Гринпис: почему у губернатора Жвачкина «в голове каша»

Руководитель лесного отдела Гринписа России Алексей Ярошенко прокомментировал публичную перепалку по поводу вырубок леса в Томской области, которая произошла между режиссером Никитой Михалковым и губернатором Сереем Жвачкиным. Эколог считает, что одна из главных угроз для российского леса — это «информационная каша, состоящая из заблуждений и предрассудков, наполняющих головы многих отечественных чиновников».

Алексей Ярошенко
Алексей Ярошенко
Фото: С личной страницы в Фейсбуке

 Алексей Ярошенко разобрал два заблуждения Сергея Жвачкина, которые были озвучены губернатором на телеканале «Томское время»

1. Что в Томской области возможно заготавливать 38 млн кубометров круглого леса, не нарушая экологический баланс.

2. Если не вырубается лес, то за счет нижней подстилки он будет гореть.

Гринпис:  почему у губернатора Жвачкина «в голове каша»
Фото: Скриншот из телепрограммы

Начнем с первого, — пишет Алексей Ярошенко. — 38 млн кубометров - это так называемая «расчетная лесосека», то есть разрешенный годовой объем заготовки древесины (согласно Лесному плану Томской области, она составляет 38404,56 тысяч кубометров). К «экологическому балансу» она не имеет ровным счетом никакого отношения — это чисто административная величина, исчисляемая по старинным (конца XVIII - начала XIX веков) алгоритмам, придуманным для лесов, в которых ведется качественное лесное хозяйство, которые надежно защищены от непроизводительных потерь и воровства, и из которых даже самая низкокачественная древесина пользуется спросом. И даже при таких условиях расчетная лесосека должна обеспечивать не «экологический баланс», а всего лишь неистощительное пользование лесом как источником древесины.

О том насколько «качественное лесное хозяйство» ведется в Томской области говорит видео жительницы Асиновского района. В окрестностях поселка Причулымского она сняла кладбище  древесины, которое растянулось на несколько километров. Как пояснил ТВ2 асиновский журналист Алексей Шитик , этот склад древесины принадлежит российско-китайскому предприятию «РусКитИнвест» и существует уже несколько лет.

У нас нет лесного хозяйства, способного обеспечить возобновление хозяйственно ценных лесов за установленный (и используемый при исчислении расчетной лесосеки) оборот рубки, — говорит Алексей Ярошенко.  Вырубленные площади, даже если на них формально проводится какое-нибудь «лесовосстановление», без качественного дальнейшего ухода, зарастают хозяйственно малоценными березняками и осинниками. У нас есть колоссальные потери лесов от пожаров: по стране в целом от огня гибнут примерно втрое большие площади лесов, чем вырубаются лесозаготовителями, а в Томской области - по меньшей мере в шесть-семь раз большие; к этому добавляются потери от лесных воров, вредителей и болезней. Наконец, львиная доля лесов, которые учитываются при исчислении расчетной лесосеки, просто недоступна по экономическим причинам: по действующим правилам, в расчет берутся спелые леса с запасами свыше 50 кубометров на гектар - а в реальности даже там, где есть дороги, безубыточная работа лесозаготовителей требует запасов в сотню кубометров на гектар и более. И еще один важный момент: расчетная лесосека исчисляется по материалам лесоустройства, средняя давность которых по стране составляет около 23 лет, и которые уже давно не соответствуют реальному состоянию лесов (по Томской области данных о средней давности материалов лесоустройства нет, но нет и оснований считать, что ситуация в ней лучше средней по стране).

Про лесных воров. Потери леса от работы «черных лесорубов» в Томской области достоверно никому неизвестны. Как и от деятельности предпринимателей, которые пользуясь пробелами в законодательстве и ведомственной путаницей вырубают хвойный лес, который оказался на землях сельхозназначения. Так в селе Батурино (25 километров от Томска) под видом вырубки «древесно-кустарниковой растительности» предприниматель Михаил Ефимов вырубил 15 га хвойного леса на сумму около 4 млн рублей.

