Гость ЧП-суббота: "Мы не против, чтобы официальные браки геев назывались по-другому"

В Томске уже во второй раз прошел кинофестиваль "Бок о бок".  В его программе – показ  артхаусных фильмов из Швеции, Германии и Франции, посвященных проблемам сексуальных меньшинства. Организатор фестиваля - ЛГБТ движение. Это общероссийское движение в защиту сексуальных меньшинств. Показ фильмов сопровождался дискуссиями, обсуждением проблем сексуальных меньшинств в России. В гостях программы "Час Пик Суббота" Елена Костюченко - журналист "Новой газеты" и активист ЛГБТ движения.

Ведущая Юлия Мучник: Здравствуйте, Лена. Есть такое понятие – камин-аут. Это когда человек нетрадиционной ориентации раскрывается и рассказывает об этом самым разным людям. Вы такой камин-аут сделали для широкой публики год назад, когда публично объяснили – почему вы идете на гей-парад. Рассказали об этом в своем блоге, это широко разошлось по интернету. Что вам в себе пришлось преодолеть тогда, чтобы сделать этот комин-аут?

Елена Костюченко: Это произошло довольно естественно. Я до этого жила открытой жизнью И большинство моих друзей, родных, коллег были в курсе. Единственное, я не ожидала такой взрывной реакции на пост. Мне казалось, я проговариваю очевидные вещи. Оказалось, многие просто не понимают, за что мы боремся. А мы боремся за права. Геи и лесбиянки России лишены права на брак и на право совместной опеки над детьми.

Юлия Мучник: Т.е. для вас сейчас главное именно вот это – чтобы было разрешено регистрировать взаимоотношения.

Елена Костюченко: Да, для меня именно это главное. Потому что регистрация взаимоотношений – это не просто печать в паспорте. Это целый комплекс услуг, которые мы получаем. Автоматическое наследование без уплаты налога, право посещать человека в реанимации и принимать решения в этом случае; право не свидетельствовать против человека в суде  и прочее. Ну и конечно очень важно для меня – это отмена тех дискриминационных законов, которые сейчас принимает Единая Россия о пропаганде гомосексуализма.

Юлия Мучник: Получается, на все ваши выступления, на все ваши гей-парады реакция-то обратная. Принимаются законы, запрещающие пропаганду. Но мы же понимаем, что под пропаганду может подойти все, что угодно, в том числе и ваш нынешний Фестиваль. Получается, вы эту борьбу – проигрываете.

Елена Костюченко: Обратная реакция наблюдается у чиновников, у Единой России. А обычные люди наоборот, больше узнают о нас, что мы ничем не отличаемся, и поддерживают нас в нашей борьбе. Вот, например,  в Питере был образован союз гетеросексуалов за права ЛГБТ. Я знаю, есть родительские группы в Москве и Питере, которые борются за права своих детей.

Юлия Мучник: Лена, вас на последней гей-параде задержали. На прошлом вас ударили, и вы попали в больницу, и человек, который на вас напал – он никак не осужден. Тем не менее – вы с оптимизмом смотрите на перспективу борьбы за ваши права?

Елена Костюченко: Конечно с оптимизмом. Это общемировая тенденция. На самом деле, легализация  прав однополых семей – это самое естественное, что может быть. Мы все равны, мы все – люди, мы все имеем право на счастье. На нас должна распространяться 31-я статья Конституции как на всех остальных. Статья, которая регулирует семейные отношения.

Юлия Мучник: Многие считают, что для России все это слишком рано. В России эта борьба, эти гей-парады вызывают обратную реакцию. Пока нужно как-то по-другому, не так громко..

Елена Костюченко: Поверьте, она не вызывает обратную реакцию, я знаю о чем говорю. А во-вторых – что значит – «слишком рано»? У меня – одна жизнь. У 7 миллионов российских геев и лесбиянок – одна жизнь. Они не могут ждать, пока православные экстремисты  и депутаты Единой России скажут – «ладно, вы хотите свои права – вот вам кусочек».

