Похоронить навечно?

В Томске представили проект пункта финальной изоляции твердых радиоактивных отходов. Хранилище, рассчитанное на 142 тысячи кубометров отходов 3-го и 4-го классов опасности, соорудят в девяти километрах от Северска. Строительство планируют начать 2019 году. По мнению экологов, появление подобного хранилища — шаг вперед к радиологической безопасности региона.

Похоронить навечно?
Фото: norao.ru

«К середине 70-80-ых годов накопилось очень большое количество радиоактивных отходов. Была задача — решить проблему изоляции и предотвратить вредное воздействие этих отходов на окружающую среду. Международное сообщество приняло конвенцию по безопасности обращения с отработавшим ядерным топливом и радиоактивными отходами. В 2005 году Россия ратифицировала эту конвенцию, а в 2011 приняла ФЗ «Об обращении с радиоактивными отходами», в соответствии с которым в стране и должны строиться специальные пункты захоронения твердых радиоактивных отходов», — объясняет замдиректора по развитию, научный руководитель «Национального оператора по обращению с радиоактивными отходами» («НО РАО») Виктор Красильников.

Хранилище в Северске станет частью всероссийской сети пунктов финальной изоляции отходов. Там будут хоронить отходы третьего и четвертого класса опасности — облученная спецодежда, ветошь, инструмент, фильтры воздухоочистки и другие подобные предметы.


Высокоактивные отходы 1-го и 2-го классов планируют хоронить неподалеку от города Железногорск Красноярского края. В ближайшее время там, на участке Нижнеканского массива, на глубине около 500 метров начнется строительство лаборатории, где будут изучать возможность захоронения высокоактивных отходов в гнейсовых породах. В случае успеха и принятия соответствующего решения в 2029 году лаборатория будет преобразована в пункт захоронения РАО 1-го и 2-го классов. Он будет единственным в России.


Площадки для размещения пунктов для отходов 3-го и 4-го классов подыскиваются в Северо-Западном, Центральном, Южном и Приволжском федеральных округах.

«В настоящее время в России существует более тысячи пунктов хранения РАО, и все они являются временными. Пункты временного хранения рассчитаны на 40-50 лет и не обеспечивают ту степень защиты, которые обеспечивают современные пункты захоронения», — объясняет Виктор Красильников. 


Он подчеркивает, что при строительстве пункта захоронения в Северске будет использован многобарьерный принцип.

Виктор Красильников рассказывает про безопасность пункта захоронения радиоактивных отходов (ПЗРО)
Виктор Красильников рассказывает про безопасность пункта захоронения радиоактивных отходов (ПЗРО)

Контейнеры будут располагаться внутри бетонного сооружения, толщиной стенок 80-100 см. Контейнер является первым барьером инженерной безопасности. Это, чаще всего, бетонная емкость толщиной стенок 150 миллиметров. Гарантийный срок использования такого контейнера — сто лет. Но фактически, он на протяжении всех трехсот лет периода распада ядерных веществ будет сохранять все свои защитные свойства. Между контейнерами будет засыпаться специальный материал, который будет расширяться под воздействием влажности и обеспечивать дополнительную защиту. Следующий барьер — глиняная засыпка вокруг бетонного сооружения. И, окончательным барьером является вмещающая среда, — рассказывает Виктор Красильников.

По мере заполнения хранилище будут закрывать бетонными плитами перекрытия, а потом законсервируют: накроют защитной насыпью, а сверху засеют травой. Вскрывать хранилище больше не планируют, так как отходы будут содержать долгоживущие изотопы урана.

Эколог Алексей Торопов, главный инженер проекта Наталья Колесникова и руководитель центра общественных и международных связей НО РАО Никита Медянцев
Эколог Алексей Торопов, главный инженер проекта Наталья Колесникова и руководитель центра общественных и международных связей НО РАО Никита Медянцев

В Северском хранилище будут помещаться 95 тысяч кубометров отходов четвертого класса и 47 тысяч кубометров отхода третьего класса. 


«Приповерхностный пункт финальной изоляции РАО будет располагаться на максимально возможно удалении. От него до Северска будет 8,5 километров, до реки Томь — 10 километров, а до «Томскнефтехима» — 6,5 километров, — рассказала главный инженер проекта Наталья Колесникова. — Площадка отвечает всем необходимым требованиям безопасности. Основным зданием будет являться технологический корпус, где будет происходить входной контроль упаковок РАО, временное хранение до размещения упаковок в карты. Основным сооружением ПЗРО являются девять модулей. Первый состоит из трех траншей, второй, третий и четвертый группы — по две траншеи». 


