#АЛАНДЫНЕНАШИ ИЛИ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ИМПЕРИИ

Желать захватить Аландские острова и отказаться от этой идеи, проявив здравомыслие. Швеция, как она есть. С ее победами и поражениями, "кровавой баней" и технологическими достижениями, с ее толерантностью и рефлексией. Путевые заметки Юлии Мучник.

10 августа 1628 корабль «Ваза» - флагман Шведского королевского флота, самый крупный и самый тяжеловооруженный из всех, имевшихся в распоряжении балтийских стран – торжественно вышел в первый свой рейд. Погода была ясная, ветер слабый, но порывистый. На борту находились около 100 человек экипажа, а также их семьи — женщины и дети (по случаю первого плавания предполагалось великолепное торжество, поэтому членам экипажа разрешили взять с собой членов своих семей).

Целью первого плавания «Вазы» была выбрана военно-морская база Эльвснаббен к юго-западу от Стокгольма. После постановки парусов «Ваза» отсалютовал собравшимся бортовым залпом и отправился в путь…

Когда корабль вышел в бухту, сильный порыв ветра наполнил паруса, и «Ваза» начал крениться на подветренную сторону, но затем выровнялся и прошёл ещё примерно 1300 метров, дойдя до острова Бекхольмен у входа в гавань Стокгольма. Там, в ста метрах от острова, новый порыв ветра снова накренил корабль. Вода хлынула через открытые пушечные порты, корабль лёг на борт и начал тонуть с поднятыми парусами и развевающимися флагами.

На место катастрофы довольно быстро прибыла помощь — матросы других кораблей на парусных и гребных лодках — однако к их прибытию корабль успел почти полностью уйти под воду. Спасателям оставалось лишь подобрать уцелевших в крушении и доставить на Бекхольмен и в порт Стокгольма. Хотя катастрофа произошла недалеко от берега, вместе с «Вазой» погибли, по разным источникам, от 50 до 400 человек.

Тогдашний король Швеции Густав II Адольф, полиглот, историк и военный реформатор, создавший армию, наводившую шороху по всей Европе (в числе прочего разного он ввел, кстати, такую новацию как шпицрутены, которые потом прижились повсеместно надолго) руководил строительством корабля лично. Можно представить, как его задела эта катастрофа. Он распорядился провести тщательное расследование.

Следствие велось на высшем уровне, в Шведском Государственном совете. В ходе следствия выдвигались разнообразные гипотезы относительно причин гибели корабля: алкогольное опьянение капитана, ненадёжное закрепление пушек и т.д.

Ни одна из этих версий не подтвердилась. В конце концов, следствием был сделан вывод: при проектировании корабля были допущены ошибки. Но допросы кораблестроителей, под руководством которых строился «Ваза», никаких результатов не принесли. Проектировщик корабля – голландец Хенрик Хюбертссон умер за год до катастрофы. В итоге виновных не нашли, и никто не был осуждён.

В середине XX века историей «Вазы» увлекся 38-летний инженер Андерс Франсен. Благодаря его безумному энтузиазму корабль был поднят на поверхность 24 апреля 1961 года, а в 1990 вокруг него на острове Югорден был открыт потрясающий музей, посвященный истории этого корабля-лузера.

Музей «Вазы» - это и сам грандиозный корабль, и вся его история, множество реконструкций, интерактивный всяческие штучки, которые позволяют перенестись туда, в далекий ХYII век, на ту стокгольмскую пристань, откуда этот неудачник (названный в честь самой знаменитой королевской династии Швеции) отправился в свое первое и последнее плавание. 

Я не знаю, есть ли еще где в мире музей, посвященный такой вот военной и технологической неудаче. Хотя, впрочем, наши Царь-пушка да Царь-колокол отчасти про то же самое, но без шведской обстоятельности. Просто стоят себе в центре Москвы. А можно было бы выстроить похожий музей. Но пока время не пришло, наверное.

"Ваза» - это, конечно, история не только про конкретный ушедший на дно корабль, но и про то, как Провидение тогда в 1628 году недвусмысленно намекнуло шведам, что не быть вам, ребята, великой морской державой, владычицей морей, как ни стараетесь.

