Как посадить Президента, Олигарха и Викторию Мучник
Искусственный отбор томского ученого Сергея Горошкевича
В 30 км от Томска есть село Курлек. А рядом с Курлеком есть место, где растут необыкновенные деревья: голубые кедры, плакучие и кудрявые лиственницы, микроскопические ели-бонсаи. Это — научный стационар «Кедр» при СО РАН, заведует которым Сергей Горошкевич. Здесь можно узнать, чем хороши ведьмины метлы, как Президент прирос к Олигарху и при чем тут Виктория Мучник.
Президент VS Олигарх
В середине 1980-х, когда Сергей Горошкевич только начал заведовать кедровым питомником и вести селекционную работу, в Томске был известен только один сорт кедра — кедр сибирский. Сейчас на 10 с лишним гектарах стационара сосуществует кедровое многообразие. Одни сорта по сравнению с кедром сибирским растут очень быстро. Другие — до 10 раз медленнее. Третьи имеют кудрявую и длиннохвойную «шевелюру». А четвертые никогда не плодоносят, потому как — декоративные.


У сибирского кедра только в северном полушарии насчитывается до 40 родственников — близких и дальних. Родственные особи завозятся в Курлек, испытываются и используются в селекционной работе — в том числе, и для скрещивания с аборигенами.

Удачные результаты скрещивания селекционер Горошкевич размножает — под оригинальными именами.
Но иной раз имя придумать сложнее, чем вывести новый сорт, признается Сергей Горошкевич. Потому как взять словарь персоналий, выбрать, скажем, раздел «Русские композиторы» и называть новации именами от Алябьева до Чайковского — вариант для сибирских ученых не подходящий.
«Чтобы дать название сорту — надо иметь какую-то идею, повод. Часто мы называем сорта именами их первых хозяев. Однажды, например, наш кедрик подарили товарищу Путину на его 50-летний юбилей. От того растения остались ростки, и поначалу я так и называл его собратьев — «товарищ Путин». Но потом оказалось, что по современному кодексу ботанической номенклатуры культиваров, называть сорта именами действующих политических деятелей не рекомендуется. А чуть позже мне пришлось еще один кедрик назвать по фамилии — Ходорковский. Михаилу Борисовичу его подарили за неделю до ареста. Так они и жили у меня вместе — Путин с Ходорковским. Пока однажды не приехала пресса, после чего вышла статья с заголовком: «В Томске посадили не только Ходорковского, но и Путина». Поэтому пришлось мне их переименовать от греха подальше. Теперь они просто — Президент и Олигарх».
Сергей Горошкевич, селекционер
Клоны Президента и Олигарха в начале 2000-х селекционер привил на один кедр с двумя одинаковыми стволами — чтобы посмотреть, как два новых сорта будут между собой взаимодействовать. Спустя 15 лет очевидно, что Президент растет ввысь и доминирует. Олигарх, хоть и ушел вбок, но тоже неплохо себя чувствует и обильно плодоносит. У Президента же шишек меньше, но зато они по размеру больше.

Саженцы кедра с «президентско-олигархической» прививками вышли в разряд коммерческих продуктов, так что моделировать собственную политическую ситуацию в огороде теперь может любой желающий.
Как посадить Викторию Мучник
Для посадки Виктории Мучник надо выбрать погожий день. Весенний или осенний. Так как она — особа свободолюбивая, то место для нее лучше зарезервировать открытое. Если все сделать правильно, то Виктория станет кудрявой и вид будет иметь жизнерадостный.
Именной кедр журналистке ТВ2 на юбилей в этом году подарили коллеги. Новый сорт официально зафиксирован: все клоны «Виктории Мучник» скрупулезно пронумерованы и занесены в сводную базу данных питомника — вместе с тезками томских профессоров, врачей и других не менее замечательных личностей, которые теперь в прямом смысле слова могут дарить друзьям себя. Виктория — это сорт второго поколения. В отличие, например, от Олигарха.
«Для сортов первого поколения основа найдена в природе. Бывает так, что растет обыкновенное дерево, а на нем есть одна необыкновенная веточка. Соматическая мутация, по-научному. Берем эту веточку и прививаем на дичок. Большинство сортов первого поколения имеют такое происхождение — корни дикие, крона культурная. В том числе, и Президент, и Олигарх. Сорта второго поколения — это отобранное потомство сортов первого поколения. Сейчас у нас на подходе сорта третьего поколения — когда они не от свободного опыления получаются, а от контролируемого».
Сергей Горошкевич, селекционер
Будет ли плодоносить кедровая тезка Виктории Мучник — пока неизвестно. Деревцем она станет небольшим — не больше 3,5-4 метров. Потому как расти будет всего по 5 см в год, а не по полметра, как это делают обычные сибирские кедры. Викторию Сергей Горошкевич рекомендует высаживать перед домом, чтобы, сидя на крыльце, было удобно смотреть на пушистое и густое растение и думать о вечности.

