Деревянная жизнь

Я ненавижу деревяшки. И думаю, такое же чувство испытывают многие, только стесняются сказать. Какое-то оно «не камильфовое» на фоне «деревянного кружева». Но – по порядку. Я прожила в деревяшке-развалюшке пять лет. Сейчас ее нет, на этом месте за остановкой «Тверская» стоит здание налоговой инспекции. Домишко мой к памятникам архитектуры не относился, был снесен тихо и быстро, как только у города нашлись деньги на расселение. Никто бы не назвал его ветхим – костяк до конца оставался мощным и крепким. Большие окна, высоченные потолки.

Но я не любила этот дом. И постепенно моя нелюбовь переросла в тягучую хроническую ненависть.

С добрым утром!..

Вы когда-нибудь пробовали жить в деревенском доме посреди города? Если глянуть со стороны – ничего особенного. Распорядок жизни как у всех: встала утречком, умылась, накормила мужа завтраком, выпила кофе, побежала на работу. Вернулась вечером, приготовила-помыла- постирала, телек посмотрела – спать.
Изнутри все ощущается иначе.

С чего начинается утро здорового человека? Правильно, с посещения сортира. У меня он был на улице, но пристроен к дому. Зимой без шапки, куртки и валенок не выскочишь. Летом напротив этого «удобства» на лавочке с пяти утра собирались все окрестные алкоголики. И это, знаете ли, изрядно портило удовольствие!
Далее – умыться. Слива в доме нет. Поэтому прежде, чем пользоваться умывальником, заглядываешь – не переполнилось ли под ним помойное ведро? Ага, не уследила, почти до краев… Одеваешься, идешь выносить на помойку за дом. Алкоголики сочувствуют с лавочки. Киваю ласково: «Чтоб вы передохли все…»

Наслаждаюсь кофе

Умылась. Кофе хочу. Вода в чайнике есть – хорошо; а сколько ее во фляге? Ежкин кот, почти на дне! Надо натаскать… (Раз нет слива – нет и краника, догадались?) Раньше в двух шагах от крыльца стояла колонка. Почему-то ее с завидной регулярностью сносили машины. Ответственные за городские колонки ребята кряхтели, но восстанавливали. Потом среди них нашелся знаток нормативов, который объяснил, что в полукилометре от моего дома колонка уже есть. И мою обслуживать «не целесообразно…» В общем, я хожу за водой в соседнюю пятиэтажку к одной доброй бабуле. Злые бабки, завидев меня с пустым ведром (дурная примета!) шипят вслед. Хорошо им шипеть – у них-то есть водопровод.

Наконец, сажусь с кофе напротив окна. Мое время. Вид из окошка – все та же лавочка. Алконавты уже набрались, кое-кто тащится за сарайчик. Один не дошел – расстегнув штаны, поливает двор. ( Сволочь! В белый день!..) Выскочить бы, да кофе остынет…

Кошкин дом

Однажды, досыта на них наглядевшись, я пообещала вызвать милицию. В ответ татуированный «синяк» пригрозил повесить на воротах мою кошку.
Кошку было жалко. И еще два года лавочка продолжала спокойно пить, материться, бросать мусор у моего крыльца и журчать, где прихватило. Изредка я брала грабли и тащила продукты их «жизнедеятельности» поближе к помойке. Алконавты, увидев чистый двор, начинали мусорить с удвоенной силой.
Кошка дожила до старости.
…Что еще про быт? Посуда мылась в тазике. Я – на соседней улице, у свекровки.

Подарочек

Кроме нас с мужем в деревяшке жили мыши, крысы и соседи. Для меня это были существа одного порядка; просто они делили территорию: мыши обитали в стене, крысы – за кухонным шкафом, соседи - за тонкой (фанерной, что ли?) перегородкой.
Однажды, под Новый год, муж решил порадовать:
- Машка-то наша (котенок-подросток) совсем выросла. Подарочек нам принесла.
- ????
- Первую мышь!
- Молодец! И где?.. («Зачем я спрашиваю – конечно, эта гадость может быть только в помойном ведре!»)
- Как «где»? Это ж подарок. Вон, на елке висит!

