Евгений Рубцов: Рынок производства муки — это жесточайшая конкуренция

На телеканале ТВ-2 вышел первый выпуск программы "Ближе к делу". Программа об экономике, бизнесе и предпринимателях. Выходить в эфир будет еженедельно. Ведущие: журналист "Час Пик" Александр Красноперов, продюсер "Часа Пик" Ольга Дубровская и директор интернет-агентства новостей ТВ2 Сергей Колотовкин.

- Евгений Леонидович, осень для мукомолов - начало нового сезона. Будем с хлебом?
- Урожай этом году хороший. Но, конечно, как всегда есть проблемы с погодой и, соответственно, уборкой.
- Что с ценами будет?
- Не люблю делать прогнозы. Повторяю - урожай хороший, но немало будет зависеть от погоды.
 

Жесточайшая конкуренция
- Евгений Леонидович, в отчете «Томских мельниц» за прошлый год сказано, что в 2012-м в России продолжилась тенденция снижения производства муки. При этом «Томские мельницы» увеличили производство на 20%. В чем причины первого и второго?

- Во-первых, структура потребления населения России меняется - люди меньше едят хлеб и больше овощей, мяса, других продуктов. Это нормальная тенденция: мы по норме потребления движемся к Европе - там хлеба еще меньше едят. Вторая причина связана с тем, что Казахстан за счет лучшей сбытовой и маркетинговой политики и определенных оргмоментов перехватил рынки сбыта в Средней Азии - а это примерно полмиллиона тонн. В первую очередь туда алтайские производители муку поставляли, а мы - немножечко. Что касается «Томских мельниц» - мы удерживаем свои рынки сбыта и даже прибавили - больше 100 тысяч тонн в прошлом году сделали, это чуть превышает один процент от всей производимой в России муки.
- Куда поставляете продукцию?
- Процентов 40 - Томск и Томская область. Остальное на восток - Кемеровская область, Иркутск, Бурятия, Хабаровск, Владивосток, Сахалин — там 15-20% их потребления наша мука, Камчатка.
- Как удается конкурировать, когда под боком зернопроизводящий Алтайский край с более лучшими погодными условиями. А Томск еще и транспортный тупик?
- Да, Алтай - наш главный конкурент. Для понимания - алтайские мукомольные заводы производят 20% российской муки и продают ее по всей стране, - мы — чуть больше одного процента. На Алтае заводов с таким объемом производства как у «Томских мельниц» около 25. А конкурировать удается за счет качества — его мы ставим во главу угла. Понимаем, что если хоть один раз опустимся чуть ниже среднего уровня, хоть один мешок некачественной муки продадим - мы с этого рынка вылетим.
Чтобы обеспечить качество нужны современное оборудование и, может, это первое - кадры. Можно говорить о преимуществах-недостатках того, что средний возраст работников у нас  - выше 30-ти. Но зато это традиции качества, идущие с 1980 годов - ниже очень высоко заданной планки такой коллектив просто не может опуститься. На Алтае много современных, по технологии может даже более интересных предприятий, но коллективов с такими традициями нет.
И еще мы очень трепетно относимся к сырью. Всегда делаем комбинированную зерновую начинку: из томского зерна, красноярского, омского, новосибирского - подбираем самый оптимальный вариант под клиента и под качество. Алтайцы гонятся за удешевлением и нередко используют зерно качеством ниже среднего. Наша продукция получается дороже, но качественнее. И потребитель это ценит.
- И какова разница в цене?
_ Наша мука дороже алтайской на рубль-полтора за киллограмм. Но половина этой суммы — наши транспортные расходы на привоз зерна, которых на Алтае нет. И уровень средней зарплаты у них меньше. К тому же половина заводов находится в селах - там еще ниже зарплаты.
- В 2000 году «мельницы» приобрели в Кожевниковском районе хозяйство "Вороновское" — зачем?
Это было спонтанное, но комплексное решение. Бывают годы, когда себестоимость производства зерна и рыночная цена на него разнятся в два раза. Бывают, к сожалению для крестьян, годы, когда рыночная цена ниже себестоимости, как складывается в этом году. Это первое. Во-вторых, у нас есть мельница ржаного помола, а рожь у сельхозпроизводителей вышла из оборота  из-за низкой закупочной цены. И мы рожь искали бог весть где - за тысячи километров. Сегодня же мы выращиваем 70 процентов необходимой нам ржи и чувствуем себя уверенно, по крупе овсяной закрываем потребности.
- А по пшенице?
- Пшеницы в лучшем случае мы выращиваем на месяц, а то и дней на 15. Для понимания - «мельницы» ежесуточно перерабатывают вагонов зерна 10 по 68 тонн каждый. Вся Томская область не может закрыть наши потребности в продовольственном зерне. И еще есть пиковые периоды: вот осенью зерна прошлого года не хватает, а новое еще не подошло. Или крестьяне придерживают в ожидании более высокой цены. И вот здесь вороновское зерно, кстати, качественное, нас выручает - сентябрь закрываем.

