Культурное наследие: противный запах истории или душа города?

«Обязательные правила сохранения объектов материальной культуры как осознанная необходимость сбережения национального достояния России» — так называлась конференция Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК), которая проходила два дня в Центре татарской культуры. В Томск съехались градозащитники из Барнаула, Иркутска, Красноярска, Новосибирска, Якутии и других городов России, чтобы обсудить, как сохранить наше историко-культурное наследие.

Культурное наследие: противный запах истории или душа города?

Открыть конференцию взялся заместитель губернатора и главный архитектор Томской области Евгений Паршуто. Это стало сюрпризом для градозащитников, ведь до самого последнего момента было не известно, найдет ли время для этого представитель обладминистрации. Напомним, что именно председатель ВООПИиК Артем Демидов рассказал в Кремле  о проблеме определения границ исторического поселения в Томске на Совете по культуре и искусству при президенте Российской Федерации. В результате через пару месяцев  обладминистрации пришлось спешно отправлять проект исторических границ Томска в Москву и практически поставить крест на проекте «Томские набережные». С учетом этого обстоятельства визит вице-губернатора в Татарский центр был неочевидным. Однако же он состоялся.

Через программу комфортная городская среда мы займемся в этом году одной из знаковых улиц Томска — Красноармейской, — поделился планами с собравшимися Евгений Паршуто. — Даны уже поручения по нескольким домам провести обмерочные работы и определить объем работ по тем деревянным домам, которые были отреставрированы в 2007-2009 годах, чтобы привести их в порядок. Покрасить и почистить с привлечением волонтерского движения.

При этом приглашая градозащитников принять участие в Совете главных архитекторов России и Межрегиональном архитектурном фестивале «Зодчество Сибири-2019», Евгений Паршуто оговорился практически по Фрейду, сказав, что нужно сообща решать проблемы с «обременением или с тем, что градозащитники называют историко-культурным наследием». Обременение в этом контексте — слово показательное, что уж!

Культурное наследие: противный запах истории или душа города?

Председатель ВООПИиК Артем Демидов тоже за то, чтобы обеспечивать «государственную охрану объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации города Томска как исторического поселения федерального значения» сообща. Это дело и властей разных уровней, и общественности. Однако на деле почему-то часто оказывается, что общественность более заинтересована в охране памятников, чем власти. Так произошло и с выполнением поручения  Владимира Путина. Общественность настаивала на включении в предмет охраны муниципального списка-701 ценных деревянных домов полностью, а в результате спешки в Москву улетел проект с брешью в 40 домов, среди которых оказались и восстановленные по программе «Аренда за рубль». И это не единственное недоразумение. Естественно, по этому поводу Артем Демидов не мог не высказать своего недоумения.

Ситуация с историческим поселением Томска вызвала серьезные опасения у ВООПИиК и вопросы к администрации Томска в части разработки проектной документации. С заместителем губернатора Евгением Паршуто мы обсудили требования к предметам охраны и то, что в перспективе нужно двигаться по пути разработки типовых моделей, предложений для воссоздания среды на тех участках, где объекты уже утрачены. Опыт других городов России говорит о том, что нужны готовые проекты для воссоздания исторической среды. И это может избавить инвесторов от излишних согласований. Если они возьмут утвержденный типовой проект, то согласований просто не потребуется. И еще очень важный момент, который должен быть зафиксирован в проекте границ исторического поселения, это то, что при реконструкции домов должны использоваться только аутентичные материалы.

Надо отметить, что по следам разговора с Артемом Демидовым Евгений Паршуто дал поручение комитету по охране объектов культурного наследия Томской области вернуть в предмет охраны дома из списка-701. «Это нонсенс, что в предмет охраны не попали уже отреставрированные дома, в которые люди вложили деньги. Для владельцев этих домов это тревожно, как минимум», — прокомментировал ситуацию ТВ2 замгубернатора, покидая конференцию.

Председатель Томского отделения ВООПИиК Мария Бокова
Председатель Томского отделения ВООПИиК Мария Бокова

Александр Лавров, заместитель руководителя управления министерства культуры по Сибирскому федеральному округу, продолжил тему сохранения подлинности исторических памятников. Он обратил внимание на лакуну в федеральном законодательстве: в 80-е годы отдельные здания из архитектурного ансамбля ставили под охрану, а с остальными домами можно было делать что угодно. «Теперь эта проблема стала для всех очевидной, и Томск в этом плане пионер, потому что после утверждения границ исторического поселения можно будет решать вопрос сохранения культурного наследия в целом, а не по частям».

