Боевые мои, родные...

В моей семье войны не было... Как будто не было... Дедов моих можно условно разделить на южан и северян. Мамины родители - Надежда и Нестер Борщевы жили в деревне Баево на Алтае. Папины - Ульяна и Прокопий Дубровские - в городе Колпашево, на северо-востоке Томской области.

Воевали и Нестер Борщев, и Прокопий Дубровский.

Молодые мои родители - такие же, как я сейчас, - возили меня с сестрой, конечно же, на юг. На Алтай... И это было такое солнечное счастье! Голопузым карапузом бегать по горячей от солнца пыли улицы, которая мне казалось тогда длиннющей... А еще - ловить стрекоз в глубоких отпечатках коровьих копыт на болоте рядом с небольшой речкой Кулундой. А еще - ходить на рыбалку со старшим братом Вовкой и, конечно же, своими воплями и брызгами распугивать ему всех карасей... А еще - кормить малюсеньких пушистых утят блинами, которые только что напекла бабушка... Все это - даже не воспоминания, скорее — ощущения, картинки... Потому что было мне тогда годков совсем мало.

Помню, как дед Нестер катал меня на тракторе, как возил с двоюродными братьями на пункт, где взвешивают сено, как мы тонули в громадных стогах... Как все - внуки и внучки разных возрастов - садились за стол... И вот эти дедовы морщинки вокруг глаз, и улыбка...

 

А войны не помню... Хотя, ведь и правда в дальней комнате в избе висела фотография человека в форме. Это бабушкин брат, пропавший без вести. А в шкафу дедов пиджак с медалями и орденами...

Нестер Борщев прошел всю войну - с 41-го по 45-ый. Служил он на 1-м белорусском фронте, в армии генерала Говорова. Связистом. Говорил, истории, как связисты ползли под пулями и зубами сжимали провода, обеспечивая связь, - все правда. Дед дважды был в плену. Оба раза бежал и вновь возвращался на фронт.

И еще немного не политкорректного и не укладывающегося в моей мирной голове...Его части шли через Прибалтику и там, по словам деда Нестера, солдатам накрывали столы, но после застолья и «радушного приема» не выживал никто.

Собственно, это и все, что знает моя семья о нашем бойце Нестере Борщеве. Никогда о своей войне дед не рассказывал. Ни-ко-му! И когда приехали студенты из Барнаула с магнитофоном и уговорили-таки рассказать, они закрылись в доме и никто, даже бабушка, не знают, о чем вспоминал солдат Борщев.

И военные фильмы он не мог смотреть. Мама говорит, - плакал в кинозале. И когда мама училась в школе, учителя на 9 мая и другие военные даты просили - пригласить на встречу с учениками отцов, которые воевали в Великую отечественную... Но дед не ходил. Да мама и не предлагал. Знала ведь - не пойдет Нестер Никитич.

Прокопий Дубровский - папа моего отца. Дед был суров, не слишком-то разговорчив. О том, что воевал напоминала изувеченная кисть руки. Но это ему не помешало отучиться на закройщика в Москве и стать первоклассным портным.

 

Прокопия Дмитриевича в Колпашеве уважали. А папе - высокому стройному щеголеватому студенту новосибирского НИГАИКа, - наверное очень завидовали однокурсники. Пиджаки и костюмы сидели на нем идеально.

Ушел Прокопий Дубровский на фронт в 19 лет. Добровольцем. В составе 22-ой гвардейской Сибирской добровольческой дивизии. Ее сформировали в июле 42-го. Два месяца в учебках - и вот мой дед, совсем тогда юный, едет в Подмосковье. А дальше... Вот папа отдал мне такую пожелтевшую брошюру «Наша с тобой биография» - об истории 22-ой гвардейской Сибирской добровольческой дивизии. Там полно партийной идеологии и кондовой такой пропаганды, от которой сейчас волосы дыбом. Но в боях за подмосковный город Белый дивизия потеряла почти 3 с половиной тысячи солдат. 550 человек отправились с полей сражений в госпитали. Вот и мой дед... Может после Белого, а может после Курской битвы, а может - после боев на Смоленском направлении... Не знаю. В лазаретах он провел долгое время. И вернулся в Колпашево уже в самом конце войны.

Где воевал и как воевал, дед Проня никогда не говорил. Ни с женой, ни с сыновьями. И о том, что ранение в руку у отца - не единственное, мой папа узнал чисто случайно уже взрослым человеком. Из воспоминаний только одно - это невыносимая боль в ушах от дырявых бочек, которые с громким свистом летели из немецких самолетов... Чтобы - как пишут в идеологически выверенной брошюрке - сломить боевой дух противника.

И только вот, пытаясь написать о своих боевых дедах, я вдруг поняла, сколько войны, невысказанного ужаса и непередаваемой боли было в те военные годы в их жизни... И сколько счастья и солнца - в нашем с сестрами и братьями детстве...

От редакции. Историей своего солдата Вы можете поделиться на сайте moypolk.ru. Здесь же Вы можете прочитать истории солдат "Бессмертного полка".

 

Поделитесь
Первая Частная Клиника
ПРОФЕССИОНАЛЬНО, ОПЕРАТИВНО, КОМФОРТНО
Радио Свобода
Она, конечно, отчаянная. Актриса и человек. Ее театральная и кинокарьера – ярчайший пример отваги. Отважной она остается в любых обстоятельствах
Радио Свобода
Она, конечно, отчаянная. Актриса и человек. Ее театральная и кинокарьера – ярчайший пример отваги. Отважной она остается в любых обстоятельствах.
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?