Чем хуже, тем лучше
В среднем, максимальная продолжительность жизни кедра — 500 лет. Но, по словам Сергея Горошкевича, чем лучше для этого дерева условия, тем короче его жизнь.
Так, в припоселковых кедровниках, таких, как в Курлеке, 200-летний кедр выглядит уже глубоким стариком.
Но в средней части Томской области — например, в Верхнекетском районе — кедры доживают и до 400 лет.
«Кто быстро развивается, тот быстро стареет. Поэтому самые долгоживущие деревья — в высокогорьях, на севере и в болоте. Однажды мои сотрудники недалеко от Курлека, в междуречье Томи и Оби, нашли островок среди болот — небольшой в полсотни кедров всего. По причине того, что это — болото, и пожаров там никогда не было, кедры спокойно росли веками. Достоверно по годичным кольцам было определено, что одному из них 650 лет. А всероссийский рекорд — на северном Урале нашли кедр 900 лет».
Сергей Горошкевич, селекционер

Сколько проживут селекционные экземпляры — пока неизвестно.

Сергей Горошкевич шутит, что вместе с новыми сортами кедра, неплохо было бы вывести и новый сорт селекционера, который бы жил лет 300. Чтобы наработки не терялись.
Мутация — основа эволюции
«Общественность мутантов не любит. Потому что черпает информацию о них из фильмов — где они злые, с тремя головами. На самом деле, мутация — основа эволюции и селекции. Все селекционные продукты — это либо макромутации, если сразу большое изменение произошло, либо микромутации, которые накапливаются постепенно, и дают какой-то эффект селекционный. Или эволюционный. У нас собрана крупнейшая коллекция хвойных мутаций — потому что мы их изучаем и используем в селекционной работе».
Сергей Горошкевич, селекционер
Сколько сортов кедра обитают сейчас в кедровом стационаре под Курлеком — вопрос для его заведующего сложный. С научной точки зрения, сорт — это совокупность живых организмов, которые можно размножить, и которые имеют гарантированный набор известных свойств (то есть, человек знает, что он сажает, что из этого вырастет, и как за этим ухаживать). И в этом смысле в Курлеке вывели около 15 отличных сортов, около полусотни — хороших, и около 1000 — просто новых.
Но с бюрократической точки зрения, каждый сорт должен быть подтвержден государственным сертификатом, в котором зафиксированы ФИО человека, который его вывел и который имеет права на его распространение. А так как в России кедр сибирский, по словам Сергея Горошкевича, не числится в списке растений, по которым регистрируются селекционные достижения (в отличие, например, от груши или яблони), то с получением подобных сертификатов возникают сложности.

