Обнал в Томске: свидетель по делу Кривошеина рассказал, как и где снимали деньги

В Ленинском суде продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении бизнесмена Андрея Кривошеина, которого обвиняют в «незаконной банковской деятельности с извлечением дохода в особо крупном размере в составе организованной группы»(«а,б» ч. 2 ст. 172 УК РФ). Согласно версии обвинения через предприятия, находившиеся под контролем Андрея Кривошеина, обналичили и выдали клиентам 3 миллиарда 447 миллионов 172 тысячи рублей. Особо крупный размер дохода составил 68 миллионов 943 тысячи рублей. Сейчас в суде идут допросы участников «организованной группы». Евгений Семенов – один из тех, кто по просьбе Андрея Кривошеина открыл индивидуальное предприятие (ИП) и снимал десятки миллионов рублей со своих счетов в Сбербанке и Росбанке. Как это происходило, он рассказал во время допроса в суде.

Бизнесмен Андрей Кривошеин
Бизнесмен Андрей Кривошеин
Фото: Александр Сакалов

Евгений Семенов знаком с Андреем Кривошеиным с 18 лет. Они вместе с ним ходили в один спортивный клуб в Северске. Потом долго не виделись и вновь встретились случайно в 2010-м году. Тогда-то бизнесмен и предложил старому приятелю поработать у него в автосалоне в отделе продаж. У Кривошеина Семенов проработал с 2010 по 2014-ый год. После чего остался должен государству 31 млн рублей. Как это произошло он рассказал, отвечая на вопросы прокурора Оксаны Зайцевой


Перед началом допроса прокурор поинтересовалась, нет ли неприязненного отношения у Евгения Семенова к Андрею Кривошеину?

Она, уточнила, что это важно знать, так как если отношения неприязненные, то это надо будет учесть.


Евгений Семенов скрывать не стал и честно сообщил, что неприязненное отношение к бывшему другу есть. Почему?  Это станет понятным из его ответов на вопросы прокурора Оксаны Зайцевой. Одновременно это и подробный рассказ о том, как в Томске работала схема обналички.

Прокурор Оксана Зайцева
Прокурор Оксана Зайцева
Фото: Артем Изофатов / vtomske.ru

Прокурор: Расскажите, как все начиналось?


Евгений Семенов: Сейчас, когда я вспоминаю начало своей работы у Кривошеина, то понимаю, что обнальная деятельность была уже тогда. Существовало две конторы. На одну приходили безналичные деньги, а в другой, в автосалоне, рассчитывались налом. И оплата автомобилей производилась с конторы, на которую приходили безналичные деньги.


Когда автосалон был закрыт и все сотрудники уволены, Кривошеин предложил мне остаться у него поработать. Это было в 2012-м году. Сначала я курировал стройку столовой. Параллельно занимался сопровождением сделок по купле-продаже автомобилей. В сентябре Кривошеин предложил мне зарегистрировать ИП. Он объяснил, что у него сейчас большие заказы для угольных разрезов, и что это надо для развития нового бизнеса.  Сказал, что все законно и безопасно. Я согласился. При мне Кривошеин позвонил главному бухгалтеру Лопаревич и дал ей поручение подготовить мне все документы. Затем мы все вместе — я, Коптелкин, Киряков и Тимофеев поехали в Северскую налоговую инспекцию. Все расходы за регистрацию предприятий оплатил Андрей Кривошеин. Затем всем нам поступило указание открыть на себя банковские карты. Я получил карты в Росбанке, Райффайзенбанке и Сбербанке. Потом стали поступать распоряжения, что надо съездить и снять деньги. Откуда они поступали, я не знаю. Кривошеин ездил вместе с нами, юрист Виктор Шек был с нами. Они контролировали процесс снятия денег. Деньги передавались Кривошеину и он складывал их в пакет.


А вы – это кто именно?


Я говорю за себя, Тимофеева и Коптелкина. Затем Кривошеин стал нас посылать одних. Нам говорили в какой банк съездить, сколько снять денег и потом мы сдавали их главному бухгалтеру Лопаревич. Параллельно с нами, те, кто жил в Томске, тоже открыли ИП — это Чирюкин, Гиль, Зайкин, Хандорин. Всех сейчас, может быть, не вспомню, но они все есть в акте налоговой проверки. Кроме того были зарегистрированы ООО: на Зайкина – «Гранит», Хандорина – «Глобус», Коптелкина – «Меридиан», на Карпова – «Импульс». Это было в октябре 2012-го года.


Потом Кривошеин сказал отдать все карты и сказать пароли Шеку. Возможно это было сделано для безопасности, так как с Шеком всегда ездила охрана.


Какие вы суммы снимали?


Деньги мы снимали практически каждый день. От двухсот тысяч рублей до пятисот. Это было на протяжении недели. Потом мы открыли банковские счета в Росбанке, Райффайзенбанке и Сбербанке. Открытие счетов готовила бухгалтерия. После этого основная работа ушла на задний план. Каждое утро начиналось с поездок в банки.


