ЭТО БЫЛА ВОЙНА, А МЫ БЫЛИ СОЛДАТАМИ

26 апреля 2016 года исполняется 30 лет со дня аварии на Чернобыльской АЭС. Катастрофа в Чернобыле остается  крупнейшей в истории атомной энергетики по количеству жертв, ущербу, который был нанесен экономике и экологии, по количеству задействованных в ней ликвидаторов. По данным общественной организации «Томский союз «Чернобыль», на ликвидацию аварии из Томска направили от трех до пяти тысяч человек. Точных цифр нет, потому что изначально все данные об аварии были засекречены. Известно, что 12 томичей были добровольцами, а остальные поехали по направлениям или по приказу. Сейчас в Томске живет 1658 участников ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС.

Взрыв на атомной станции произошел 26 апреля ночью, он полностью разрушил реактор на 4-м энергоблоке. Сразу погибли двое человек, по итогам первых трёх месяцев от полученного облучения – ещё 31 человек. В первые дни после взрыва в радиусе 20 километров от АЭС жителей вывезли из их домов. По данным официальных источников, эвакуации подлежали свыше 11 тысяч человек. На ликвидацию аварии было направлено более 800 тысяч ликвидаторов, из них 600 тысяч — военнообязанные, 200 тысяч — специалисты и вольнонаемные.

В настоящее время на Чернобыльской АЭС завершается этап освобождения блоков от ядерного топлива, а также идет строительство нового укрытия над старым саркофагом. Сейчас там работает 730 человек, более трехсот из них — бывшие работники станции.

Известному в Томске художнику Алексею Редчицу было 37 лет, когда его призвали, как военнообязанного, на ликвидацию последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Отказаться от поездки он не мог.

В данном видеоматериале содержатся сцены курения. Минздрав предупреждает: курение вредит вашему здоровью

Рассказывает Алексей Редчиц:

— Я солдат, причем, советской выучки. Пришла повестка из военкомата — явиться, я и явился. В училище связи дали гимнастерку, сапоги, пилотку и вещмешок. Я когда домой пришел в этом обмундировании, а жене ничего об отправке не сказал, она открыла дверь и заплакала. Муж стоит в солдатской форме: война! А это действительно была война, другим словом не назовешь. На следующий день на самолет и вперед — на мины. На первой вахте я работал в специальном управлении отделочных работ. После взрыва на станции все заражено: стены, потолок. Чтобы понизить уровень радиации, нужно было забросать все эти фонящие стены раствором. На самой станции порядка полутора тысяч помещений. На вечерней планерке мне дают список помещений, которые я должен до конца дня обработать, я иду туда с дозиметристом.  Дозиметрист ходит, меряет пораженные участки и выдает мне доз-карту. Там расписано по минутам, сколько времени в данном месте может работать человек. Я принимаю карту и работаю по ней. Если произойдет переоблучение человека — виноват в этом буду я. Еще сама станция– очень сложный механизм: трубопроводы, тупики. Чтобы не заблудиться, мастерам выдавали специальные книжечки карманного формата. Когда мы шли мерить радиацию с дозиметристом, я отмечал в книжке, как туда пройти. Чтобы не заблудиться, и чтобы пройти по максимуму по «чистым местам». Что такое «чистое место» — это место, которое промыли дезинфицирующим раствором. Так вот по «чистой» дорожке можно пройти, а в других местах уже нельзя, там пыль и грязь радиоактивная.

Всего на Чернобыльской АЭС Алексей Редчиц провел девять вахт, 140 дней. После первой вахты переехал в сам Чернобыль, который находится от станции в 18 километрах.   Круглосуточно делали бетон, которым заливали саркофаг атомной станции, выпускали бетонные блоки, из которых создавали могильники для радиоактивного мусора.

— Вахта продолжалась 11 часов с перерывом на обед. Радиационная нагрузка очень высокая. Защита: белый костюм, белая каска и маска — лепесток на лицо. Никаких спецкостюмов не было, все пронизывалось радиацией. Из-за нагрузки была дикая усталость, полдня еще не прошло, а ты уже валишься с ног, коленки дрожат, слабость, пот, есть не хочется, подташнивает. Нерадостная атмосфера, толпы людей в одинаковой одежде, одни мужчины, редко женщины попадались, детей, естественно, нет. Насекомых нет,  представляете. Лето, август, жара, а в воздухе ни одного комара, паука или мухи. Птиц почти нет, одни вороны, здоровые, как поросята, и сверху смотрят. Жутко, честное слово. И собаки, вылетают из лесополосы стаей, озверевшие.