А шведы еще некоторое время старались, строили империю, воевали. И благодаря реформам Густава II еще как воевали. Но в 1709 получили новый удар – в той самой Полтавской битве, когда Петр I закрыл свой гештальт, рассчитался с Карлом ХII за поражение под Нарвой и положил конец всем попыткам шведов установить свое господство в Европе.

На фото: реконструкция Полтавской битвы

И вот, отказавшись от имперских амбиций Швеция после этого поражения под Полтавой стала одной из самых благополучных европейских стран, с высочайшим уровнем жизни и высочайшими социальными гарантиями для своих граждан. Правда, произошло это превращение, конечно, далеко не сразу. Еще в начале прошлого столетия страна была отсталой аграрной провинцией, из которой все мечтали эмигрировать куда угодно, народ спивался и не видел перспектив. 

А потом вдруг случилось шведское чудо, когда на руинах имперских надежд в отдельно взятой стране удалось построить «государство всеобщего благосостояния" или «шведский социализм». О природе этого чуда исследователи спорят до сих пор. Но очевидно, что именно шведам в какой-то момент удалось найти оптимальное сочетание рыночных взаимоотношений и государственного регулирования, гарантий частной собственности и определенного социального равенства (здесь не боялись даже говорить о политике выравнивания доходов).

Такая модель всеобщего благосостояния была несколько сентиментально названа в Швеции «народным домом».

И вот уже многие годы этот «народный дом» основывается на духе компромисса между самыми разными общественными силами и движениями, на осознании того, что маленькая Швеция может выжить в этом большом мире только при объединении усилий всего общества.

За столетие из отсталой аграрной страны Швеция превратилась в самое благополучное европейское государство, технологические достижения и самые знаменитые бренды которого (IKEA, VOLVO, ERICSSON и другие) – стали символами не только шведского, но и европейского прогресса.

На науку и образование, к слову сказать, шведы тратят 3,5 процента ВВП против нашего одного. Имена Стриндберга, Бергмана, Линдгрен навеки вошли в золотой фонд европейской культуры. А шведские хоккеисты и конькобежцы сделали-таки Швецию великой державой – но только в мире спорта. При этом, в печально памятном для мира и России 2014-м исполнилось ровно два столетия, как Швеция не участвует ни в одной войне.

Сражения в рядах антинаполеоновской коалиции в 1814 году стало для этой страны последним серьезным военным опытом. Небольшой эксцесс случился, правда, у шведов с соседями финнами по поводу Аландских островов. Эта история напоминает в чем-то, кстати, нашу «Таврическую».

После первой мировой войны и провозглашения независимости Финляндии шведы попытались было присоединить Аландские острова (населенные в основном шведами). Там высадились шведские войска, был поднят флаг, состоявший из трёх полос — верхней голубой, средней золотой и нижней голубой (цвета шведского флага, иначе расположенные). Но эти попытки устроить финнам - «Аландынаши» закончились ничем.

В 1921 г. Лига Наций признаёт принадлежность островов Финляндии (на правах широкой автономии). И шведы, демонстрируя здравомыслие, соглашаются с этим решением. Сегодня, кстати, Аландские острова – самая процветающая часть Финляндии. При этом со скандинавскими соседями у шведов некоторые разногласия остаются. Повелись они еще исторически. В Швеции, например, есть много претензий к датчанам (взаимных, впрочем).

В самом центре Стокгольма вам непременно расскажут про «стокгольмскую кровавую баню».

На фото: место "кровавой бани"

В далеком 1520 году тогдашний датский король Кристиан II, стремясь восстановить расторгнутую шведами Кальмарскую унию, вошел в Стокгольм, провозгласил себя шведским королем и после соответствующих торжеств казнил на главной стокгольмской площади около сотни самых знатных представителей шведского общества. Результатом «Стокгольмской кровавой бани» стало восстание, которое возглавил будущий король Густав Васа, освободивший Швецию от датского господства. Но ту резню и сотню погибших датчанам в Швеции так до сих пор и не простили.