Удержать рынки
- Задача «Томских мельниц» - получить новые рынки или удержать нынешние?
- Надо быть реалистом: задача - удержать рынки, которые есть. Поймите, есть периоды, когда мы 6-8 месяцев в году вынуждены работать с нулевой рентабельностью и даже отрицательной - с тем, чтобы удержать партнера-покупателя и за счет этого получить в целом положительные результаты по году.
- Еще о финансах: выручка за 2012 год под полтора миллиарда рублей, а чистая прибыль только 53 миллиона. Отчего так мало?
- Рентабельность нашего производства все 26 лет колеблется от 2 до 5 процентов. И я не знаю ни одного мукомольного производства, где рентабельность была бы существенно выше. Это такая специфика. Ведь конкуренция на рынке производства муки жесточайшая. По имеющимся производственным мощностям - перепроизводство возможно в два раза. В советское время на Алтае создали мельницы, чтобы они снабжали Среднюю Азию и Монголию. В начале 1990-х мукомолье было привлекательным, построили много современных заводов — в итоге перепроизводство.
Вот есть на Алтае 5-6 предприятий, которые сопоставимы по качеству с «Томскими мельницами». Может даже чуть лучше - посовременнее оборудование. Значит, что? Конкуренция только по цене и условиям оплаты. Даем отсрочку в 2-3 месяца, на север поставляем — до 6 месяцев. А в это время надо работать - берем кредиты, а это же увеличение себестоимости и уменьшение прибыли.
Есть у меня голубая мечта выйти на 100 млн прибыли в год. И это необходимо, учитывая предстоящую реконструкцию предприятия. Сумма — около 500 млн. рублей. Окупаемость проекта в 5 лет для мукомолья нереальна - 7-8 лет. При этом я не могу всю прибыль на проект направить, есть же обязательства перед коллективом, на который уходит примерно треть от суммы чистой прибыли - пособия к отпуску, неплохой соцпакет. В общем, хорошо бы иметь около 100 миллионов прибыли в год.
Не сложилось
- Крупные сырьевые предприятия (нефть, древесина и т.д.) в конечном итоге идут к его более глубокой переработке сырья - там рентабельность выше. Но не слышно, чтобы «Томские мельницы» покупали хлебозавод, кондитерскую фабрику. С чем это связано и есть ли планы такого рода?
- Убежден, что каждый должен заниматься своим делом и должна быть глубокая специализация: занимаешься мукой, должен в этом стать профессором, а все остальное вторично. В мире, например, не знаю мукомольных заводов, которые сами выращивают зерно.
Конечно, вторичная переработка муки представляет интерес - хлеб, кондитерские, макаронные изделия. Но у нас не сложилось. Мы подступались к двум хлебозаводам. Были акционерами завода «Хлебулк», если кто помнит такой - 15 процентов акций. Но оказались не очень расторопны - нас опередили, те, кто пришли после нас, были удачны. Рассматривали проект по комбикормам с птицефабрикой, но тоже не сложилось.
Вообще, у меня такая сугубо индивидуально психология - проведя много экспериментов за 26 лет считаю, что управляемо то, что находится в пределах моего периметра. Есть забор, семь гектаров внутри - я каждый их каждый день вижу, людей чувствую. А все, что уходит вдаль, зависит субъективно от другого. человека. Мне вот в Вороново повезло: руководитель хозяйства отличный специалист, порядочный человек, перспективный - там я спокоен. В других случаях не получилось найти.

Политпродукт
- Еще есть момент - хлеб стал таким политически-социальным продуктом. Единственным на сегодня, наверное — ни мясо, ни сахар и даже ни соль такими не воспринимаются. А вот хлеб - из поколения в поколение втемяшилось руководителям нашего государства, уже, наверное, генетически с 17 года, когда в Питере хлебный бунт привел к тому, к чему привел, втемяшилось, что хлеб — это страшно. Хотя доля затрат на хлеб у самой низкооплачиваемой семьи меньше пяти процентов от доходов. А когда регулируют хлеб, то и муку тоже. Гласно, негласно. Вызывают, настоятельно рекомендуют ... Но я же тертый гусь и знаю, что в когда можно повысить цену, и я превышу некие пороговые значения, скажем пять процентов рентабельности, меня пригласят и... поэтому я держусь.