По словам Алексей Редчица, тогда страшно никому не было, потому что никто толком ничего не знал о радиации, о ее последствиях. Все ликвидаторы молча шли и выполняли приказ.

— Страшно было, когда ребят потом носишь на кладбище. До 50 лет редко кто доживает. Вот это страшно. Когда один за другим, как огоньки гаснут. Онкология, инсульт, инфаркт. А я живой. Анатолий Долгов (председатель «Томского союза «Чернобыль» – прим. редакции) сказал, что тяжело было перейти 50-летний рубеж. Если перевалил этот рубеж, есть еще какая-то надежда, что поживешь какое-то время. Но годовщину все равно надо отмечать. Это день памяти людей, которые ушли, которые сгорели. Недавно я читал воспоминания старшего оператора управления реакторного блока Чернобыльской АЭС, который во время аварии был дома. Ему нужно было к 8 утра 26 апреля заступать на смену. А ночью: звонок, тревога. Уже утром он приезжает с начальником реакторного цеха на станцию и со стороны четвертого блока выводят обваренных людей, с красными лицами, с радиоактивными ожогами. Они уже идти не могут, падают и погибают. Это персонал станции, они знали, куда шли.

— От государства я не получил положенной мне квартиры, я ни разу не был в бесплатном санатории, не потому, что я занимаю какую-то принципиальную позицию. Мне вот это бесплатное, и абы какое, не надо. Если раньше, лет 10-15 назад чернобыльцев еще ценили, то теперь мы, как и все инвалиды: вот тебе 50 рублей на кашки и палата на шесть человек. Какие-то сложные условия сейчас в нашем государстве. И некоторым категориям граждан предложили потерпеть до тех пор, пока они не вымрут, а это быстро произойдет. Да, конечно, спохватываются раз в год: ребята, у нас же есть чернобыльцы, а давайте им грамоты выпишем! Нормально.Ну сколько можно носится с этими чернобыльцами! Ну съездили, ну выжил ты, повезло тебе. У нас триста с лишним человек не дожили до сегодняшней даты. А тебе повезло, так радуйся и не проси ничего. Вот я и не прошу. Выложили в Фейсбуке доходы областного руководства, начиная с губернатора. Я радуюсь за них, все у них замечательно. Они живут в своем государстве, а я живу в своем. Например, чернобыльцу чтобы заявить о своих правах, нужно пройти суды всех инстанций. У нас все томские ликвидаторы суды прошли, доказывая, что внезапно навалившиеся на наш организм болезни связаны с ликвидацией последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Я сам два суда прошел. В районном суде судья Шамин отказал мне, а в областном суде в три секунды отменили решение первого суда. Не зря мы голодали дважды. Нам какая разница, от чего помирать: от голода или от болезней. Тогда, конечно, приезжают и решают какие-то проблемы. А что, без экстрима, разве нельзя.

Добавим, до 2007 года контакт чернобыльцев с властью налажен не был. Томские ликвидаторы два раза объявляли бессрочную голодовку, чтобы защитить свои права. Государство, которое обещало чернобыльцам медицинские и коммунальные услуги. У ликвидаторов были проблемы с медицинским обслуживанием, выдачей лекарств, получением жилья и выплатой положенных государством пособий. 

По словам председателя «Томского союза «Чернобыль» Анатолия Долгова, сейчас проблемы понемногу решаются. Глобальных проблем в настоящее время нет.

Метки: годовщина аварии на ЧАЭС, Алексей Редчиц, чернобыльцы, ликвидаторы аварии на Чернобыльской атомной станции

 

 

Поделитесь
Первая Частная Клиника
МАРАФОН КРАСОТЫ И ЗДОРОВЬЯ
Дом детской моды Lapin House
Аттракцион неслыханной щедрости в LAPIN HOUSE
Поделитесь