Елена Макарова: Весь этот процесс безусловно сопровождает телефонное право

3 сентября Иркутский суд принял решение об условно-досрочном освобождении Александра Макарова. Бывший мэр Томска был приговорен 12 годам лишения свободы. Отсидел, как положено, две трети срока и подал на УДО. Сегодня Александр Макаров уже мог освободиться, но иркутский прокурор по надзору за колониями и сизо, подал апелляцию.

Интервью с женой Александра Макарова - Еленой Макаровой.

- Сегодня я уже могла бы его после обеда встретить. Но в пятницу вечером адвокат съездила в районный суд, который 3 сентября вынес решение об условно-досрочном освобождении и обнаружила там протест прокурора области по надзору. Мне сложно давать юридические оценки этому документу, там удивительнейшим образом прокурор по надзору абсолютно не ссылается на мнение своего коллеги из района, который 3 сентября в суде поддержал УДО. Прокурор, обжаловав решение суда, ссылается на мнение колонии. А колония, дав хорошую характеристику, не рекомендовала выпускать Александра Сергеевича условно-досрочно, потому что у него есть два нарушения, полученные в Томске в 2011 году. Одно нарушение было в сизо, второе нарушение уже в колонии № 4, через несколько дней после того как его туда доставили.

- Что это за нарушения?

- Первое нарушение, в сизо, связано якобы с некорректным поведением Александра Сергеевича. У Александра Сергеевича случился приступ панкреатита и он попросил пригласить к нему врачей. Врачи не шли более двух часов. Приступ панкреатита в летальную стадию может перейти очень быстро. А так как Александр Сергеевич знает об этом, он безусловно начал нервничать. Но на тот момент в мед. части работали девушки, а с женщинами никаких некорректных вещей он в принципе не допускает. СИЗО, когда подавало прошение об этом нарушении, сослалось на мнение сотрудника, который привел этот медперсонал, который оказывается в этот момент ел и которому было некогда посетить больного. Потом он на суде говорил, что Александр Сергеевич нецензурно выражался, чего точно не было. В общем эта история еще тогда в суде, когда адвокаты просили аннулировать это нарушение, выглядела довольно странно, потому что не были даже опрошены свидетели. Ну мы знали для чего это делается, потому что подходило время отправиться ему в к колонию, а в колонии многие вещи связаны с тем, есть у тебя нарушения или нет: условия содержания, дополнительные свидания, возможность дополнительных передач.

Ну и в колонии они видимо решили закрепить эту историю. Как только он попал туда, его познакомили с правилами распорядка. Он ими стал руководствовался. А по правилам распорядка, например, можно передвигаться по колонии с завхозами из числа заключенных. И вот к нему подходит такой завхоз, завхоз кафе на территории колонии, и просит его проконсультировать. Но так как Александр Сергеевич знал, что в сопровождении завхоза он может передвигаться по колонии, он с ним и пошел. А в кафе, куда они пришли, к нему тут же подошли сотрудники оперативного отдела. Никак по другому, как провокацией, это назвать нельзя.

Там были честные люди, которые не хотели подписывать это нарушение. Но Александр Сергеевич он такой человек, он всегда говорит: вам работать, у вас дети, поэтому принимайте решение из каких-то рациональных соображений. В итоге это нарушение на уровне начальника отряда было подписано. Вот эти два нарушения их можно было бы рассматривать как обстоятельства, мешающие выходу Александра Сергеевича, если бы не ситуация которая у нас была в Иркутской колонии. Там было несколько десятков поощрений, благодаря которым он получал, например, длительные свидания ...и благодаря эти свиданиям мы все это время держались. Никаких нарушений за три с половиной года нахождения в Иркутской колонии у него не было. И нам было удивительно, когда колония не поддержала УДО, написав при этом очень хорошую характеристику. Ну, видимо, соврать категорически они не могли. Но была какая-то просьба.

Мне кажется весь этот процесс безусловно сопровождает телефонное право. Была такая просьба, когда нам дважды отказывали в законном отпуске ... почему можно по 70 человек отпускать в год в отпуск людей, у которых в «анамнезе»: убийства, наркотики, ОПГ, а человека, у которого совершенно нет статей против личности, держать в колонии. При этом у него семеро внуков, двое из которых родились, когда он уже был в колонии, и он их фактически не видел, у него жена, у него дети...Мы попытались оспорить это в суде, но наше разбирательство в суде ничем не закончилось, потому что, к сожалению, в нашем уголовно-исполнительном кодексе, написано, что эти вещи единолично решает начальник колонии. А начальник в колонии - он царь и бог, он так решил.

