты, кеты относятся к так называемый младописьменным языкам. Для северных селькупов московские ученые из МГУ создали письменность на основе латиницы, но поскольку большинство народа с латиницей не сталкивалось никогда, то им эта письменность была непонятна. Своей письменности у них никогда не было.

Для южных селькупов, когда появилась такая потребность, уже наши томские исследователи с представителями селькупской интеллигенции,  разработали письменность на основе кириллицы. Для обозначения определенных звуков, которых нет в русском языке, придумывались хвостики и закорючки.  У селькупов много звуков, которых нет в русской речи, важна долгота, достаточно много мягких звуков, которые при письме тоже должны были как-то отображаться. Сейчас южные селькупы могут что-то сами записывать и переводить, а раньше все передавалось из уст в уста.

Раньше у селькупов были роды: вороны, орла, кедровки. За этим четко следили, чтобы в жены или мужья брали только из другого рода, чтобы не иссяк род. Потому и русских стали брать в жены, чтобы род обновился. Селькупов очень сильно косили эпидемии и алкоголь. Очень многие погибали в состоянии  опьянения, потому что и мужчины и женщины хорошо владели как огнестрельным, так и холодным оружием. А в состоянии  опьянения они переставали адекватно воспринимать действительность. Навыков же владения оружием не утрачивали. Обычно они друг в друга стреляли. Уу селькупов, как и у других северных народов, нет особого расщепляющего алкоголь фермента, они очень быстро пьянеют и становятся очень агрессивными. Так что мы предпочитали к ним ездить, если точно знали, что они в тот момент трезвые.

Табу на информацию

Елена Крюкова, которая занимается кетским языком, как-то съездила в экспедицию и ей одна кетская бабушка выдала страшную тайну — назвала родовые имена. Эти родовые имена еще есть у пожилых людей. Это страшная тайна, потому что у этих народов считалось, если выдать свое родовое, настоящее имя кому-то, тот завладеет твоей душой и ты попадешь в некое рабство. Так что имена очень тщательно оберегались. Но расшифровывать эти родовые имена кетская бабушка отказалась.

На фото: Елена Крюкова и носитель кетского языка. 2005 год.

Наши исследуемые селькупы свои родовые имена так и не выдали. У наших информантов вообще достаточно большое количество запретов и табу. Например, очень бережно они относятся  к своим снам. Только частично дают их расшифровку.  Когда я была еще студенткой, со мной училась Дарья Кудряшова, тоже представительница селькупского народа. Однажды она сильно простыла, ее вызывает на переговоры мама, тогда еще сотовых телефонов не было, и говорит: «Дочь, ты болеешь, у тебя температура, ты простыла». Даша спрашивает: «Как ты, мама, узнала, ты же в далеко в Колпашево». А мама отвечает:  «Ты во сне ко мне пришла вся в черном».

Что роднит кетов и индейцев?

Очень много общего у наших селькупов, хантов и особенно кетов с индейцами Америки.  Сейчас много комплексных исследований на эту тему.  Много общего у них в генетике. Много общего в языке. Кетский язык очень сложный и своеобразный. Во-первых, все языки, которые были похожи на кетский, уже вымерли: югский, коттский. Сейчас уже почти нет носителей кетского языка, нашим сотрудникам посчастливилось записать последних. В кетском языке есть, так называемый, элемент инкорпорации — это такое интересное построение глагола. Что как раз роднит кетов с индейцами — навахо. Сам по себе глагол этот — «делать», но в его основу добавляются разные показатели и он увеличивается. Чтобы его расшифровать нужно знать, что и в какой позиции должно стоять. Получается очень длинное слово, фактически предложение. Например, «я лыжи делаю», это очень условный перевод, потому что на самом деле, из этой фразы понятно кто делает, что делает. Кроме того, может быть указано постоянный ли это процесс или могут быть даны другие показатели: хорошо ли я это делаю, мастер ли я по лыжам, и это все одно слово.

На фото: чум селькупов.

Один бог хорошо, а разные — лучше

Селькупка Ирина Коробейникова нам рассказывала, что раньше они были язычниками, строились специальные амбары, туда приносили дары. Амбары ставились в труднодоступной местности, подальше от деревни, непосвященный их не нашел бы. Очень жесткий был запрет: ничего из этих амбаров брать было нельзя. Много рассказов, что кто-то что-то брал из этих амбаров, а после сходил с ума. Были идолы разных размеров, были кавалозы — домашние идолы. Когда христианство дошло и до селькупов, как вспоминает Ирина Коробейникова, ее мама поставила дома икону, а рядом с иконой небольшую лесенку. У селькупов считалось, что шаманы способны путешествовать по всему миру: в нижний и верхний мир, так вот мама Ирины, чтобы новый бог мог подниматься вверх и спускаться в наш мир, эту лесенку и поставила. Сама Ирина Коробейникова в своей сумке носила и идола, и иконку, говорила — помогает. Кстати, если идол не помогал, его сжигали. Домашних идолов чаще всего хранили на чердаках, чтобы дом оберегал. Можно сказать, что они приняли христианство, но свои верования так и не отвергнув до конца.

Малочисленные народы Сибири: есть ли будущее?

Активно говорящих на селькупском языке буквально три - пять человек: Ирина Коробейникова, Яков  Мартынов, но ему уже под 80, Наталья Иженбина из Колпашева. Есть селькупско-русский диалектный словарь, он вышел в 2005 году. Есть достаточно большое количество других словарей, и по северным, и по южным селькупам, есть и хантыйские словари. Словарей много, но словарь не всегда раскрывает всю суть языка. Иногда к нам поступают неожиданные предложения по сохранению этих языков. Например, интересное предложение было от областной администрации. МЧС собирается выпустить брошюру о безопасности и хочет, чтобы ее перевели на разные языки, включая селькупский и кетский.

У селькупов в поверьях два основных дерева: кедр и береза. Они символизируют смерть и жизнь. На березе есть черные полосочки и селькупы говорят, что это отметки, по которым шаманы поднимаются вверх, поэтому она — светлое дерево, дерево жизни. А кедр — дерево смерти. Поэтому и хоронили в кедрачах. И даже в их сказках, если кто-то доплыл до берега, где кедры растут, это сразу сигнал, что что-то неприятное будет или даже смерть. Были надземные захоронения, когда сверху устанавливали домовину, были и подземные и, так называемые, воздушные. Воздушные — это когда в кедре выдалбливались ниши и прикрывались корой, так чаще всего хоронили детей.  Сейчас всех хоронят в основном в земле. Но вот в Иванкино, это этническое селькупское поселение в Колпашевском районе, еще сохранилась древняя традиция: хоронят они в земле, но сверху пристраивают домовину. И, кстати, в Иванкино еще не так давно преподавали в школе селькупский язык.

Общение с малочисленными народами оставляет такое разное ощущение: с одной стороны — это мудрые народы, которые смогли приспособиться к жизни в очень сложных условиях, с другой стороны — это народ-ребенок, их очень часто и жестоко обманывали, отбирали хорошие земли. Вот этой мудрости, в сочетании с детскостью, наверно, больше нет ни у кого.

Метки: изучение языков малочисленных народов, кеты, малочисленные народы Сибири и Севера, селькупы, Томск, ханты, чулымцы, Томская область

Поделитесь
Первая Частная Клиника
МАРАФОН КРАСОТЫ И ЗДОРОВЬЯ
Поделитесь