Видео: Олег Мутовкин

Кроме того, — продолжает эколог, — расчетная лесосека считается отдельно по хозяйствам (то есть по лесам с преобладанием разных групп древесных пород), и по разным категориям рубок. Самой востребованной и дефицитной категорией древесины, которая как раз и привлекает большинство инвесторов в российский лесной сектор (особенно если речь идет о китайских инвесторах), является крупномерная древесина хвойных пород, которая заготавливается при рубках спелых и перестойных насаждений. Согласно Лесному плану Томской области, расчетная лесосека по рубкам хвойных спелых и перестойных насаждений составляет 9 435,47 тысяч кубометров в год - то есть всего 9,4 миллиона из тех 38, о которых говорит губернатор. И эти ресурсы - спелой и крупной хвойной древесины - уже, с учетом отсутствия полноценного лесного хозяйства, надежной защиты от непроизводительных потерь, и значительной доли заведомо недоступных лесов в расчетной лесосеке - используются с явным перебором, и это ведет к деградации и потерям томской тайги.

Вырубки лесов в Томской области
Вырубки лесов в Томской области
Фото: Гринпис России

Второе заблуждение – что «если не вырубается лес, то за счет нижней подстилки он будет гореть», – по мнению Алексея Ярошенко, – просто не имеет ничего общего с действительностью. Не известно, что губернатор имел в виду под «нижней подстилкой», но к возникновению лесных пожаров лесная подстилка не имеет никакого отношения - она не способна самовоспламеняться, и чтобы она начала гореть, нужен какой-либо источник огня: травяной пал на прилегающей к лесу площади, брошенный без присмотра костер, окурок, тлеющий пыж из ружья, искра из неисправного глушителя автомобиля или трактора, или что-нибудь подобное, или, при некоторых условиях, удар молнии в дерево. Абсолютное большинство этих источников огня, как и абсолютное большинство лесных пожаров, связано с человеком - именно он палит траву, оставляет непотушенные костры, бросает окурки и т.д. Освоение диких таежных территорий для заготовки древесины увеличивает пожарную опасность - поскольку людей в тайге становится больше. Хуже того: больше становится людей пришлых, для которых тайга - не дом и кормилец, а просто место для зарабатывания денег, и у которых нет личных мотивов к тому, чтобы эту тайгу от огня беречь. Львиная доля катастрофических лесных пожаров происходит в нашей стране как раз на границах пионерного освоения диких таежных лесов - вблизи фронтов рубок или связанной с этими рубками лесной инфраструктуры.

Никаких дополнительных лесных ресурсов, которые можно было бы предоставлять в пользование новым крупным инвесторам (не важно - китайским, российским или каким бы то ни было еще) без неизбежной дальнейшей деградации таежных лесов, в Томской области нет, — приходит к выводу Алексей Ярошенко.— Любое дальнейшее увеличение заготовки хвойной древесины, и даже поддержание этой заготовки на нынешнем уровне, будет вести к прогрессирующему разорению и истощению томских лесов, и соответствующему росту экологических и социальных проблем.

Губернатор Томской области Сергей Жвачкин другого мнения и считает, что объем заготовок леса 5 млн кубометров - это мало и призывает наращивать объемы  до 10 млн кубометров в год. 

Гринпис:  почему у губернатора Жвачкина «в голове каша»
Фото: Google

Напомним, что в декабре 2017-го «Международная инвестиционная компания Цзинье» выиграла в аренду  137 тысяч га томского леса на 49 лет за 1,26 млрд рублей, что составляет 16 рублей за гектар в месяц. Летом этого года российский режиссер Никита Михалков в своей программе «Бесогон ТВ» раскритиковал губернатора области Сергея Жвачкина за продажу леса китайцам. Позднее к критике присоединился лидер ЛДПР Владимир Жириновский.


Полностью комментарий Гринписа можно посмотреть здесь.

Поделитесь
Поделитесь
Вы подтверждаете удаление поста?
Этот пост используется в шапке на главной странице.
Его удаление повлечет за собой удаление шапок соответствущих страниц.
Вы подтверждаете удаление поста?