Работаем на сержанта
- Вы долго были депутатом и все знаете про областной бюджет...
- Про областной бюджет никто все не знает.
Хорошо, известно, что самую большую часть налогов дает «нефтянка», на втором месте — «Томское пиво». А «Томские мельницы», а пищевики вообще?
- «Томские мельницы» платят налогов 80 млн. рублей в год. Понятно, что это несопоставимо с тремя миллиардами «Томского пива». «Сибирская аграрная группа» и межениновская птицефабрика, думаю, больше «мельниц платят».
- Что нужно сделать, чтобы увеличить долю от пищевиков? Или вы на пределе?
- Нет, не на пределе. Если работаем так, а не иначе, значит не хватает умения, квалификации. Это главное. Но есть и объективные причины.
Вот автотранспорт с учетом последних требований к дорогам сводят, на мой взгляд, к тому чтобы продукцию возили на «Газелях». Поймите - 10 вагонов зерна в сутки пришли, мы ее переработали и 10 вагонов продукции должен увести, но погрузить ее на автомобили «РЕНО» грузоподъемностью 30 тонн, которые у нас есть, я не могу из-за  пресловутого ограничения нагрузки на ось в 6 тонн и вынужден даже не в «КАМаз», а чуть ли не в «ГАЗель» грузить. Идиотизм!
Кстати, то, что мы платим запредельные штрафы за превышение нагрузки на ось - до дорог мизер не дойдет. Мы работаем на сержанта, который стоит на дороге, до 90 процентов работаем на сержанта - водителю выгоднее заплатить взятку и ехать дальше. Но иногда он нарывается на лейтенанта или неподкупного сержанта (и таких к сожалению-счастью становится больше) - и тогда бешенные штрафы.

Железная дорога - ежегодно 8-10-12% рост тарифа. Было и 15. Другой вопрос - мы из Красноярского края возим зерно 15 лет. Всегда вагоны приходили за 4 дня. Сегодня 8-й день - вагонов нет. Где они? Стоят на Томске втором-первом, на ст. Тайга? Бывает отгруженная на Дальний Восток мука на красноярской железной дороге находится на отстое 10-12 дней! Словом, после реорганизации РЖД, когда вагоны отдали сначала дочерним, а потом и частным кампаниям, с поставками вагонов стало лучше (раньше за 40 дней! Надо было заказывать, но по времени доставки- серьезно хуже.

Такие крохи
- Вы, как ассоциации пищевиков, другие ассоциации выходите с названными проблемами на областную власть — это ведь их забота?
- Работаем и с администрацией Сергея Анатольевича Жвачкина, работали и с администрацией Виктора Мельхиоровича Кресса. Нас слышат, что-то решается, но что-то не решается в целом России. По железной дороге — это ведь не томская, а общероссийская ситуация. Запреты по автотранспорту - федеральное законодательство. Все разумные предложения администрация поддерживает. Но есть проблемы медленно решаемые.

Вообще, с моей колокольни трудно судить, но считаю, что в целом инфраструктурные проблемы в России решаются плохо, что стратегия развития инфраструктуры выбрана неправильно. Мне кажется, что высшее руководство страны решило развивать инфраструктуру через точечные проекты престижного свойства - олимпиада, чемпионат мира, АТЭС. Я же думаю, что такая огромная концентрация сил и средств создает больше возможностей в мутной воде отвести ручеек в сторону. А с точки зрения Томска это вообще несправедливо - вряд ли нам проведение олимпиады светит. Хотя маленькие кусочки от этой стратегии отхватывали - 400 лет, российско-германский саммит. Но это такие крохи.

