Щеть польского ходока

14 мая будет 80 лет со дня Белостокской трагедии. Тогда, в 1938-м, в ходе «польской операции» НКВД к расстрелу в Колпашево были приговорены несколько десятков жителей томского Белостока — этнических поляков. Среди них был и основатель села — Александр Иоч. Потомкам на память о нем не осталось ни одной фотографии. Только вещица, похожая на грубый помазок.

Щеть польского ходока
Фото: Сергей Коновалов

«История одной вещи» — совместный проект с томскими музеями

За стеклом в музее «Следственная тюрьма НКВД» лежит экспонат, напоминающий то ли малярную кисть, то ли очень большой помазок для бритья. При ближайшем рассмотрении становится понятно, что ни красить стены, ни наносить пену на лицо такой кистью нельзя — слишком грубая щетина.

«Эта щеть, или щетка, была привезена из Польши в Сибирь моим прадедом — Александром Иочем, — рассказывает заведующий музеем Василий Ханевич. — Она сделана из щетины дикого кабана — длинной, жесткой (у нас такие не водятся!). Хранилась в нашей семье более ста лет. Мы ей пользовались даже в моем детстве — правда, не по назначению: бабушка ей, как гребнем, вычесывала детям вошек из волос. Когда я подрос, узнал, что на самом деле, это — щеть для вычесывания кудели, то есть, льняной пряжи».

Щеть польского ходока А.Иоча. Фото С.Коновалов
Щеть польского ходока А.Иоча. Фото С.Коновалов
Щеть польского ходока
Щеть польского ходока
Василий Ханевич, заведующий музеем "Следственная тюрьма НКВД"
Василий Ханевич, заведующий музеем "Следственная тюрьма НКВД"

Ткацкого станка в семье Иочей-Ханевичей не сохранилось. Но, скорее всего, он был — ведь переселенцы из Польши в конце 19 века понимали, что в добровольную ссылку в Сибирь уезжают надолго. Навсегда.


Александр Казимирович Иоч родился в 1863 году в деревне Ютевцы, Виленской губернии Польши (сейчас территория западной Беларуси — прим.ред.). Парнем был работящим. Но в родном краю развернуться было негде — род Иочей был безземельным. Потому в 35 лет Александр Иоч, служивший пожарным в Вильно, решил рискнуть. И отправился ходоком в Сибирь, где земли было много. Он стал первым, кто присмотрел для своих крестьянских нужд надел в Ново-Рыбаловском переселенческом участке Николаевской волости Томского уезда. И на следующий год, в 1899-м, сюда переехали уже 13 семей из-под Вильно, Гродно и других польских городов.


В первый год переселенцы ничего не сеяли. Жили на ссуду из хлебозапасного магазина, за которую потом рассчитывались. Начали потихоньку строиться. Дали своему поселку польское название — Белосток.

Строительство деревянного костела в Белостоке
Строительство деревянного костела в Белостоке
Фото: из архива музея села Белосток

Для справки:

К 1916 году, согласно Всероссийской сельско-хозяйственной переписи, в Белостоке было зафиксировано уже 95 самостоятельных хозяйств с числом жителей в 487 душ обоего пола, под пашню у тайги отвоевано 285 десятин земли...13 июня 1910 года в поселке был освящен Томским ксендзом Иосифом Демикисом построенный католических костел во имя святого Антония, поселок получил статус села.

Из архива Василия Ханевича
Из архива Василия Ханевича
Щеть польского ходока
Антон Иоч, племянник Александра Иоча
Антон Иоч, племянник Александра Иоча

«Александр Иоч приехал в Сибирь не один, а со своей молодой женой Стефанией, — говорит Василий Ханевич. — В 1899 году у них родилась первая дочь Мария-Магдалена. Последний сын — Иван — родился в 1920 году. Всего в семье было 12 детей, но до взрослого возраста дожили только шестеро. Среди них — моя бабушка Габриэля Иоч, 1910 года рождения, которая позже и вышла замуж за моего деда Вацлава Ханевича, сына такого же переселенца из-под Гродно».

Семья Иоч
Семья Иоч
Фото: Из архива Василия Ханевича

Вася Ханевич мальчиком был любознательным. Бабушке Габриэле вопросов задавал много — «откуда приехали?» «зачем?» «когда?» — но ответов получал мало:

— Бабуля, расскажи про себя?

— Родилась в 1910 году, здесь.

— А твоя сестра Магдалена?

— Тоже здесь.

— А когда?

— Когда батька грабли робил...


«Батька грабли робил» — то есть, мастерил — обычно летом. Значит, бабушка Магдуля родилась, скорее всего, в июле, делал вывод Василий Ханевич. А вот подробностей про то — откуда род Иочей родом, от бабушки так тогда и не узнал. Единственной зацепкой стала анкета арестованного в 1938 году прадеда, где было обозначено место рождения — «деревня Ютевцы».

Габриэла Иоч с братом Константином, конец 1920-х гг.
Габриэла Иоч с братом Константином, конец 1920-х гг.
Фото: из семейного архива Василия Ханевича

«Я расспрашивал бабулю — что батька её, Александр Иоч, из себя представлял? — пересказывает Василий Ханевич. — Она говорила, что работягой был, как все — с утра до вечера чем-то занимался. Хозяйство почти натуральное было, огород огромный — и прадед его обрабатывал, даже когда ходить уже не мог — спина отнималась, но он все равно картошку копал, привязывая к ногам мешки — на коленках. Таким же образом зерно молотил цепом на своем гумне. Кличка его в селе была — а кличка, я считаю, многое значит — «дорогЕнький». Потому что он ко всем так обращался: «Дорогенький ты мой...» 75 лет дорогенькому прадеду было, когда его арестовали...»

