Свитера и носочки от мамы и дочки
Почему раньше самодельные вещи было носить стыдно, а сейчас модно?
Татьяна Николаевна и Лена Трофимовы, мама и дочка, работают в одном офисе. Из века в век профессии передавались от отца к сыну, от матери к дочери, но научная революция поставила все с ног на голову. Промышленный век приковал наших дедушек и бабушек, мам и пап к станкам и офисам, век нынешний посадил в коробочки колл-центров. Но офис мамы и дочки Трофимовых не такой, как все. Они хотят работать на себя.
Татьяна Николаевна 23 года проработала на заводе, потом получила дополнительное экономическое образование и трудилась в ЖКХ. А в молодости она мечтала стать модельером. И вот только сегодня она воплощает эту мечту в реальность. Выйдя на пенсию. С дочерью Леной они открыли вязальную мастерскую "Свитерама".
Лена по образованию и профессии дизайнер. Рисует логотипы, иллюстрации и иконки для соцсетей.

Без "Свитерамы" ни мама, ни дочь свою жизнь больше не представляют.

Почему то, что раньше могло быть лишь мечтой, становится модным сейчас, чем отличается свитер, связанный мамой тогда и теперь, и как выживает малый бизнес в нынешней России - прямо из мастерской "Свитерама".
Всё началось с Ван Гога. А точнее, с первого связанного на заказ спицами свитера с портретом художника. Хотя... на самом деле гораздо раньше. Татьяна Николаевна "всегда обшивала и обвязывала всю семью". "Особенно помню в 90-е, тогда всей семье шила-вязала и даже что-то брала на заказ. Совсем трудно было, на заводе не платили, вот и приходилось выкручиваться. Но мне всегда это нравилось", — рассказывает Татьяна и показывает в телефоне платье, сшитое для старшей дочери когда-то в 90-е.
"Классное платье," — говорю.
"Нам тогда это классным не казалось, конечно", — смеется Лена.

Я думаю, что каждый должен в своей жизни попробовать организовать свое дело, это такая прокачка всего вообще.
— С портрета Ван Гога зародилась мастерская в 2016-м, окупается ли она сегодня? Как это, малый бизнес в Томске?

Л.: Несмотря на то что работать приходится много, хочется этим заниматься постоянно. Это очень интересно. Я думаю, что каждый должен в своей жизни попробовать организовать свое дело, это такая прокачка всего вообще.

Сначала мы все делали вместе. Но я, честно, могу связать только что-то простое, не знаю, как делать серьезные выкройки. Этим занимается мама. Я же занимаюсь дизайном, продвижением в соцсетях. Но это сейчас, а тогда... Мы начали от продукта, и только теперь пониманием, что нужно задаваться вопросами, кто собственно наши клиенты и чего они хотят.

И в Томске, конечно, еще не готовы столько платить. Нет понимания, что вещь уникальная. Никто ни разу не торговался, конечно, и друзья заказывают. И иногда наши свитера уезжают в Австралию, в Питер. Но надо выходить на Москву, там этот рынок шире и люди готовы платить.

Т. Н.: Поэтому Лена сейчас пойдет учиться. Такое родительское вложение. Чтобы понимать, какие тенденции на рынке и как это все сейчас делается вообще.
Когда я поступала на теплотехнический, подруги советовали пойти на модельера. Может, надо было и сейчас все бы было по-другому. Не знаю.

Л.: Это было время, когда люди делали не то, что они хотят, а то, что надо.

— Да, мы это слушаем от бабушек: "Не всегда приходится делать то, что приятно."

Т. Н.: Но тогда надо быть готовым, что первое время для того, чтобы добиться, что нравится, придется водичку хлебать с хлебушком.
Хотелось бы, чтобы можно было нормально на этом зарабатывать.
Как экономист, я понимаю, что должны быть заложены зарплата, деньги на развитие. Однако пока так не получается. Мы не раскрутились настолько. В рекламу надо вкладываться.

— А экономическое образование мамы помогает?

Т. Н.: Да, немного. Например, всю бухгалтерию веду я. Какую-то минимальную себестоимость рассчитать тоже могу.

— Думаете дальше расширяться?

Л.: Да, не хватает технолога для построения выкроек и SMM-щика для систематического ведения групп в соцсетях, потому что одни мы все-таки не справляемся. Мама устает, да и я тоже, это очень большой объем работы. А хотелось бы нормально заниматься именно стратегией. Но сейчас у мамы появилась ученица. Сама сказала, что хочет учиться. Пока не очень получается, но зато мама здесь не одна.

Т. Н.: Раньше же я работала в ЖКХ, было очень много общения, иногда слишком. А тут я все время молчу, чувствуется контраст.
Если у тебя все хорошо - значит, что-то с тобой не так.
— Что отличает вас от других швейных мастерских, как думаете?

Л.: Мы делаем именно свитера с рисунком. Не все хотят с этим связываться. Это ручная кропотливая работа.