А кто давал распоряжения?


Это было внезапно. Кривошеин мог позвонить в любое время и дать распоряжение — что с такого-то банка, с такого вот счета нужно снять определенную сумму. Вместе со мной ехала служба безопасности в количестве двух человек. После снятия со счета они забирали деньги и отвозили в бухгалтерию. Суммы в этот момент начинались уже от 5 млн и доходили до 15 млн рублей. Суммы постоянно были разными. Некоторые ребята ездили и снимали по 30-40 млн.


Это все происходило в томских банках?


За мной был закреплен центральный офис Сбербанка на Фрунзе, 90. Я знал, что Коптелкин ездил, чтобы снимать крупные суммы денег, в Москву. В январе 2013-го года ко мне подошел Кривошеин и сказал, чтобы я тоже поехал в Москву и стал снимать деньги там. Что от работы я отстраняюсь и буду теперь летать в Москву. У меня закралось подозрение, но Кривошеин заверил, что все законно. Он назначил дату и сказал, что вместе с Киряковым я должен лететь в Москву. Бухгалтерия купила мне билеты, и мы полетели. Мне сообщили адрес Сбербанка, в котором я должен был снять деньги. Первый раз я летал в конце января 2012-го года, а второй раз полетел в начале февраля 2013-го года.


Какие суммы денег вы снимали в Москве?


Первый раз 33 млн рублей и второй раз такая же сумма была. Деньги в банке были уже заказаны кем-то из Томска.


В Москве вы только в Сбербанке снимали?


Да. Мы их получали и дожидались, когда за ними приедут. Перед отъездом Кривошеин давал мне телефон, по которому мне должны позвонить люди. Они звонили и приезжали.


Кто приезжал?


По внешнему виду это были обычные люди.


Мужчины, женщины? Может фамилии знаете?


Фамилии мне неизвестны, все время были мужчины. Это были разные люди. Деньги они даже не пересчитывали, а просто перегружали их в сумки.


Дальше?


Во время второй поездки, когда мы пришли в банк, то мной заинтересовалась служба безопасности. Меня пригласил управляющий и поинтересовался, откуда у меня совсем недавно открытого ИП такие большие суммы денег. Я попытался объяснить, словами Кривошеина, но они поулыбались и сказали, чтобы я больше в их банке не появлялся.


А что вы пытались объяснить?


Что поставщики перечисляют деньги безналичными, мы их снимаем и рассчитываемся с другими поставщиками наличными и нам за это делают скидку. Когда я вернулся в Томск, то сразу же договорился встретиться с Кривошеиным. Я сказал, что меня такой ход событий не устраивает и я буду закрывать свое ИП. Он стал меня успокаивать, что у него в Томске все налажено и ничего мне не будет.  Я стал настаивать на закрытии ИП. Кривошеин сказал, что ничего он закрывать не будет. Тогда я сам обратился в Северскую налоговую инспекцию и закрыл свое ИП. Я закрыл все расчетные счета в банках. После этого мы почти год с Кривошеиным не виделись.


Вы продолжали работать у Кривошеина?


Да, продолжал, но мы и не общались.


А чем вы занимались?


Покупкой и продажей автомобилей. Автомобилей покупалось много и с большим дисконтом. Я сопровождал эти сделки. В свободное время я занимался передвижением товара по магазинам.


Как дальше развивались события?


Люди так и продолжали снимать деньги. Я их на работе видел редко.


Вам известно кто продолжал?


Чирюкин, Коптелкин, Хандорин, Гиль. Когда мы находились рядом, то поступал звонок и человек говорил, что поехал в Сбербанк. Мы же были в коллективе и находились в одном месте. Все было видно и всем все было понятно.


Что понятно?


Что съездили в банк и снимали деньги.


Вы, давая показания, несколько раз упомянули словосочетание обнальная деятельность? Что вы имели ввиду? Занимались ли предприятия, которые были зарегистрированы вместе с вашим, какой-то деятельностью?


Нет. Никогда не занимались. Никто не занимался никакой деятельностью. Рисовались только договора на оказание услуг. В основном на автоуслуги.


Эти договоры были недействительными, формальными или фиктивными?


Да, фактически эти договоры были фиктивными. По этим договорам не было реальных работ. Не мог человек выполнить автоуслуг на 5 млн рублей в день.


Кто имел с этого выгоду и какую?


Кривошеин переводил безналичные деньги в наличные, подкреплял это все фиктивными договорами. С этого он имел процент. Начинал он с двух процентов, потом, когда с его помощью начали уходить с рынка Томска обнальщики, я знаю, что Кривошеин хотел поднимать процент. Поднял или нет, я точно не знаю. В планах это было, он хотел монополизировать обнальный рынок в Томске.


Откуда вы это знаете?


Когда он начал заниматься этим на широкую ногу, то начал об этом говорить. В 2014-м году я был уволен. Формулировку мне сообщил Коптелкин, что я слишком много говорю об обнальной деятельности. Что ФСБ этим интересуется.