Юлия Мучник: Может быть, здесь возможен компромисс. Вот если слово  «брак» вызывает такую реакцию у приверженцев традиционных взаимоотношений  - может быть здесь возможна другая формулировка, которая бы юридически закрепляла ваши взаимоотношения и распространяла все права и на вас.

Елена Костюченко: Мы много раз про это говорили – мы абсолютно не против, если это будет называться «гражданским союзом», «гражданским партнерством» .  Мы употребляем  слово «брак» - чтобы было понятно, чего мы хотим. Мы хотим, чтобы государство признало нас родственниками, супругами, со всеми вытекающими из этого правами.

Юлия Мучник: Давайте поговорим о вашей журналистской деятельности, о «Новой газете». Как вам кажется, почему «Новую газету», которая публикует самые острые и неудобные для власти материалы, невозможные в других СМИ - почему вашу газету до сих пор не закрыли?

Елена Костюченко: Во-первых, потому что у нас много читателей, которые держатся за нашу газету. И если что, они будут готовы за неё воевать. Во-вторых, режиму, который позиционирует себя как демократический, всегда нужна иллюзия свободы слова. Т.е. когда западные журналисты приходят к нашим чиновникам, силовикам и говорят – «у вас нет свободы слова», им отвечают «ну как же? У нас есть Новая газета, Эхо Москвы, Рен-ТВ. При этом – да, мы работаем, но у нас каждые 2-3 года убивают сотрудников.

Юлия Мучник: Вы делали самые разные материалы, объехали всю страну, были в горячих точках, опускались на самое социальное дно вслед за своими героями... При этом вы как-то сказали, что мы все не знаем свою страну. Что самое главное на ваш взгляд мы не знаем и не понимаем о своей стране?

Елена Костюченко: Мы вообще ничего не знаем о своей стране. Мы не знаем друг друга. У нас в стране нет общества как такового, нет народа как такового. Есть много разных социальных страт, которые время от времени друг с другом пересекаются, но чаще они знают друг друга и знать не хотят. Те же геи, женщины торгующие на рынке кинзой, дорожные рабочие, дезоморфиновые наркоманы. Вот сейчас принят закон  о запрете продажи кодеиносодержащих препаратов без рецепта, он широко обсуждается, но к обсуждению не привлекли наркоманов, для кого этот закон принимался. Я и мой фотограф – мы прожили в дезоморфиновом притоне около недели, и мы знаем эту проблему. Но, как правило, людям не дают голоса. И мне кажется, что цель новой социальной журналистики – дать высказаться каждому.

Юлия Мучник:  Как вам кажется – а наши люди говорить готовы? Они хотят? Могут?

Елена Костюченко: Бывают сложные ситуации, когда ты приезжаешь в сложное место вроде Кущёвки, где много лет был террор – сложно находить контакт с людьми. Но когда они видят – что ты готов их услышать – они начинают говорить.  Главное – услышать.

Юлия Мучник: О Кущёвке – один из последних ваших материалов. Человеку укрывавшему там убийцу, Сергею Цеповязу, присудили штраф в 150 тысяч рублей. Это в 2 раза меньше, чем сейчас митингующие будут платить. Вы написали статью об этом – и ничего, таким штраф и останется. У вас бывает то, что называется «журналистским отчаянием»?  Вы пишите, а ничего не меняется.

Елена Костюченко: Конечно бывает. Но при этом в этот момент я стараюсь четко помнить о целях нашей профессии. Цель – не менять мир, а рассказывать людям о мире. Мы даем информацию, сообщаем, что произошло, а нужно ли что–то менять – люди решают сами.

Поделитесь
Первая Частная Клиника
ПРОФЕССИОНАЛЬНО, ОПЕРАТИВНО, КОМФОРТНО
Деревенское Молочко
4 июня состоиться праздник "День молочка" !
SELDON basis
ПРОВЕРЬ ПАРТНЕРА И КОНКУРЕНТА
Поделитесь