Крысиный король

С крысами все было драматичнее. С наступлением ночи они выходили в прихожую и кухню. Резвились, попискивали, дрались. Я плотно закрывала дверь в комнату, мысленно ощупывая стены – нет ли где дыры?.. И в конце концов, купила отравленное зерно.
Крысы радостно сожрали все и попытались утащить под шкаф пустой пакет. Вкусно им было… А сутки спустя случилось страшное. Днем ко мне на кухню вышел Крыс. Огромный, как батон докторской колбасы. Патриарх. Родоначальник. Ему было очень плохо. Он посмотрел на меня печально и укоризненно: «Ну что я тебе сделал?» - и умер.
Больше я никогда не рассыпала отраву.

По-соседски

У соседей, по-моему, было два состояния: они или пили, или искали деньги на выпивку. Примечательно, что на лавочке никогда не появлялись – квасили исключительно в недрах дома. Приняв, начинали меня ругать через стенку. Это было невинным развлечением, которое очень меня забавляло. Ничего толком не зная о моей жизни и занятиях, они придумывали массу красочных деталей. Время от времени занимали у нас небольшие суммы. Иногда отдавали, иногда – нет. Выглядело так.
Муж:
- Ир, Суюшка (местное прозвище соседки) денег попросила. Дать?
За стенкой смолкали разговоры. Оттуда прислушивались.
- Не давай! За прошлый раз не вернули. И вообще, всю ночь спать не давали своими воплями.
Тишина. Осмысление услышанного. Напряженное ожидание.
- Не давать?
- Нет.
Отчаяние. Горечь. Гибель надежд. Все вложено Суюшкой в одно слово:
- Пидерастка!...
- Да-а? Вот теперь точно – не давай!

Противопожарное

Суюшка не раз по пьяни грозилась сжечь дом. Но пожар едва не приключился по совсем другой причине. И спасла деревяшку я.
У дома была завалинка – с небольшим углублением. Летом туда нанесло тополиный пух. И некий одиннадцатилетний естествоиспытатель его поджог. Я увидела с улицы. Сердце остановилось: сейчас полыхнет!.. Дом-то сухой… Но нет, огонь съел пух – погас. А малолетний негодяй опять полез за спичками. Подкралась сзади. Тихонечко. (Побежит – не догоню). Пацан не чуял опасности – спичка никак не зажигалась. И тогда я со всей силушки впечатала пятерню пониже спины. Подлый был удар, но действенный. Он обернулся, в изумленных глазищах собирались слезы.
- Если. Ты. Здесь. Еще раз. Появишься. Врежу - еще не так!
Только тогда он бросился бежать.

Психология сноса

Тут много чего можно было еще сказать. Про воспитание алконавтов; про гвозди в стене, на которых висела кухонная утварь; про перекошенные рамы, которые никак не желали выставляться; про мои истеричные и неумелые попытки ремонта… Но это не главное. Суть в том, что мы точно знали – нашу деревяшку должны когда-нибудь снести. Когда именно – не ясно, но не вечно же ей здесь торчать?! Поэтому делать что-то серьезное внутри - смысла не имеет. Я думаю, это обычная психология многих обитателей подобных жилищ. Она складывается годами и очень живуча. И в конце концов, уже неважно, есть на твоей развалюшке «какие-то там кружева» или нет.

Деревянный дом требует любви и ухода. Его хозяин должен точно знать, что дом этот никуда не денется… Если он, например, памятник деревянного зодчества. Но тогда и город обязан относиться к нему как к музейному экспонату: холить, лелеять, поддерживать, выделять деньги на ремонт. И как-то следить, чтоб внутри жил человек, который умеет всем этим правильно распорядиться. Именно жил, а не ждал переезда. Иначе деревяшки одна за другой перейдут в разряд развалюшек.

 

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?