Впрочем, для одного из проектов Российского научного фонда Сергей Горошкевич пообещал несколько сортов кедра зарегистрировать.
«Рекордстрис»
В глубине селекционного царства есть дерево, которое напоминает новогоднюю ель. Только очень странную.
Почти ко всем веткам прикреплены грузы в виде подшипников, цепей, автомобильных дисков. Это не стимпанк. Это — ниваки.
«С ботанической точки зрения — это лиственница Гмелина. Происхождением из Комсомольска-на-Амуре, в возрасте 20 лет. С точки зрения культурной, это — ниваки. «Ниваки» — слово японское. Пишется двумя иероглифами — «дерево» и «сад». Садовое дерево. Оно так специально сформировано — подогнуто, подстрижено, чтобы придать ему эксклюзивную эстетическую форму. Эстетика — предмет сложный. Сейчас это дерево многих людей привлекает не потому, что форму имеет, а потому что на нем висят игрушки. Это грузики, которые оттягивают веточки, чтобы они запоминали, куда им расти — инструмент для придания нужной формы. Веточки должны одревеснеть, запомнить направление своего роста, тогда можно будет убрать грузики, и никто из нормальных русских людей на это дерево не посмотрит. Сколько нужно, чтобы одревеснело? Хороший ниваки выращивают три поколения японцев. Японцы живут долго — вот и считайте...»
Сергей Горошкевич, селекционер
Рядом с лиственницей Гмелина — еще один примечательный объект. Кедр, который является претендентом в книгу рекордов — по количеству прививок. Последнюю делали в июле — прижилась. Когда закончат со всеми запланированными, можно будет называть кедр «рекордсменом», точнее, «рекордстрисом» от слова «tree» — «дерево».
А вот эта красотка на фотографии — «Дитя биосферы №41». Ее мама стала основательницей сорта «Биосфера».
«Биосферу» Сергей Горошкевич нашел в 1993 году в Нижне-Сеченовском припоселковом кедровнике. Нашел случайно. Залез на дерево и разглядел среди обычных веток шикарную... ведьмину метлу! То есть, одну ветку с необыкновенно густой и пушистой хвоей. Такие мутации встречаются один раз на 10 тысяч деревьев. Так что будущей «Биосфере» 25 лет назад очень повезло.
Кедровые школы и университеты
На ветке с длинной хвоей — маленькие шишки. Это не просчет селекционеров. Это — природа. У кедра шишка развивается два года. Та, что на фотографии, в этом году опылилась и будет зимовать в таком состоянии.

А на следующий год станет большой — такой, к какой мы привыкли. Из-за этих особенностей, люди часто думают, что кедры плодоносят только раз в два года.

«Общественность мутантов не любит. Потому что черпает информацию о них из фильмов — где они злые, с тремя головами. На самом деле, мутация — основа эволюции и селекции. Все селекционные продукты — это либо макромутации, если сразу большое изменение произошло, либо микромутации, которые накапливаются постепенно, и дают какой-то эффект селекционный. Или эволюционный. У нас собрана крупнейшая коллекция хвойных мутаций — потому что мы их изучаем и используем в селекционной работе».
Сергей Горошкевич, селекционер
В кедровом питомнике Сергея Горошкевича кедры выращивают... на грядках. В посевном отделении сеют семена — орешки. На следующий год их выкапывают и пересаживают в школьное отделение. В «начальной школе» они проводят три года, потом их снова пересаживают. Иногда от таких процедур кедры болеют, но те, что выздоравливают, живут потом долго и счастливо. Уход за ними круглогодичный и экологически безопасный: в питомнике не используют химикаты — здоровье грядок поддерживают при помощи регулярных прополок. Так что во взрослую жизнь кедры выходят с хорошим иммунитетом
Химеры и дендроарт
«Когда одна половина дерева — с одним генотипом, а вторая — с другим, то по-научному это называется «химерой», — объясняет Сергей Горошкевич. — Вот объект — сверху висит, снизу — торчит. Это химера — только она, не как Русалка из двух частей состоит, а сразу из 10...»
Некоторые химеры особенно хороши для оформления садового пространства — например, производное от плакучей лиственницы. Корни у дерева сибирские, а крона — европейская, от лиственничного сорта «пендула», что значит «повислая». У этого сорта не работает ген, ответственный за противодействие гравитации.
Так что, если все обычные деревья растут под углом 180° к вектору гравитации, то здесь наоборот — дерево тянется головой вниз. И образует изящные арки или воздушные водопады.

Для визуального искусства на основе живых деревьев Сергей Горошкевич даже придумал специальный термин — «дендроарт» (от «дендро» — дерево, «арт» — искусство).