Строительство будет идти в четыре этапа. В рамках первого — построят пусковой комплекс и три модульных сооружения. В последующие три этапа предполагается строительство двух траншей и ввод их в эксплуатацию. 


«Траншея — это сооружение длиной 180 метров, шириной — 24. Состоит из девяти ячеек, разделенных температурными швами. Каждая ячейка для удобства заполнения разделена еще на два отсека. Толщина стенок траншеи — метр. Под траншей и по периметру стен также будет установлен метровый глиняный замок, чтобы исключить возможный выход нуклидов в окружающую среду», — объясняет Наталья Колесникова.


Общая стоимость проекта — 5 млрд рублей. На первый этап будет выделено 2,5 млрд рублей, на последующие — примерно 850 млн рублей. Строительство объекта создаст в регионе свыше 400 рабочих мест — будут трудоустроены 40 охранников, 46 человек для обслуживания ПЗРО. 218 человек будут заняты на строительстве первого этапа, свыше 260 — второго.

«Какая есть альтернатива? Самая очевидная — не строить. Но что такое «не строить»? ПЗРО ориентирован на отходы уже существующего объекта — СХК. Мы не строим объект, значит те отходы, которые уже есть на СХК, остаются там в том виде, в котором стоят сейчас. Это экологические риски, так как они размещены во временных пунктах хранения. Строить где-то в другом месте? Тоже вариант, но тогда придется транспортировать радиоактивные отходы по дорогам общего пользования по всей стране. Конечно, они будут защищены, конечно, это будет специальный транспорт, но тем не менее транспортировка несет дополнительную экологическую опасность», — резюмирует Наталья Колесникова. 

Однако пессимистичный вариант, что будет, если радионуклиды выйдут в окружающую среду, специалисты просчитали.


«Проект предусматривает девять наблюдательных скважин в точках, где выход радионуклидов наиболее возможен. В данном случае производство безопасное. Мы ничего не делаем. Только берем герметичный контейнер и устанавливаем его на хранение. Конечно, разгерметизацию мы предусмотрели. Расчеты показали, что наиболее худший вариант произойдет с разгерметизацией контейнеров четвертого класса, но даже в том случае инцидент будет носить локальный характер. В радиусе 20 метров от возникновения аварии уже никакого заражения не будет. То есть получается, что за забор ничего не выйдет», — объясняет Наталья Колесникова.

«Многие считают, что наши объекты влияют негативно на окружающую среду и соответственно на здоровье населения. Я бы хотел подчеркнуть, что основная задача не в том, чтобы увеличить радиационную нагрузку на регион. А в том, чтобы ее наоборот уменьшить. Дело в том, что национальный оператор не создает радиоактивные отходы. Он создает условия для их изоляции от окружающей среды», — подчеркивает руководитель центра общественных и международных связей НО РАО Никита Медянцев.

Томские экологи говорят, что данный проект во многом передовой в плане радиационной безопасности региона.

Как было раньше? Например, во Франции сгружали отходы и вывозили их в море, в активную среду. Сейчас радиоактивные отходы третьего и четвертого класса хранятся во временных сооружениях. СХК работает больше 60 лет, и все это находится рядом с нами. По этому я считаю, что этот проект — шаг вперед. Это единственный проект, который направлен на улучшение экологической ситуации в Томской области, — говорит эколог Сергей Жабин. — Я видел пункты захоронения во Франции, в Германии. Обладаю большой информацией и могу сказать, что убедился — это действительно безопасно. Те меры, которые принимает национальный оператор... Появился бы кто-то аналогичный ему в сфере управления твердыми бытовыми отходами.

Сергей Жабин
Сергей Жабин

Сергей Жабин подчеркивает, что «национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами» не боится брать на себя социальную ответственность.


«Мы договорились с ними, что выйдем с инициативой изменить некоторые федеральные акты, чтобы ввести для них социальную ответственность в том населенном пункте, в котором они работают. Подобный опыт у нас есть. Когда строился «Томскнефтехим», Егор Лигачев (первый секретарь Томского обкома — прим.ред) добился, чтобы министерство химической промышленности за свой счет построило очистные сооружения в городе. Я предложил НО РАО построить в Северске очистные сооружения. Так как дренажные воды они будут отправлять в ливневую канализацию Северска, а та вызывает очень много вопросов».

Сергей Жабин говорит, что пока не ясно, сколько радиоактивных отходов уже накоплено, кто конкретно будет собирать эти отходы и отправлять на пункты хранения. Национальный оператор пообещал ответить на все эти вопросы на общественных слушаниях, которые пройдут в Северске 1 ноября. 

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?