А еще тут любят посмеиваться над норвежцами. Например, так: «Почему норвежцы не едят соленые огурцы? У них голова в банку не влезает".

А по поводу найденной в Норвегии в свое время нефти здесь говорят просто: «Дуракам везет». Но все это, конечно, мелочи на фоне серьезных геополитических катастроф. Ужасы ХХ века никак не коснулись Швеции. Бедствия второй мировой обошли ее стороной. И наоборот: шведская экономика в годы той войны поднялась, в том числе и на торговле с Германией (куда поставлялась, например, руда). Шведы по этому поводу, кстати, до сих пор рефлексируют.

В гуманитарных кругах тут не принято обходить стороной тему экономического сотрудничества с нацистским режимом. 

Даже и в частных разговорах шведы готовы каяться за это до сих пор. Как и за то, что в отличие от своих соседей-норвежцев не только не воевали с фашистской Германией, но и предоставляли ей коридор для передвижения войск. Все это было в шведской истории и все это остается поводом для серьезной общественной рефлексии. Как и отказ в убежище евреям бежавшим сюда из соседней Дании (эту вину шведов, впрочем, отчасти искупил, наверное, своей героической и мученической судьбой Рауль Валленберг). 

Может, кстати, именно поэтому шведы сейчас принимают так много беженцев – около 200 тысяч арабов осели в этой девятимиллионной стране. Адаптировать всех сложно. Кризис с беженцами уже привел к усилению в стране националистических партий и движений. На прошлых парламентских выборах они набрали 13 процентов в среднем по стране. Есть в Швеции опасения, что на грядущих в 2018 году выборах наберут все 20.

Не скрывают тут и наличие бытового расизма. Иной раз даже адаптированные уже, вроде бы, мусульмане берут фамилии Петерсон или Свенсен. Все эти проблемы открыто и гласно обсуждаются сейчас в Швеции. Здесь признают, что страна оказалась поначалу неготовой к наплыву мигрантов. Есть претензии к политикам, есть претензии к СМИ, которые – в большинстве своем либеральные по духу – замалчивали поначалу многие проблемы с мигрантами, опасаясь взрыва националистических настроений.

Сейчас шведские журналисты много рефлексируют по этому поводу и стараются работать по мигрантской теме взвешенно. Кстати, о СМИ. С 1776 года действует закон о свободе слова. И в этом году шведы намереваются торжественно отметить его 340 юбилей. Самая влиятельная, наверное, шведская газета Aftonbladet была основана в 1830 г. предпринимателем и общественным деятелем Ларсом Хмертом.

Говорят тогдашний король несколько раз отзывал у издания лицензию. А они тогда основывали Aftonbladet 2,3,4....25... и король, короче сдался.

Кто же так смело выдавал неугодному изданию лицензию, поинтересовалась я? А оказывается отказать в лицензии было и невозможно. Отозвать лицензию король мог, а запретить выдать новую по закону 1776 года не мог.

И так вот газета Aftonbladet уже скоро два века (теперь больше в сети, конечно) эту самую свободу мнений (вместе с другими СМИ) в Швеции и обеспечивает.

А еще Швеции есть такой закон, согласно которому любой человек с улицы может зайти в любое государственное ведомство и затребовать любой документ о деятельности этого ведомства и отдельных его сотрудников.

И любому гражданину обязаны этот документ выдать тут же (кроме тех бумажек, на которых стоит гриф секретности. Но такое, говорят, только в министерстве обороны случается и то не часто). В большинстве ведомств у таких любопытных граждан даже паспорт не спрашивают, а выдают любой документ по первому требованию и иди изучай его себе. Не удивительно, что сейчас - Швеция страна с самым низким индексом коррупции в Европе. Разговаривая со своим коллегой-журналистом, я заметила, что шведам стоило бы поставить Петру I на главной площади памятник.

«Вы, наверное, говорите это шутя, но на самом деле в Швеции уже давно эта тема обсуждается всерьез, и я думаю, что памятник вашему Петру I в Швеции, в конце концов, и правда появится. Мы ему и в самом деле обязаны»,- услышала я в ответ.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?