«Выращивается дикий кедр. Потом вся дикая крона ему постепенно заменяется на культурную. Каждый элемент — отдельная прививка специального сорта. Для большого дерева процесс занимает примерно 20 лет. Зато после этого оно пересаживается в таком виде на постоянное место. И ценится за то, что держит почти неизменными свою форму и размер. Каждый из элементов всего на несколько сантиметров подрастает. Так что замысел творца сохраняется. Правда, размножить его нельзя. Потому что это авторский продукт, созданный всего в одном экземпляре».
Сергей Горошкевич, селекционер
Банзай, бонсай!
Внести изюминку в дизайнерское оформление сада или приусадебного участка можно и при помощи бонсаев. Японское слово «бонсай» — 盆栽 — состоит из двух иероглифов, которые переводятся как «выращенное в подносе». Не в плошке, не в чашке, а — на совершенно плоской поверхности.
В кедровом стационаре под Курлеком бонсаи выращивают и кедровые, и еловые. Чтобы маленькие деревья жизнь имели долгую, самое главное — не считать их домашними растениями. Дома, где климат для растений такой же сухой и жаркий, как в пустыне Сахара, могут жить только бонсаи из тропических растений. Фикусов, например. А если занести в дом по осени сибирский кедр, то к весне он непременно погибнет. Так что не надо мучить растения, для которых сибирский климат — родная среда, говорит Сергей Горошкевич, который против насилия над флорой в любом виде:
«Как получают классический японский бонсай? Из обычного растительного материала. Берут саженец, у которого потенциал роста — 25 метров. И делают из него бонсай 25 см. Представьте, как надо мучить бедное дерево, чтобы сократить его рост в 100 раз. Его надо не кормить, не поить, всячески изголяться над ним. То есть — не давать ему жить и не давать умереть. Это — не наш метод. Мы работаем с инновационным генетическим материалом, который сам растет таким образом. Я к этому дереву с ножом не подходил ни разу за 15 лет его жизни — оно само так растет».
Сергей Горошкевич, селекционер
Бонсаи могут стать прекрасным подарком. Например, на свадьбу: хвойная парочка — ель и кедр — на одном подносе. Или на день рождения: елочка под названием «Маленький бриллиант» — с иголками длиной всего 2 мм! Да и вообще любой именной кедр поможет изящно выйти из ситуации с поиском оригинального подарка: нет возможности подарить любимой/любимому Лексус из автосалона — можно подарить «Лексус» из кедрового питомника. Он тоже настоящий, а еще и живой!
Климат VS кедр
Многолетние эксперименты с хвойными ведутся в стационаре «Кедр», в первую очередь, в научных целях. Кедровый заповедник относится к институту мониторинга климатических и экологических систем.
«Главный наш объект и главная наша работа — научная. Место, где мы сейчас находимся, называется клоновым архивом географических экотипов кедра. Кедр имеет огромную площадь распространения — 5 млн квадратных километров. От северо-востока европейской России до Якутии. От полярного круга до пустыни Гоби в Монголии. И кедры везде разные — потому что климат разный. Мы изучаем взаимоотношения между растениями и климатом».
Сергей Горошкевич, селекционер
В Курлеке исследуют, как ведут себя «гости» на сибирской земле. Очевидно, что многие себя чувствуют здесь не очень. Вот два практически одинаковых экземпляра — привиты и посажены в один день. Но один — томский — зеленый, живой, и массу имеет в сотню раз больше, чем сосед, который приехал с Западно-Саянского перевала на границе Хакасии и Тывы с высоты 2100 метров над уровнем моря. Там кедры живут в арктическом климате — снег выпадает в любое время года, а безморозного периода нет вообще. Потому, оказавшись в Сибири, кедр уже к июню получает годовую порцию тепла, и от излишков начинает чахнуть и болеть. Изучать механизмы болезни и выздоровления важно для того, чтобы при глобальном изменении климата помочь кедру адаптироваться к новым условиям, сохранить и приумножить свою популяцию.
И у селекционеров это получается. Во всяком случае, «Идеал» кедра они уже нашли.
33-летний красавец с таким именем — любимое место групповых фотографий экскурсантов и молодоженов. Ну, а если вам тоже хочется вживую встретить «идеал», посмотреть на растущие вниз головой ели, голубые кедры или двухцветные сербские елки, а заодно найти кедр с именем собственным — добро пожаловать в Курлек!
Контакты:
Адрес: Томский район, село Курлек, микрорайон Кедр, Сибирская академия деревьев и кустарников
Сайт: sadik.tomsk.ru
Телефоны: 30-23-16 (8-913-850-23-16)