— Сильно устаете?

Л: Очень. Вообще, многие мои друзья пытались заниматься дизайнерской одеждой, но не было понимания именно бизнес-процессов. Страшно перегореть. Но пока это слишком интересно. Когда получается, это счастье. Один мой друг на каком-то корпоративе сказал: "Да, я счастливый человек". На него так посмотрели. Ты счастливый человек - значит, что-то с тобой не так. Если у тебя все хорошо, значит, что-то с тобой не так.

Т. Н.: Ну, это счастье выбивали в Советском Союзе в течение 70 лет власти. Все это выбивали. Вы не поверите, мои две бабушки одна из кулацкой семьи, а другая из бедняцкой, и до сих пор между собой спорят.
Есть у нас такое до сих пор. Купили вот по квартире дочери и бабушке. Маленькие квартиры, конечно. Мы же не можем жить восемь человек в одной квартире. Свекровь говорит сразу - нахапали квартир!

Л.: В общем, если хорошо - значит, ты плохой. Исторически так сложилось в России.

Т. Н.: До революции же было по-другому. Меценаты создавали галереи, богатые люди строили школы, больницы, церкви. Они же свои деньги отдавали людям. А теперь? Где они?
Вот, Третьяковская галерея до сих пор достояние.

Л.: До сих пор, думаю, покупают картины.

Т. Н.: Может, в личное пользование, а так они где?

— О вашей мастерской я узнала на ПечаКуче. Когда ходишь на такие события, кажется, что картина постепенно меняется. Те, кто помладше, как-то по-другому смотрят на вещи.

Л.: Мы работали в Томске с несколькими ребятами, которые чуть младше нас. У них абсолютно другое видение. Они знают, зачем нужен дизайн. Если старшее поколение об этом слышало, но реально платить за его разработку не готово, молодые готовы.

Вот ребята, возят тур в Шерегеш. Они знают, чего хотят, зачем им нужен дизайн, главное, доверяют. А те, кто постарше, не доверяют: пойду с родственниками посоветуюсь.
Молодым же ни с кем не надо советоваться. Они и думают быстрее, и решения быстрее принимают. Нет неуверенности.

Т. Н.: Наша старшая дочь Анна... Они вместе с подругой занялись бизнесом. Там производственник - он не хочет ни в рекламу, ни в фотографии вкладываться. Он говорит, да я сам могу сфотать. Аня пытается объяснить, вы же не знаете, что снимаете, пол-двери, мусорка. Ему лет пятьдесят. Но вот мне пятьдесят девять, я всегда что-то новое хотела учить.

Л.: Есть, конечно, просто разные виды людей, есть инноваторы, есть те, кто за ними подтягивается, есть те, кто в хвосте.
Если бы я могла, я бы все заказывала в интернете. Я бы всем занималась. Я думала, это возраст, а моя подруга на пять лет младше, но ничего не заказывает в Сети. А есть кто-то, кто может заниматься целенаправленно одним делом.

Т. Н.: Да, есть просто консерваторы по природе. Мой муж, например, может только отвечать на звонки и кнопку вызова на телефоне нажимать, а если нужно к компьютеру подойти, он мышь в руки возьмет, у него уже ладони мокрые от страха, а я в свое время… У нас на заводе только объявили курсы: тогда это еще первые компьютеры были.

Л.: Но он хороший исполнитель. Не то, что я.

Лена, когда ты поймешь, что Инстаграм не просто для развлечения, а такой же инструмент бизнеса, ты уже не сможешь не выложить публикацию.

— А что нужно для успешного бизнеса?

Л.: Ну нужно и серьезнее к этому относиться. Например, девушка одна, у которой уже своя раскрученная марка, мне сказала: "Лена, когда ты поймешь, что Инстаграм не просто для развлечения, а такой же инструмент бизнеса, ты уже не сможешь не выложить публикацию". И ты понимаешь, что не выкладываешь это себе в ущерб.

Или маркеты. Не нужно относиться: вот я сейчас принесу, и все. Нужно понимать, как это презентовать. Мы разговаривали об этом с Паникой, она сейчас куратор фэшн-направления в Сибирском центре дизайна, она рассказывала, как презентовала один продукт.

Это было одно украшение: таз с водой, накидала туда цветов, какие-то гипсовые скульптуры были. В общем, это был арт-объект.

Когда мы участвовали во Дворце на фестивале, был поп-ап маркет от Сибирского центра дизайна. Они сказали: принесите, мы сами все разложим. Это было ошибкой. Я поняла, что надо самим все продумывать. Все важно. Но мы прокачиваемся в этом направлении.

Мы получаем большое удовольствие от того, что делаем. Приятно делать вещи красивые, не похожие друг на друга, в мире, где столько массового и стереотипного. Это радость. Мы постараемся поделиться этой радостью с возможно большим количеством людей.

20 мая 2019