Если вы помните пару лет назад в этой колонии случился бунт, та история показала, что Александр Сергеевич тот человек, который ратовал за покой и скорейшее улучшение ситуации в этой колонии, за это группа заключенных и пыталась на него напасть, потому что он не допустил участие своего отряда, (будучи на тот момент дневальным ) в этом бунте. Поэтому мы предполагали, что в том числе и это каким то образом нам в плюс зачтется. Но почему-то никто этих добрых, важных вещей, которые делал Александр Сергеевич не учел.. когда он успокаивал людей в колонии, потому что там сроки по 16 по 20 лет у людей. Он выступал для многих там, как психотерапевт ...

Знаете ведь мы же когда приехали в эту колонию, мы увидели, насколько она не комфортна, что там нет многих элементарных, важных вещей. В его случае: невозможно было просто разогреть кашу, там не было микроволновок, не было чайников, мы покупали какое-то оборудование туда, для ремонта материалы...А ведь для него, например, наличие плиты, жизненно необходимо. У него хронический панкреатит, в прошлом году случился приступ язвы, связанный со смертью старшей сестры. Вы знаете наверное меня муж не похвалит за то, что я скажу, но он сейчас весит 63 килограмма с ростом под метр восемьдесят.

- Сейчас он как питается, чем?

- Его питание: это творог и сметана, два с половиной месяца в этой колонии не работал магазин и питался он вообще святым духом.

- Там общий стол, там нет для больных людей диет-стола?

- Там нет диетического стола, мы как-то делали запрос и нам сказали, что такие вещи в колонии не предусмотрены. А сейчас там ситуация еще ухудшилась, потому что в Иркутске сейчас новый генерал возглавил УФСИН и он запретил все электроплиты, из всех отрядов буквально месяц назад изъяли все электроплиты, на которых такие как он люди могли себе готовить хоть что-то диетическое, горячее...В колонию нельзя передавать мясо куриное, яйца, нельзя передавать творог и сметану, они могут это покупать только в местном магазине, а там продукты собраны, видимо, по остаточному принципу...То есть ограничения по питанию, они просто какие-то гулаговские...можно есть только кашу быстрого приготовления...

Мне казалось, что люди, которые работают в этой колонии они не живодеры, их просто обстоятельства ну или чьи-то звонки заставляют поступать так в отношении нас. И мне показалось, что и прокурор Куйбышевского района тоже все отлично понимал и поэтому поддержал 3 сентября нас в суде: согласился, что Александр Сергеевич больше не нуждается в исправлении...В пятницу прокуратура по сути опротестовала решение прокуратуры. Видимо люди, пока не были связаны никакими звонками, никаким давлением, они на суде приняли объективное, спокойно решение.

 - Звонки из Томска?

 - Я не знаю. Какие силы участвуют в этих процессах — это никому не известно. Но обстоятельства подсказывают, что эти силы безусловно участвуют. И я не понимаю, зачем они пытаются довести моего мужа до могилы. Отсидев девять лет, из них семь с половиной в заключении, он вправе рассчитывать на нормальную жизнь. Вы знаете этому человеку не до игр, которые они, видимо, предполагают могут быть на каком-то политическом поле города Томска или страны, после его освобождения. Ему важно просто нормально жить. Александр Сергеевич ведь уже не раз заявлял, что нельзя заниматься политикой там, где политики уже нет. Вы посмотрите у вас все хорошо: к вам пришло17 процентов избирателей, они проголосовали так как нужно, ну вы радуйтесь, зачем заедать чужую жизнь, может они этого не понимают, но фактически они могут убить человека...

Его давление на это неделе зашкаливало за двести. И за это его же хотели подвести к возможности нового нарушения. Когда он лежал в прошедшую субботу, выпив таблетку и измерив давление, которое было 200 на 120, к нему подошли сотрудники и сообщили, что он не имеет права это делать, что он должен идти в столовую и есть ту еду, что там приготовлена, а там свинина и соя, которые для него с его заболеванием — смерть. Его потащили в дежурную часть, человека у которого как потом сказала медик колонии, было предынсультное состояние. Он начал писать объяснительную, о том, что у него официальный постельный режим, который ему изначально был выдан врачами, потому что прочитав его анамнез, они заключили, что этому человеку не нужно ходить ежедневно на зарядку в его 70 лет, не нужно ходить на просчеты и не нужно ходить в эту столовую. И что если с ним случается гипертонический криз, ему нужно лежать на койке. И если бы не слово врача, который подтвердил его состояние, у нас было бы свежее взыскание.

Мне все это, про его здоровье неприятно говорить, мне приятно говорить о своем муже только , что он сильный, смелый, что он все это выдерживает. Но у меня есть ощущение, что того, что началось сейчас, он может не выдержать и я прошу от него отстать. Он вам никому не опасен, отпустите человека.

Дело Александра Макарова. Архив "Час Пик".

Интервью Александра Макарова, данное им нашей телекомпании в декабря 2011 года в колонии № 4.

Метки: Томск, Александр Макаров, мэр Томска, УДО, условно-досрочное освобождение, Иркутский суд

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?