Кресс к юбилею ГКЧП: Если не выполните, то расстреляем

19 августа — 25-летие со дня попытки государственного переворота в Советском Союзе. Об этом важном для истории страны событии корреспондент АН ТВ-2 поговорил с экс-губернатором Томской области Виктором Крессом. Виктор Кресс — 25 лет назад председатель Облсовета, вспоминает, как все происходило.

Если бы 25 лет назад можно было предугадать, что будет сегодня, то могла ли быть ваша позиция тогда 19-го августа 1991-го года иной?

Виктор Кресс, экс-губернатор: Сложный вопрос. По крупному, нет.  При всех катаклизмах, которые пришлось  пройти нашей стране,  огромных потерях, которые народ понес на первом этапе, разгуле бандитизма, который тогда был, сегодня жизнь лучше.  Тогда мы уже зашли в тупик и никто не знал выхода из него. То, что случилось 19-го августа 1991-го года, уже витало в воздухе, что-то должно было произойти.  Да, те люди, которые устроили переворот, они тоже хотели сделать лучше своему народу, но, исходя из своего понимания ситуации. Они хотели сохранить старую страну, но люди уже не хотели этого. Было потеряно время. Можно было где-то в 70-х годах пойти по китайскому пути, но не случилось. Поэтому произошло, то что произошло. Я думаю, что мы уже столько перенесли всего, впереди должно было лучше.

А помните ли вы ощущения тех дней через 25 лет? Вы расстерялись или было страшно?

Я помню это хорошо. Такое не забывается. Я был председателем совета народных депутатов. Тогда вся власть была в Советах, эта должность считалась главной в области. Поэтому ко мне шли все самые важные распоряжения из Москвы. Я на один край стола складывал распоряжения ГКЧП, а на другой край стола складывал требования президента Российской Федерации Бориса Ельцина. В это время у нас в гостях находился руководитель Росрезервов, мы хотели кое-что из него вытрясти, потому что дефицит был всего и вся. Мы с ним были на базе «Кедр», и в это время мне позвонил с сообщением, что случился переворот, Григорий Шамин. Мы с ним договорились, что он обзвонит всех, мы соберем совет. Областной совет был тогда своеобразный. 190 депутатов, половина была традиционной, и я к ним относился, партийно-хозяйственный актив и вторая часть, я их называю «люди пришедшие с митинга». И там непросто принимались решения, иногда стенка на стенку и голоса были один в один. В случае же с ГКЧП многие проголосовали за действующего президента Ельцина, в том числе и из блока партхозномеклатуры. Люди здравые, начали рассуждать: Ельцин всенародно избранный 12-го июня 1991-го года президент, гкчеписты – непонятно кто, самозванцы. И мы приняли тогда решение поддержать действующую власть. Составили график дежурства в Белом доме, потому что боялись провокаций. На первое дежурство заступил я сам. Когда я вечером посмотрел трясущиеся руки путчистов, я налил полстакана коньяка, выпил и успокоился. Мне стало все понятно.

А что было в распоряжениях ГКЧП?

Были очень жесткие требования. Вплоть до того, что если не исполните, то расстреляем.

А кого бы расстреляли. Вас?

Ну да. Там не было написано, что расстрел, но высшая мера наказания как для изменника родине.

А что требовалось-то?

Нужно было провести митинги, встречи в коллективах. И с одной, и с другой стороны были почти одинаковые требования. Но со стороны президента, не столь категоричные. Но с другой стороны после путча полетели головы тех, кто не поддержал. Во многих регионах поменяли руководителей. Именно после путча облисполкомы упразднили, создали администрации, которые стали исполнительной властью. Это был повод, чтобы, создавая новую структуру, просеять кадры, назначить лояльных людей. В нашей области ситуация была особой. Была постоянная драка между представителем президента Сулакшиным и действующим главой облисполкома Кушелевским. Поэтому в Москве не знали, кого назначать. Поэтому, как всегда бывает в жизни, когда двое дерутся, то выходит третий. Приехала комиссия, поговорили с людьми, сошлись на том, что есть мужик, который ни красный, ни белый, розовый (смеется) в политическом плане, но он рулит областью. Меня вызвали, предложили должность главы области, и я с радостью согласился, потому что представительная власть меня тяготила. Вот так на 20 лет я стал главой Томской области. Для меня ГКЧП стало судьбоносным. И не только для меня.

Подробнее о ГКЧП в Москве и в Томске читайте в материале очевидца событий Виктора Мучника.

Метки:  Томск, ГКЧП, Кресс, путч, Борис Ельцин

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?