Здесь сохраняется очень опасный момент, — обратил внимание градозащитников Александр Лавров. — Это замещение подлинной застройки. Если мы сейчас не отнесемся к этому очень жестко, то откроется ящик Пандоры. Главное, что может исчезнуть — это подлинность и этот противный запах истории. То, что хранится в этой потертости, в паутине трещин и морщин истории. Поэтому мы должны к старым зданиям относиться аккуратно и с особым пиететом. У нас есть печальный опыт со 130 кварталом в Иркутске. То, что сделано в 130 квартале — это прецедент, который нельзя было повторять никогда и нигде. Однако ничего подобного. В Красноярске сейчас пытаются идти тем же путем. В настоящий момент там снесены два шикарных двухэтажных дома вполне удовлетворительного состояния. На их месте обещают возвести точно такие же, но новые. Так делать нельзя. Это профанация истории, профанация культурного наследия Это та самая червоточинка, которая может испортить все.

Представитель Минкульта предложил выработать жесткую позицию по сохранению подлинности культурного наследия. «Новое не должно камуфлироваться под старое. Старый памятник, старый предмет, старый человек должен быть уважаем за свой возраст, за свой опыт и за внешность, связанную с историй. И поэтому как Томск решит проблему с погорелыми и аварийными деревянными домами, затаив дыхание, смотрит вся Россия», — заявил Александр Лавров в своем приветственном выступлении. 

Председатель совета Новосибирского отделения ВООПИиК Наталья Шамина
Председатель совета Новосибирского отделения ВООПИиК Наталья Шамина

Председатель совета Новосибирского отделения ВООПИиК Наталья Шамина поделилась сегодняшними проблемами новосибирского Академгородка. Если в Томске уничтожается деревянная архитектура для возведения многоэтажек, в Академгородке для этого вырубается лес. Наталья Шамина коротко рассказала историю противостояния жителей научного городка и застройщиков.

Первая попытка застроить исторический центр городка и его лесов была сделана в 2000 году. Планировалось построить 8 многоэтажных элитных домов на месте леса. Тогда научная общественность митингами, блокировкой строительных работ, баррикадами, исками в суд и факсовыми атаками сумела приостановить массовую застройку. Протестующих поддержал полномочный представитель президента РФ по СФО Л. В. Драчевский. Но два многоэтажных элитных дома — по пр. Академика Коптюга, 5 и по ул. Ильича, 23 – все-таки были построены. И, конечно же, поселились в них отнюдь не молодые ученые. Самая дорогая квартира в доме на проспекте Академика Коптюга в Академгородке сейчас стоит 135 млн рублей. Она находится в одном из этих домов, которые появились здесь вместо леса.

Культурное наследие: противный запах истории или душа города?
Лес, который был на месте стройки
Лес, который был на месте стройки

В 2006 году Президиум СО РАН принял скандальное решение о застройке исторического центра Академгородка – знаменитого города-леса — объектами технопарка, корпусами НГУ и элитным жильем. После этого началась массовая рубка леса и застройка многоэтажками. Противостояние общественности и застройщиков продолжается и по сей день. Победу пока одерживают деньги.


В настоящий момент объявлено о застройке Центрального леса зданиями НГУ для его коммерческих целей. По плану «развития» «Академгородок 2.0» предусматривается прокладка новых дорог через вековой сосновый бор на Пирогова, строительство развязок на всех трех выездах из городка (научному центру они точно не нужны), застройка зоны отдыха, также объявлена реновация с заменой малоэтажного жилья многоэтажками с парковками.


Общественность и несколько депутатов Государственной Думы подали заявления о преступлении и депутатские запросы в Генеральную прокуратуру. Союз московских архитекторов направил официальное письмо поддержки Академгородка в высокие инстанции, решительно выступив против его застройки. За спасение Академгородка собрано (на бумажных подписных листах) более 75 000 подписей. Но пока надежды на победу здравого смысла мало.

Многоэтажки вместо леса в Академгородке
Многоэтажки вместо леса в Академгородке

Одиннадцатиклассник Максим Бойков обратил внимание членов ВООПИиК на то, что нанести вред памятникам исторического наследия может не только отсутствие бережного отношения к ним, но и обычное бездумное благоустройство. Он показал, как несоразмерные масштабу фонари могут испортить исторический центр и закрыть красивые фасады зданий, являющихся памятниками архитектуры.

Культурное наследие: противный запах истории или душа города?
Культурное наследие: противный запах истории или душа города?
Культурное наследие: противный запах истории или душа города?