Вы разговаривали с Кривошеиным?


Да, я подъехал к его дому, и он мне повторил, что кто-то ему сказал, что я слишком много болтаю. Я особо не расстроился. А через три месяца, в конце 2014-го года мне пришло сообщение, что налоговая инспекция Северска начинает против меня проверку. У меня на руках не было никаких первичных документов, они остались в бухгалтерии. Когда я приехал в «РемАвто», он сказал, не переживай, мы все тебе подготовим. Через четыре дня мне действительно сделали документы, и я предоставил их в Северскую налоговую. Потом проверка на полтора месяца внезапно прекратилась. А когда возобновилась, то меня вызвали на допрос в налоговую. Я рассказал всю правду. Что попросил меня открыть ИП Кривошеин. После этого ко мне приезжали люди от Кривошеина и спрашивали, кто давал мне разрешения давать показания против Андрея. Я им сказал, что буду говорить, как есть. Потом Кривошеин лично мне назначил встречу у «Изумрудного города». Я сел к нему в машину. Он претензий мне не высказывал, сказал, чтобы я не беспокоился и что он все уладит. Что с Северской налоговой у него есть договоренности. Что пройдет проверка, и налоговики насчитают небольшую сумму для галочки — 100 тысяч или 120 тысяч, и он оплатит эти деньги. Он сказал, что ему важно знать, кто инициатор этой проверки. Я ответил, что не знаю. А на следующий день меня вызывают в налоговую инспекцию и вручают акт выездной налоговой проверки, где указано, что я должен заплатить 17 млн рублей налогов и 4 млн штрафа. В общей сложности 21 млн рублей. В настоящее время эта сумма уже перевалила за 30 млн рублей. В этот же вечер мне позвонил Кривошеин и дословно сказал следующее — «Ну, перестарались северские налоговики». «Весь материал отправят в областную налоговую, там у меня договоренность стопроцентная», — сказал мне Кривошеин. Я в очередной раз поверил ему. Но после проверки областной налоговой суммы остались прежними.


После этого Кривошеин написал заявление, что я украл у него миллион рублей. А потом мне позвонил Карпов, на которого было зарегистрировано ООО «Импульс», и сказал: «А ты в курсе, что тебя посадят?». Я говорю в каком смысле? Мне отвечают, что Кривошеин сейчас решает на сколько меня посадить на три года, четыре или шесть. Он показал мне смску от Кривошеина, где тот пишет ему: «Не думай давать показания против меня, а то сядешь, как Семенов. Я сейчас решаю на сколько его посадить».


Потом последовало заявление в ОБЭП, и меня вызвали на допрос. Потом меня вызывали еще  в Следственный комитет и ФСБ. После этого с Кривошеиным мы больше не общались.


Вам известно кому и для каких целей передавали деньги, которые вы снимали?


Это была обнальная схема. Безналичные деньги заходили мне на счет, и я снимал их наличными. Кривошеин забирал себе процент и деньги возвращались назад клиенту.

В итоге: Андрей Кривошеин и бухгалтер Екатерина Шмакова на скамье подсудимых. На Евгении Семенове, Игоре Коптелкине и других ипэшниках висят десятки миллионов неуплаченных налогов и штрафов. 

Бывший юрист ООО «РемАвто» Виктор Шек, которого упоминает Евгений Семенов ранее дал согласие сотрудничать со следствием и его дело было выделено в отдельное производство. 11 декабря 2017 -го года Ленинский суд приговорил Виктора Шека к трем годам лишения свободы условно со штрафом в размере 200 тысяч рублей.


Андрей Кривошеин вины своей не признает и считает, что уголовное дело в отношении него заведено Следственной частью Следственного управления УМВД России по Томской области из мести. Предприниматель обвиняет экс-начальника УМВД по Томской области Игоря Митрофанова в коррупции. По этому поводу он написал заявления в следственный комитет и прокуратуру. По одному из его заявлений в отношении генерала полиции возбуждено уголовное дело по статье 159 (мошенничество).


Владелец сети магазинов автозапчастей «РемАвто» является главным свидетелем в деле о коррупции в УМВД Томской области. Андрей Кривошеин обвинил начальника управления экономической безопасности и противодействия коррупции Константина Савченко в том, что тот получал от него взятки автоуслугами и айфонами. Первоначально взятка данная Кривошеиным Савченко оценивалась в 913 тысяч рублей, затем в ходе судебного следствия была снижена до 720,8 тысячи рублей. 24 апреля 2017-го года областной суд приговорил Савченко к 7,5 годам лишения свободы в колонии строгого режима и  штрафу в 6,9 млн рублей. Верховный суд оставил данный приговор в силе.


Отметим,что Евгений Семенов выступал свидетелем и в уголовном деле Константина Савченко. Там он первым рассказал, что через предприятия Кривошеина обналичивались миллиарды рублей и что по этому поводу он написал заявление в Следственный комитет России.

P.S. По просьбе Евгения Семенова мы не стали публиковать его фотографию.

Поделитесь

Читайте также

Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?