В колхоз Александр Иоч не вступал до последнего. Не верил в преимущества коллективной формы хозяйствования. Заставили вступить в 1935-м, когда «ходоку из Польши» было уже 72 года. Вскоре из колхоза его исключили, а в январе 1938-го арестовали. Это была одна из последних волн арестов, накрывших Белосток в ходе «польской операции» НКВД. Тогда по приказу наркома внутренних дел Н. Ежова №00485 искали шпионов-диверсантов среди лиц польской национальности. В доме Александра Иоча осталась только пожилая Стефания и их младший 18-летний сын Иван.

Василий Ханевич, заведующий музеем "Следственная тюрьма НКВД"
Василий Ханевич, заведующий музеем "Следственная тюрьма НКВД"

«Я читал следственное дело на односельчан, — говорит Василий Ханевич. — В характеристике на прадеда Александра, подписанной секретарем сельсовета, отмечается, что он «не хотел работать в колхозе». А обвинение стандартное — в том, что он участник контрреволюционной шпионско-диверсионной подпольной организации под названием «Польская организация войсковая».

У меня даже есть лист из следственного дела со схемой такой организации — только в Чаинском районе — где расписано, кто кого и когда «завербовал». «Польская операция» была самой массовой после «кулацкой операции» НКВД, в ходе которой по всей стране было репрессировано около 200 тысяч лиц польской национальности. И история сибирского села Белосток стала как бы символом этих репрессий».

Из архива музея "Следственная тюрьма НКВД"
Из архива музея "Следственная тюрьма НКВД"
Щеть польского ходока
Щеть польского ходока

В ночь с 11 на 12 февраля 1938 года в Белостоке арестовали все оставшееся на тот момент взрослое мужское население села — 88 человек. В том числе, и 18-летнего Ивана Иоча. Всех увезли. И наступила неизвестность. До 1975 года — когда Иван неожиданно вернулся в Белосток.

«Иван был единственным, кого решением Особого совещания НКВД СССР и Прокурора СССР приговорили к 10 годам лишения свободы, — рассказывает Василий Ханевич. — Он полностью отбыл эти 10 лет в Магадане. Там же остался после освобождения, работал водителем. На родину не писал. Только в середине 1960-х приехал в Белосток навестить родных, но спешно уехал обратно на следующий же день — потому что все жители села кинулись к нему с расспросами: «А мой где?» «А наши как?» А он им ничего сказать не мог. Потому что не знал. Только вернувшись в Белосток спустя еще десяток лет, в середине 1970-х, проговорил то, что лежало на душе камнем: «А отец-то мой на руках у меня умер...»

Иван Иоч, Колыма, 1950-е гг.
Иван Иоч, Колыма, 1950-е гг.
Фото: из семейного архива Василия Ханевича

С «дорогеньким» отцом Иван Иоч встретился в Колпашево — куда свезли последнюю партию белостокцев. По словам Ивана, зимой арестантов держали на «тюремном острове», в своеобразных ямах-зинданах. Туда помещали людей, которым не хватало места в окружной тюрьме. В каждой яме сидели человек 20-30. Питания не было — за день арестантам могли скинуть в яму кочан капусты, или несколько головок свеклы на всех. В такой яме приговоренный к расстрелу Александр Иоч и умер 20 апреля 1938 года на руках у сына — от заедавших вшей и от голода. Ходоку из Польши было 75 лет.

«Потом дядя Ваня рассказывал, что после ледохода (в Колпашево это, скорее всего, конец апреля - прим.ред.) всех арестантов вытащили из этих ям, погрузили на баржу и куда-то повезли, — продолжает Василий Ханевич. — Плыли несколько дней. Потом нескольких человек вызвали из трюма по фамилии — в том числе и Ивана и высадили на берег. В Новосибирской тюрьме Ивану объявили, что он получил 10 лет лагерей и отправили на Колыму. А что стало с теми, кто остался на барже, в том числе, со страшим братом Константином и другими односельчанами, можно только гадать. Из архивных документов следует, что жители Белостока были расстреляны 14 мая 1938 года. Место расстрела не указано. Ни в одном акте о расстреле».

Из архива музея "Следственная тюрьма НКВД"
Из архива музея "Следственная тюрьма НКВД"
Щеть польского ходока
Щеть польского ходока
Щеть польского ходока

Собирая по крупинкам историю Белостока и его жителей, Василий Ханевич попутно узнал много нового и о своих корнях. В начале 1990-х он написал в Гродненскую газету обращение — живут ли там до сих пор родственники тех, кто 100 лет назад уехал в Сибирь, и помнят ли там такие фамилии, как Белявские, Бельские, Маркиши, Мазюки, Иочи? Оказалось, живут и помнят. В переписке с людьми заинтересованными выяснилось, что Иочи давно расселились по всему свету — родственники живут и в Канаде, и в Америке. Ну а те, кто остались на родине, знают и ухаживают за могилой прапрадеда — Казимира Иоча. И вообще, за землей в Сибирь ехало не безземельное крестьянство, а мелкопоместная шляхта. С дворянскими регалиями, но без собственного двора. Так, одному из предков Иоч был пожалован дворянский титул и герб — Годземба — за подвиг, совершенный в борьбе с тевтонскими рыцарями еще в 12 веке.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?