Альфред Дульзон, профессор ТПУ, заметил, что многие вообще не понимают, что такое деревянное зодчество. Несколько лет назад Альфред Андреевич занимался изучением вековых деревянных домов вместе с учеными из Германии, которые специально приезжали в Томск, чтобы понять секреты старых мастеров. Профессор ТПУ отметил, что коллеги основное внимание обращали не на резьбу, не на красоту узоров, а на то, как дома построены. Как бревна сложены, как угол выведен, как все подогнано — это было для них самым главным. «Они удивлялись: какое замечательное изобретение форточки! Они просчитали на моделях и выяснили, что форточка — самый идеальный способ поддержания атмосферы в квартире. Все остальное, например, открытые рамы, не дает такого эффекта. Форточка не выстуживает пол и в то же время позволяет быстро сменить воздух в комнате», — рассказал Альфред Дульзон.


Или еще вещи, на которые немцы обратили внимание. Когда на Кузнецова ремонтировали дом, с верхних перекрытий сбрасывали землю. Они спрашивали – зачем? Это очень важная часть дома, оказывается. Земля — отличная паро- и звукоизоляция. Она плотно закрывает все щели, поэтому балки не преют, не подгнивают. Кроме того, земля стабилизирует динамические  здания, дом становится более устойчивым.


По поводу состояния немецкие специалисты удивлялись не тому, в каком состоянии находятся у нас деревянные дома, а тому, что они живы при таком отношении. «Дореволюционные дома своей жизнью доказали, что они жизнеспособны. Почему дома попали в такие условия, понятно. Во-первых, в 1917 году они лишились собственников, хозяев. У любого здания, даже кирпичного, заберите хозяина, и оно через несколько лет развалится. Но томские деревяшки проявили жизнестойкость и выжили», — рассказал Альфред Дульзон.

Культурное наследие: противный запах истории или душа города?

Вторая беда, по мнению доктора технических наук, жуткая перенаселенность деревянных домов. Первый раз эти дома перенаселили во время революции и гражданской войны, а потом во время Великой Отечественной войны, когда эшелоны с людьми приходили в Томск каждый день. Здесь разворачивали оборонные заводы, и в домах, предназначенных для 3-4 семей, селилось по 20 семей. В условиях такой перенаселенности никто не чувствовал себя хозяином и дом был как бы ничейным.

Культурное наследие: противный запах истории или душа города?

При всем уважении к Лигачеву, считает Дульзон, но именно он совершил гигантскую ошибку, совместив деловой центр с историческим центром города. Это дало начало разрушению целостности исторического центра. Как только в историческом центре образовался деловой центр города, сюда пошли бизнес, торговля и в результате образовалась острая нужда в стройплощадках. «Если бы Лигачев вынес деловой центр города в район Дворца спорта, говорит профессор ТПУ, то город бы развивался в юго-западном направлении. Вовремя бы были решены вопросы Мокрушинского и Степановского переездов, а историческая часть города была бы не тронута. Может быть, деревянными домами бы и не занимались тогда, но по крайней мере войны бы этой за земельные участки не было. Об этом говорит и опыт зарубежных стран: современный деловой центр и ухоженный исторический разделены. Историческая зона — это душа города. И это то место, куда мы идем, чтобы понять людей и страну. Мы же не гуляем в Париже в новостройках».

Восстановленный дом на Пушкина, 5 по программе "Аренда за рубль"
Восстановленный дом на Пушкина, 5 по программе "Аренда за рубль"

Сейчас, по мнению Дульзона,  богатые люди инстинктивно стали строить деревянные дома. Их много в пригородах Томска. Потому что они комфортны и в них хорошо дышится. Кроме того, в деревянных домах хорошая звуковая изоляция, соседей за стеной, как в новостройках, не слышно. То же самое с запахами, дерево все поглощает. Это все мелочи, из которых состоит комфорт, подводит итог Альфред Дульзон.


«Правильно говорят, если забыл свое прошлое, то у тебя нет будущего. И если говорить о будущих поколениях, то понятно, что они в нормальной среде получают нормальное воспитание. Деревянное зодчество — это душа Томска. Это родина. Если у молодежи не будет понятия Родины, то они и защищать страну не будут. Поэтому надо ли нам сохранять нашу страну? Я считаю, что надо. И для этого должны быть патриотично настроенные молодые люди. А это обеспечивается в том числе и сохранением деревянной архитектуры», — завершил свое выступление заслуженный деятель науки Российской Федерации Альфред Дульзон.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?