Взять барьер
- Проблемы административного свойства?
- Есть административные барьеры и барьеры партнеров. В последнем случае  - в первую очередь это взаимоотношения с сетями. Предприятия пищевой промышленности, которые занимаются розницей, могли бы серьезно увеличить объемы прибыли, зарплат, налогов, если бы им удавалось более дешево взаимодействовать с сетями.
Высокая цена входа?
Сети монопольны — и высокий вход, и скидки по цене ниже себестоимости, и отсрочка платежей до 60 дней. Все рекламные акции - за счет производителей. Такое у меня впечатление, что бум строительства торговых площадей в большей степени идет за счет поставщиков продукции - сети даже кредиты не берут, а пищевики повязаны кредитами. И сети становятся интернациональными - трудно найти в области компетентного руководителя, с кем можно было проблемы - руководители в столице.
- Централизация? Вертикаль?
- Да.
Административные барьеры?
- Писанина, пресловутые проверяющие. Абсурднейшие требования. Маленький пример. На «мельницах»  своя пожарная  охрана - автомобиль, круглосуточный пост, охрана - много людей. Но меня заставляют установить пожарную сигнализацию - на круглосуточном работающем предприятии, чтобы эта сигнализация звонила этому же охраннику. Когда люди работают. В каждом цехе установка - чуть ли не полмиллиона, а у меня таких цехов куча.
Второй пример. После известных аварии в Кузбассе придумали раз в пять лет обследовать техническое состояние производственных зданий и сооружений специально обученными людьми, которые должны иметь лицензию. В Западной Сибири таких коллективов только четыре! А только у меня зданий таких шесть. Приезжают» «За каждое здание - миллион». Два хорошо одетых человека в галстуках и с дипломатами. Наблюдаю, что делают. Померили, пощупали, сделали пять фотоснимков. Пишут толстенный отчет, в котором 95% текста для Краснодара, Томска, Сахалина и, может, Нью-Йорка идентичны. А пять процентов - мои фотографии с какой-нибудь трещиной, которую я и без них вижу. За это — миллион. Нет конкуренции.
Таких примеров, кажется, маленьких - десятки. И получаются суммы и затраченное время. С этим администрация должна бороться. Где-то ей это удается, но в большей степени нет - проблем много.

Для справки. Евгений Леонидович Рубцов, генеральный директор акционерной компании «Томские мельницы», председатель Экспертного совета по по агропромышленной политике и природопользованию. Окончил в 1976 году физико-технический факультет Томского политехнического института. В 2004 году окончил Томский госуниверситет по специальности «экономист-менеджер». С 1976 по 1985 год – командир областного студенческого строительного отряда, общий же стаж работы в ССО — 14 лет. С 1985 по 1987 год – заместитель генерального директора областного производственного управления хлебопродуктов. С 1987 года - директор Томского комбината хлебопродуктов. С 1991 года – генеральный директор акционерной кампании «Томские мельницы». В 1998-2002 годах - руководитель Ассоциации пищевиков Томской области, недавно вновь избран на эту должность. Депутат областной Думы четырех созывов - с 1994 по 2011 год.

Награжден орденом «Знак Почета», орденом Дружбы, медалью «За трудовую доблесть», знаком отличия «За заслуги перед Томской областью», высшей общественной наградой России в сфере производства продовольствия «За изобилие и процветание России».

Для сведений. В 1989-1993 годах была проведена реконструкция мельничных заводов N1 и N2 с установкой высокопроизводительного оборудования, изготовленного по лицензии швейцарской фирмы «Бюлер». В 1994 году построен мельзавод N3 по переработке ржи. В 2000-м открыт филиал «Сельхозпредприятие «Вороновское» в Кожевниковском районе — 12 тысяч гектаров сельхозугодий. В 2002 году завершено акционирование предприятие и образована акционерная кампания «Томские мельницы».
На сегодня производственный комплекс состоит из элеватора на 40 тысяч тонн, двух мельничных заводов с общей переработкой 500 тонн зерна в сутки, завода по переработке 100 тонн ржи в сутки, комбикормового завода производительностью 430 тонн в сутки.
Коллектив - 326 человек. Средняя зарплата около 30 тысяч рублей. Половина работающих имеют высшее и среднее специальное образование, в основном мукомольное. 40 процентов имеют стаж работы до 10 лет, 50 процентов - свыше 10 лет, 10 процентов - свыше 25 лет. На предприятии много династий в третьем-четвертом поколении.
В прошлом году «Томские мельницы» произвели больше 100 тысяч тонн муки — выручка от продаж составила почти полтора миллиарда рублей. В ассортименте пшеничная мука всех сортов, мука ржаная и овсяная, несколько видов крупы, диетические продукты и комбикорма.
С 2004 по 2012 год предприятие пять раз было удостоено высшей ведомственной наградой мукомолов - «Лучшая мельница России». Имеет три золотых медали и Гран-ПРИ всероссийского смотра качества «За изобилие и процветание России».
Сегодня «Томские мельницы» готовят проект реконструкции производства  стоимостью около 500 миллионов рублей.

Поделитесь
Первая Частная Клиника
ПРОФЕССИОНАЛЬНО, ОПЕРАТИВНО, КОМФОРТНО
SELDON basis
ПРОВЕРЬ ПАРТНЕРА И КОНКУРЕНТА
Поделитесь